Заговор «Пуритания» - Голдин Стивен - Страница 11

Пайас с размаху плюхнулся на кровать и сразу же пожалел о своей неосмотрительности.

— Ох! — воскликнул он, потирая зад. — Похоже, эта кровать целиком высечена из куска местной скальной породы.

Иветта присела на кровать с осторожностью.

— Чепуха, — сказала она. — Такая постель полезна для твоей спины.

— Как здесь включается отопление? Иветта осмотрелась кругом, но не увидела никаких признаков переключателей.

— Думаю, включать отопление нам не полагается. Любые элементарные удобства могут пагубно сказаться на состоянии наших душ.

Пайас скорчил гримасу, и Иветта рассмеялась.

— Право же, милый, можно подумать, ты никогда не испытывал никаких лишений.

— Мне казалось, я достаточно страдал до приезда сюда.

Даже еда не понравилась. Пансион обеспечивал жильцов питанием дважды в день — утром и вечером. В этот вечер ужин их состоял из миски холодного рагу и хлеба. Единственное, чего оказалось вдоволь, так это воды.

— Неужели этот хлеб действительно предназначался для еды? — пожаловался Пайас, когда они после скудной трапезы улеглись в постель. — Или им полагается бросать в грешников?

— Никто никогда и не обещал, что работа секретного агента предполагает роскошный образ жизни.

— Надо подумать, как можно это исправить, — проворчал Пайас, не впадая в подробности.

Следующие три дня агенты СИБ знакомились с городом, стараясь освоить пуританские привычки. На Пуританин не существовала городская культура; пуритане полагали, что только земля дает им возможность приблизиться к Богу, поэтому у них преобладал деревенский образ жизни, ведя в основном мелкофермерское хозяйство. Даже крупные города, такие, как Город Божьей Воли, насчитывали не более пяти тысяч населения.

Жизнь тащилась в замедленном темпе на Пуритании. Большинство пуритан не пользовались механическими экипажами, считая это грехом. Правда, здесь имелся кое-какой наземный транспорт, воздушные суда и вертолеты, предназначенные в основном для приезжих. Местное население передвигалось или пешком, или на телегах, запряженных местными восьминогими животными. Магазины на улицах не сияли ни сверкающими витринами, ни красочными вывесками — только имя владельца и перечень товаров и услуг.

Иветта первая заметила, что списки предоставляемых услуг выглядели не совсем обычно. Уже к исходу второго дня она поняла: одно заведение из пяти обязательно имело какое-то отношение к религии — либо здесь продавали предметы культа, либо же, что встречалось гораздо чаще, предлагали консультации и руководство в делах религиозных. Как только Иветта выявила эту закономерность, они стали внимательней приглядываться к такого рода деталям, а затем, уединившись в своей комнате, обсудили проблему.

— Похоже, это связано с культурными запросами общества, — заметил Пайас. — Общеизвестно, что пуритане считают себя лучше всех в Галактике. Возможно, в их коллективном сознании присутствует нечто такое, что вынуждает их постоянно подтверждать свое превосходство над другими.

— А в таком случае, — заговорила, в свою очередь, Иветта, подхватывая его мысль, — совершенно необязательно, что они должны ограничиваться пределами своей планеты. В конце концов, каждый местный житель постоянно ведет бой за то, чтобы превзойти своего соседа.

Пайас кивнул.

— Именно. Перед нами планета, где каждый стремится стать святее всех.

— Похоже на то. Но ни один человек в здравом рассудке такой жизни долго не выдержит. Каждый верующий, как бы ни был он предан своим убеждениям, время от времени испытывает сомнения. Нормальные люди не могут не сомневаться. Но это не допустимо на Пуританин. Если кто-то узнает о твоих сомнениях, тебя объявят еретиком.

