Послушай-ка, слон... - Керн Людвик Ежи - Страница 19

— К-к-к-караул!

На средней башне оказался второй член комиссии. Без устали он вопил одно и то же:

— Я больше не буду! Я больше не буду!..

На третьей, самой высокой, украшенной золотым шаром, уместился начальник.

— Погоди, слон, я тебе ещё покажу! Я тебе ещё покажу, слон! — кричал он.

Сбежались люди. Глядя на ратушу, они покатывались со смеху. Потом пришлось вызвать пожарных и снять комиссию с башен.

Ещё раньше, чем это произошло, Доминик, хитро поблёскивая своими крохотными глазками, поклонился сидящим на башнях членам комиссии и сказал на прощание:

— До свидания, высокая комиссия!

XVII

Под мостом на металлической ферме сидел Хмурый и от скуки плевал в воду. Вот уже много дней подряд у него не было случая ничего украсть. Он чувствовал себя прескверно. Погружённый в печальные мысли, он даже не заметил, как появился Весельчак.

— Привет! — крикнул Весельчак.

— Привет! — машинально ответил Хмурый. Он поднял голову и только теперь узнал Весельчака. — А, это ты, Весельчак...

— Я, я.

— Где ты был?

— На поисках...

— Нашёл?

— Нашёл.

— Стоящее дело?

— Рот разинешь, когда узнаешь. Что же это такое?

— Пальчики оближешь.

— Ну говори, говори, Весельчак.

— Сокровище.

— Настоящее сокровище?

— Самое настоящее.

— Встречается часто?

— Как раз наоборот. Неслыханная редкость.

— Если редкость, тогда ты наверняка не врёшь. Настоящие сокровища встречаются не часто, — заметил задумчиво Хмурый и сквозь зубы художественно сплюнул на воду.

Наступило молчание. Слышно было, как над их головами перекатываются по мосту колёса трамваев и автомобилей. Наконец заговорил Весельчак:

— Хмурый...

— Чего тебе?

— Чего ты такой хмурый?

— Я вовсе не хмурый, я думаю.

— О чём?

— Да об этом сокровище.

— И ни за что не догадаешься. Даже если будешь думать сто дней и сто ночей, всё равно не догадаешься.

— Ну скажи, Весельчак, не мучай человека...

— В таком случае я попрошу тебя встать.

— Зачем?

— Такие сообщения надо выслушивать стоя. И ещё одно: можешь ты хоть одну минуту не плеваться?

— Это будет тяжело, но попробую. Так что же это?

— Держись за ферму, Хмурый. Услышишь — бухнешься в воду. Это сокровище... слон!

— Спятил! — заорал вне себя Хмурый. — Слона красть! Представь, я уже вижу, как ты удираешь вместе со слоном! Ха-ха!..

— Молчи! Ещё кто-нибудь услышит!

— Под мышку собираешься его взять или как?

— Молчи, Хмурый, не то получишь!

— Где ты его потом спрячешь? У тёти под кроватью?

— Молчи, болван! — рявкнул вдруг, рассердившись, Весельчак. — С чего ты взял, что я собираюсь украсть целого слона?

— Разве не всего?

— Только кусочек. Понимаешь, дуралей, кусочек!

— Ногу, хвост, ухо, хобот? — не унимался Хмурый.

— Бивни, болван, бивни.

— То есть как «бивни»?

— Послушай, Хмурый, — сказал Весельчак. — Ты что, действительно никогда не слыхал о слоновой кости?

— Слыхал. Слоновая кость очень дорогая.

— Вот именно! Ну что, в башке у тебе проясняется?

— Я слыхал, что из слоновой кости делают разные ценные вещи, — принялся размышлять Хмурый. — Но какое отношение это имеет к делу?

— Я тебя убью... — прошипел Весельчак. — Представь себе, Хмурый, слоновьи бивни состоят как раз из слоновой кости.

— Из настоящей слоновой кости? — изумился Хмурый.

— Из настоящей! — крикнул Весельчак. — Из такой настоящей, что другой такой уже не бывает.

— Подумать только! Первый раз слышу!

— Вот я тебе и говорю: я нашёл слона, у которого такие замечательные бивни, каких ещё, наверно, свет не видывал.

— В зоопарке?

— Не в зоопарке, а в обыкновенном саду. В зоопарке сторожа, клетки, львы, всякие другие штуки, а здесь садик, вход прямо с улицы, забор не так чтоб очень высокий и даже, кажется, нет собаки. А в саду — слон. Огромный, белый. Бивни — как литые. А такое бывает редко, потому что слоны ломают их ещё в молодости.

— Большие бивни? — поинтересовался Хмурый.

— Не взвешивал. Так на вид двести — триста кило каждый.

— А почём она, слоновая кость?

— Тысячу злотых кило, а то и больше.

— Сейчас, сейчас... — прервал его Хмурый и принялся лихорадочно считать на пальцах. — Если они весят, положим, двести кило, это будет двести тысяч, а если триста, то триста тысяч.

— Точно! — подтвердил Весельчак.

— Знаешь что, Весельчак, мне хочется, чтобы они весили триста кило, а тебе?

— Мне тоже.

— Если они будут весить по триста кило, то получится вместе не меньше шестисот тысяч, а?

— Что-что, а считать ты умеешь, — протянул с уважением Весельчак. — Теперь дело только за инструментом.

— За клещами?

— Балда!

— За плоскозубцами?

— Остолоп!

— Ну так за чем же? За гвоздодёром?

— За пилой, баран, за пилой!

— Зачем же нам пила?

— Чтоб распилить бивни на части, деточка. Ты ведь триста кило не утащишь?

— Нет, не утащу, — согласился Хмурый.

— Вот видишь! Иметь дело с бивнями не так-то просто. Верно я говорю?

— Верно.

— Вот нам и нужна пила. Понятно?

— Понятно!

И Хмурый стал всё чаще и чаще сплёвывать на воду, что случалось с ним только тогда, когда он серьёзно задумывался. Наплевавшись вволю, он сказал с хитрой улыбкой Весельчаку:

— Слушай, Весельчак, а что же, слон так и будет ждать, пока мы у него отпилим бивни, а?

— Не понимаю, — ответил Весельчак.

— Что же, он будет смирненько стоять и ждать? Может, ещё скажет: «Пили, пожалуйста, Весельчак, пили!» Так, что ли?

— Хмурый!

— Чего?

— Я всё предвидел.

— Попросишь хорошенько, и согласится?

— Говорить я с ним не стану, — заметил Весельчак, — я его усыплю.

— Споёшь колыбельную?

— Смотри, как бы я тебе не спел колыбельную.

— Убаюкаешь слоника?

— Тебя убаюкаю.

— Спи, мой слоник, спи, усни, баюшки-баю...

— Убаюкаю, но только не так.

— Что это значит?

— А вот что: дам ему снотворного.

— Весельчак, ты гений! — завопил Хмурый. — Только где ты возьмёшь снотворное?

— В аптеке.

— Деньги у тебя есть?

— Немного есть. Остальные дашь ты.

Оба, вывернув карманы, принялись доставать деньги.

— Слон большой, пилюль понадобится много, но денег нам, кажется, всё-таки хватит. Не на что только купить пилу, — заявил Весельчак, пересчитав деньги.

— Пилу придётся украсть: другого выхода нет, — заявил Хмурый.

Весельчак глянул на него с восхищением:

— Смотри-ка, Хмурый, котелок у тебя варит. Стоит только захотеть.

Приятели направились к центру города, намереваясь купить пилюль для Доминика и стянуть заодно где-нибудь подходящую пилу.