Иллюзия - Юинг Джин Росс - Страница 49

– А о чем мечтала ваша мать, Фрэнсис? Удивившись его вопросу, девушка подошла к темному окну.

За стеклом раскинулся погруженный в глубокий сон Париж. Моросил мелкий дождик.

– Не знаю. Ничего необычного, наверное. Ее мир был ограничен заботами о доме. Она не была образцом учености или красоты. И ничуть не напоминала вашу мать.

– Мою мать? Да, она обладала всеми этими качествами, а кроме того, титулом маркизы. Это была милосердная и мудрая женщина. Все ее мечты и помыслы были о моем счастье. Но будь я проклят, если понимаю, каким образом они могут влиять на мою жизнь.

Фрэнсис взглянула ему в лицо.

– Не могут, потому что вы отвергли ее, правда? Найджел немного помолчал, но в ответе его не слышалось шутливых или саркастических ноток.

– Если и так, то я сделал это не по своей воле. Думаете, мне нравится такая жизнь? Все это самоотречение и бессердечные уловки? Я бы с удовольствием проводил свои дни в праздности и развлечениях, подобно другим молодым повесам. Но моя мать всегда хотела удостовериться, что я исполнил свой долг перед страной, а отец считал, что будущий маркиз должен повидать мир. Наследник Риво не мог стать профессиональным военным, подобно Уиндхему и Лэнсу, но тут обнаружилось, что я обладаю специфическим даром – я умел читать шифровки. Когда в Маргейте поймали человека с зашифрованными донесениями, то лорд Трент обратился ко мне за помощью. Через час я уже ехал в Лондон. Это было больше четырех лет назад. В мое отсутствие неожиданно умерла мать. После ее похорон я отправился в Португалию, где мои способности пригодились Веллингтону.

Больше четырех лет назад – именно тогда он, наверное, покинул музыкальную гостиную дома Риво и больше туда не возвращался.

– А почему Россия?

– Когда я вернулся домой – это было на Рождество 1811 года – лорд Трент попросил меня отправиться вместе с ним в Санкт-Петербург. Я бегло говорил по-французски, на придворном языке России, и согласился уехать с ним. Затем последовало вторжение Наполеона. Одно цеплялось за другое. Больше мне не довелось увидеть отца. Он умер полтора года спустя.

– Вы были с ним близки?

– Очень. Он был замечательным человеком, разносторонне одаренным. Они с матерью очень любили друг друга.

– Я не могу себе этого представить. Моя мать была хорошей женой, но, мне кажется, отец ее почти не замечал. Он был слишком увлечен своими растениями. Мне и в голову не могло прийти, что люди вашего положения… – Она умолкла и, пытаясь успокоиться, глубоко вздохнула. – Мне всегда казалось, что мужчины вроде вашего, должны крайне цинично относиться к женщинам и к любовным приключениям.

Найджел усмехнулся. Веселье его было искренним.

– Он был циничен там, где необходимо. Именно отец познакомил меня с Бетти.

– Ваш отец отвел вас к известной куртизанке? – рассмеялась она и вновь повернулась к окну, за которым были дождь и таинственная темнота. – Это очень мудрый поступок с его стороны. Сколько вам было лет?

– Шестнадцать. – Фрэнсис различила насмешливые нотки в его голосе. – Он не хотел, чтобы наше поместье заполнилось моими уменьшенными копиями: немало местных жительниц готовы были предоставить мне такой шанс.

Фрэнсис попыталась вообразить себе юного Найджела. Трудно было поверить, что когда-то он был наивным и невинным.

– Значит, вы уже очень давно знакомы с Бетти.

– Она одна из немногих людей на этом свете, кому я безоговорочно доверяю.

Он говорил ей правду. Это было неожиданным открытием, и Фрэнсис оценила его откровенность.

– Потому что она любит вас? Но ведь и Лэнс вас любит, а вы ему не доверяете, так?

– Я верю в его патриотизм и его честность. Но я не доверяю всем этим его дурацким чувствам. Неужели вы допускаете, что я не сожалею об этом? Не сочувствую страданиям бедняги Лэнса? Но хочу я совсем другого.