— А потому, — завершил Пайас, — необходимы консультанты по религиозным вопросам. Я подозреваю, что они играют двойную роль: с одной стороны, отцы-исповедники, с другой — психоаналитики. Они выслушивают сомнения людей, а затем дают им рациональное объяснение, так что клиенты их успокаиваются и снова могут считать себя людьми безупречно набожными. Каждое общество нуждается в подобном институте, который примирял бы человека с самим собой и объяснял, что никто не может достигнуть совершенства, как ни старайся. — Он вздохнул. — А это общество озабочено идеей превзойти самого Господа Бога.

Они внимательно изучали жизнь на Пуританин. Теоретически, планета управлялась наследственной аристократией, в соответствии с Доктриной Стэнли. Но религиозная философия пуритан проповедовала, что титулы и имена, столь важные в этой жизни, не имеют никакого значения в деле спасения души. В результате, официальная аристократия планеты пользовалась властью и влиянием только номинально, на самом же деле, обладали огромным авторитетом, подлинной политической властью и, в сущности, управляли этим миром консультанты по религиозным вопросам — успешно практикующие консультанты, разумеется, те, у которых имелось много последователей, чье учение пользовалось уважением и чьи советы цитировались чаще других. Консультанты официально не являлись проповедниками — на Пуритании не существовало должности священнослужителя, — они состояли советниками аристократов и постоянно находились в центре общественного внимания.

В свой третий вечер на Пуританин Бейволы посетили публичное увещевание, проводимое Трезой Клунард, одной из самых могущественных консультантов на Пуританин — и, в соответствии с информацией, представленной в отчете Мараск Кантаны, создательницей Армии Справедливых, деятельность которой они должны расследовать. Они решили, что пришло время взглянуть на лицо своего врага, а Треза Клунард как раз вернулась в Город Божьей Воли после продолжительной и успешной поездки с проповедями по мелким фермерским общинам.

Когда они пришли, городской молельный дом был уже забит до отказа, хотя до начала действа оставалось еще полчаса. Пайас и Иветта, усиленно работая локтями, в конце концов протолкнулись внутрь и встали возле одной из стен. Возбужденная аудитория взволнованно гудела — впервые на Пуритании они столкнулись с явным проявлением эмоций. Наконец свет в зале начал меркнуть, и толпа притихла.

Первой появилась на сцене Э лепет Фиц-Хью, главный помощник и заместитель по административной части консультанта Трезы Клунард. Фиц-Хью открыла вечер пламенным призывом и пустила по рядам чаши для пожертвований. Затем, когда энтузиазм собравшихся достиг высшей точки, она объявила выход Трезы Клунард.

Сцена погрузилась в темноту на несколько секунд, страсти в толпе все накалялись. Наконец прожектора, постепенно освещая сцену, обозначили молчаливо возвышающуюся в центре фигуру. Gospozha Клунард была немолода — где-то от сорока пяти до пятидесяти, решила Иветта. Но она излучала спокойную уверенность в своих силах, которая передавалась аудитории. Ее внешность отличалась несколько своеобразной красотой. Длинные светлые волосы, заплетенные в косу, спускались до самого пояса. Наряд не отличался роскошью — темное длинное платье, одновременно строгое и элегантное.

Клунард оказалась опытной исполнительницей, свое выступление она продумала и рассчитала очень тщательно. Выждав, пока прожектор не загорелся в полную силу, чуть наклонившись к толпе, она заговорила:

— Братья и сестры, я счастлива видеть столько достойных лиц. Когда я думаю о всем том зле, грехе и порче, которыми заражена наша Галактика, я порой впадаю в отчаянье и перестаю верить в будущее человечества; но когда передо мной такое множество добрых и достойных лиц, сердце мое вновь переполняется силой и стремлением к цели, которую Господь в бесконечной мудрости своей вложил в мою душу. И тогда снова я поднимаюсь, и вера моя умножается стократно.

Ибо зло существует, и оно бродит там среди миров, братья и сестры. Существует и болезнь, и она подкрадывается к планетам. Существуют падение, разврат и вечное проклятие, пожирающие мало-помалу человечество, даже сию секунду, в тот момент, когда вы сидите здесь в зале. Враги Господа многи, и уловки их хитры. Цель их — вечное проклятие всякой живой душе, и они побеждают, братья и сестры. Они побеждают.