Послушай-ка, слон... - Керн Людвик Ежи - Страница 22

— Не хочу!

— Сделай это, пожалуйста, для меня! — сказал Пиня умоляющим голосом. — Если ты останешься тут, я не усну спокойно.

— Ты тоже будешь жить в зоопарке? — спросил Доминик.

— Я не могу там жить постоянно, но я всё время буду тебя навещать.

— Один я туда не пойду!

— Мы все тебя туда проводим.

— Не хочу! Мне и здесь хорошо!

— Там тебе тоже будет хорошо. Там живут... — начал Пиня таинственно.

— Кто там живёт? — спросил Доминик, заинтересовавшись.

— Там живут слоны, — пояснил Пиня. — Тебе наверняка будет приятно встретиться с ними, поболтать о ваших слоновьих делах, и всё прочее...

— Сколько там слонов?

— Трое. Двое взрослых и один слонёнок.

— Как их зовут?

— Гжесь и Гжесиха.

— А слонёнка?

— Жемчужинка.

— Хорошо! — воскликнул Доминик.

— Он согласен! — крикнул Пиня в толпу.

— Урра!.. — послышался дружный крик.

Не теряя времени, все двинулись к зоопарку. Впереди шёл Пиня, за ним Доминик, следом за Домиником вся толпа, которая с каждой минутой всё росла и росла. При виде необыкновенного шествия люди выбегали из домов и присоединялись к идущим. Вдруг Пиня оглянулся.

— Ты с ума сошёл, — сказал он Доминику. — Зачем ты взял зеркало?

— Не сердись, — умоляющим голосом ответил Доминик. — Я взял его на память. Когда мне будет тоскливо, я стану в него смотреться.

XX

Мистер Грейтест ходил в волнении по своей каюте. Взад и вперёд. Третьи сутки были они в океане. «Какое нудное дело — переплывать океан», — думал про себя мистер Грейтест, и его нетерпение росло. Наконец он не выдержал и нажал кнопку звонка. В который уже раз... На пороге вырос тощий, весь в чёрном, секретарь.

— Вы меня звали, сэр?

— Да, звал.

— Я в вашем распоряжении.

— Сходите на палубу, — сказал мистер Грейтест.

Секретарь поклонился и вышел. Вернулся он оттуда минут через пятнадцать.

— Ну что, были на палубе? — спросил мистер Грейтест.

— Да, сэр, — ответил секретарь.

— Как вы полагаете, плывёт пароход или нет?

— Плывёт, сэр.

— Странно, — заметил мистер Грейтест, — я этого совсем не ощущаю.

Он подошёл вплотную к секретарю и посмотрел ему в глаза.

— Говорите правду! — сказал он грозно. — Плывёт или не плывёт?

— Плывёт, плывёт, сэр, к тому же очень быстро. Капитан объяснил мне, сэр, что это самый быстроходный пароход из всех, какие только в настоящее время плавают по океану.

— Капитан мог солгать, — сказал мистер Грейтест, — я скорости не ощущаю.

— Вы не ощущаете её, сэр, только потому, — любезно объяснил секретарь, — что судно движется очень плавно...

— Плавно, плавно, плавно, плавно... — передразнил секретаря мистер Грейтест. — Нет ничего хуже, чем плыть по морю. В автомобиле, в поезде человек чувствует движение. Мелькают за окном деревья, телеграфные столбы, заборы, дома и всё прочее. А в море ничего не мелькает. Ни тебе столбов, ни тебе деревьев — ничего, только вода и вода. Откуда мне знать, еду я или стою на месте?

— Не нервничайте, пожалуйста, сэр.

— Легко говорить! А я никак не могу дождаться, понимаете?.. Никак не могу дождаться встречи с этим, ну как его...

— С Домиником.

— Вот именно! С Домиником. Есть у вас новости?

— Несколько телеграмм, — ответил секретарь.

— И вы молчите! — крикнул вне себя мистер Грейтест.

— Я не хотел нарушать вашего душевного равновесия.

— Что вы хотите этим сказать?

— Эти сообщения, сэр, не очень приятны.

— Знаю! — воскликнул мистер Грейтест. — Доминика нет в живых!