Фрэнсис повернулась к Найджелу. Он обезоруживающе улыбнулся, словно бы признавая нелепость, смехотворность и даже вздорность своих чувств. Но в его взгляде чувствовалось еще что-то потаенное, что глубоко тронуло ее. Волна тепла прокатилась по ее телу, кровь вскипела от страсти.

– И что же вам нужно?

Найджел встал, взял трость и направился к двери. Поколебавшись мгновение, он распахнул ее.

– Как и всем перепелам, петухам и баранам Парижа, мне нужны вы, Фрэнсис.

Она не могла понять, шутит он или говорит серьезно.

Прекрасная Дама накрутила на указательный палец локон своих черных волос. Струи дождя медленно стекали по оконному стеклу, звук падающих капель заполнял освещенную пламенем свечей комнату.

– Привет, Пьер! Как дела на улице Арбр?

Он низко поклонился. Его каштановые волосы были чуть влажными.

– В доме все прекрасно налажено.

– Не сомневаюсь. – Она улыбнулась сидящему у стены мужчине. Его светлые волосы поблескивали. – Видите, сэр, все идет как по маслу. Вам нет нужды тревожиться.

Он молча прислонил голову к стене. Его руки были связаны за спиной и прикованы цепью к оконной решетке.

– Жизнь дома вошла в свою колею, – продолжал Пьер. – Их главная цель – выяснить военные планы Наполеона. Риво уже знает о подготовке Франции к войне больше самого военного министра, но ему неизвестна одна жизненно важная деталь – точная дата вторжения в Бельгию. Она рассмеялась.

– Это потому, что Наполеон еще сам не принял окончательного решения! Позвольте Риво узнать все, что ему требуется. Он не сможет передать эту информацию за пределы страны.

Пьер склонил голову, выражая согласие.

– Тем временем Риво упорно разыскивает следы того, кто предал Катрин Марбр, а Ланселот Спенсер пытается оградить его от воспоминаний о ней.

– Уверена, что Риво с трудом переносит заботливость своего друга.

– В доме явно отсутствует согласие, – улыбнулся Пьер. – Особенно, когда все следы ведут в никуда.

– Ах, эта несравненная княгиня Минская! Должно быть, очень грустно видеть, как двое мужчин так сильно страдают из-за мертвой женщины. Что ты думаешь о Риво, Пьер?

– Он пугает меня. Ее глаза сузились.

– Что? Неужели ты сомневаешься в моей способности уничтожить его?

– Я этого не говорил. Вы одержите победу, потому что у вас в руках все козыри и потому что он не подозревает о вашем существовании. Но я знаю, когда и кого следует бояться, и поэтому могу быть вам так полезен, мадам. – Он снова поклонился.

Несколько секунд женщина внимательно рассматривала свои руки. Длинные пальцы были унизаны кольцами.

– А шлюха в шелковых одеждах?

– Они делят комнату, но не постель. Мисс Вудард завалена приглашениями от мужчин, с которыми она познакомилась в замке Френвиля: музыкальные вечера, балы, прогулки в Булонском лесу. Риво поощряет их.

– Он хочет, чтобы она шпионила для него? – В голосе женщины проступило легкое беспокойство.

– Он старается избегать ее. Тем временем эта шлюха очень умело торгует шелком и пряностями. Она ведет и всю бухгалтерию.

Беспокойство уступило место откровенному смеху.

– В таком случае пора, Пьер! – Она повернулась к сидящему у стены человеку в цепях: – Вы не согласны со мной, майор Уиндхем?

Голос его звучал хрипло, но в его тоне по-прежнему сквозила насмешка:

– Вы ошиблись, моя красавица: трое мужчин – трое! – страдают из-за мертвой женщины.

– О Боже! – Она подошла к нему и коснулась его разбитого лица. – Вы устали от побоев? Пьер – нет. Ему это нравится. Не волнуйтесь, я переведу вас в другое место и не стану убивать. Пока. Когда Найджел присоединится к нам, он может решить, что вы ему еще пригодитесь.

Женщина провела тыльной стороной ладони по его щеке. Ее перстень оставлял за собой кровавый след.

– Разве вам не больно слышать, как мы обсуждаем судьбу ваших друзей? Вы не будете возражать, если я переселю вас в подвал? Никто не будет знать, что вы там. Они все думают, что вас нет в живых. Может, вы выполните мою просьбу и подарите мне свою любовь? Я могу доставить вам наслаждение вместо боли.