— Ничего подобного, сэр, ничего подобного, — поспешил успокоить мистера Грейтеста секретарь. — Правда, было одно неприятное происшествие, но его жизни не угрожает ни малейшая опасность.

— Значит, он болен! — с горечью воскликнул мистер Грейтест.

— Он не болен, — продолжал секретарь, — он абсолютно здоров. На него было сделано покушение...

— Покушение на жизнь? — с ужасом спросил мистер Грейтест.

— Не столько на жизнь, сколько на бивни, — пояснил секретарь.

— Подумать!.. — застонал мистер Грейтест.

— Хотели их отпилить.

— Да что вы говорите? Отпилить?!

— Отпилить.

— Ну и что?

— Покушение оказалось неудачным.

— А покушавшиеся?

— За решёткой.

— Очень хорошо! — обрадовался мистер Грейтест. — Зря вы паникуете, мой друг. Известия неплохие.

— Это ещё не всё, сэр. Доминик больше не живёт у несовершеннолетнего мальчика.

— О, это уже что-то новое! Где же он? — спросил с беспокойством мистер Грейтест.

— В зоологическом саду. Это в корне меняет ситуацию.

— В каком смысле? — осведомился мистер Грейтест.

— Купить его будет труднее. С маленьким мальчиком дело уладить просто, с дирекцией зоопарка договоришься не вдруг.

— Ничего, справимся, — с убеждением заявил мистер Грейтест. — Сколько бы он ни стоил, он будет мой!.. Сомневаетесь?

— И не думаю, сэр, — поспешно выпалил секретарь. — Я знаю по собственному опыту: если вы что-нибудь решите, несмотря на препятствия, вы поставите на своём!

— На этот раз будет то же самое, — торжественно заявил мистер Грейтест, подходя к иллюминатору. — Глядите! — закричал он вне себя от негодования. — Опять стоим!

Секретарь тоже подошёл к иллюминатору и посмотрел на море.

— Осмелюсь выразить противоположное мнение, сэр.

— Вы полагаете, мы плывём?

— Разумеется, плывём, — ответил секретарь.

— Я этого не вижу, — возразил мистер Грейтест.

— Если бы вы согласились, сэр, подняться со мной на палубу, я попытался бы убедить вас в обратном.

— Каким образом?

— А очень просто! Достаточно бросить за борт какой-нибудь предмет, вы сразу увидите — предмет отстанет от судна...

— В таком случае, на палубу!

— Что же мы будем бросать? — спросил секретарь. — У меня нет ничего подходящего.

— Сигары годятся? — осведомился мистер Грейтест.

— Сигары? — повторил изумлённый секретарь. — Как вам сказать... Годятся, наверно.

— Тогда берите со стола коробку с сигарами и скорей наверх!

Секретарь взял огромную, только что вскрытую коробку первосортных сигар, и они отправились на палубу. Стали у поручней. Секретарь подал мистеру Грейтесту коробку и сказал:

— Начинайте, сэр. Прошу.

Мистер Грейтест с торжественностью взял кончиками пальцев сигару, поднял её над головой и широким взмахом бросил за борт в кипящие волны.

Сигара нырнула сперва в белую пену, потом всплыла и заколыхалась на морской поверхности... Удаляясь, она становилась всё меньше и меньше, пока не скрылась из глаз.

— Что вы на это скажете, сэр? — спросил секретарь.

— Пока трудно что-либо ответить, — заявил мистер Грейтест. — Дайте ещё сигару.

Через несколько секунд вторая сигара тоже покачивалась на волнах. Затем третья, четвёртая, пятая, шестая, седьмая, восьмая, девятая, десятая... пятнадцатая... тридцатая...

В течение часа вся коробка, в которой было сто сигар, очутилась в океане.

— Кажется, мы и в самом деле плывём, — согласился мистер Грейтест. — Вам известно, с какой скоростью мы плывём?

— Понятия не имею, сэр.

— Ну так слушайте меня. Я вам скажу! Мы плывём со скоростью ста сигар в час!

— Это вы здорово подсчитали, сэр, — с подобострастной улыбкой заметил секретарь. — Здорово!

— Это не так уж трудно, если у тебя есть часы, а в коробке лежит сто сигар. Но интересует меня другое...

— Что именно, сэр?

— Интересует меня, сколько ещё сигар осталось до Доминика?