Отблеск Кровавой звезды - Голдин Стивен - Страница 16

Неожиданный отъезд певицы застал врасплох управляющего «Железного Ангела», человека по фамилии Шоркен. Разгневанный по поводу столь неожиданного бегства, он с ужасом думал о полчищах антрепренеров, которые вскоре начнут осаду его заведения. Но тут, словно чертик из табакерки, появился невысокий коренастый мужчина, представившийся как Вилли Бледсоу и утверждавший, что у него есть певица с готовой программой. Бледсоу сказал, что услышал о вакансии от друга с Румфельта, и ему не терпится представить свою подопечную. Охваченный отчаянием Шоркен согласился на прослушивание.

Вонни, готовясь выступать под именем Лилы Бомонд, непрерывно репетировала в течение двух дней под искусным руководством Милочки Слокум. Приятному голосу придали некоторую слащавость, очень популярную в это время среди певцов Земли, несколько простых танцевальных приемов должны были сопровождать пение. Вонни, к счастью, оказалась очень способной ученицей; gospoja Слокум признала, что у нее впервые такая одаренная девушка. Таким образом, к моменту прослушивания Вонни оказалась во всеоружии.

— Кажется, я не переживала так с тех пор, как выступала в школьных спектаклях, — призналась она Жюлю перед выходом на сцену.

— Расслабься и помни, ты не просто певица, ты актриса-у тебя есть свой стиль. Иди на сцену и срази их всех наповал.

Выступление Вонни не производило впечатления самого лучшего, что есть в шоу-бизнесе, но управляющий «Железного Ангела», попав в безвыходное положение, не мог требовать экстра-класса. Наблюдая за номером Вонни, он просмотрел подделанные вырезки из газет, посвященные ее работе на планете Ларю, предоставленные ему Жюлем. Все выглядело нормально, и Лила Бомонд, по-видимому, имела хорошую репутацию стабильной артистки. По крайней мере она удовлетворит вкусы посетителей подобного заведения. Если ее дела в клубе пойдут хорошо, она продолжит свои выступления, в противном случае за время ее гастролей Шоркен подберет другую исполнительницу. Не успела Вонни закончить пение, как Шоркен уже подозвал Жюля и они подписали контракт сроком на десять дней.

Но страх Вонни перед прослушиванием не шел ни в какое сравнение с тем чувством ужаса, какое она испытала перед первым выступлением тем же вечером. К счастью, в этот день в клубе собралось не так уж много народа. Изрядно переволновавшись, она с трудом заставила себя выйти на сцену. Но все ее опасения оказались напрасными; публика хорошо приняла ее и дважды вызвала на бис после того, как опустился занавес. Вонни успокоилась и более уверенно выполняла свою роль.

Прошло девять дней, Лила Бомонд с успехом выступала на сцене, но к главной цели они нисколько не приблизились. До бракосочетания принцессы оставалось всего два дня. После нападения на герцога Хэнфорта не произошло никаких новых покушений на представителей знати; возможно, силы заговорщиков потерпели настолько значительный урон, что не смогли достаточно быстро оправиться. Или враг затаился и выжидал начала торжественной церемонии, готовя новый удар. Без сомнения, для этого события НЕЧТО припасено, хотя никто не мог даже предположить, что именно.

Их единственная зацепка — этот ночной клуб — оказалась пустышкой. Никаких признаков подозрительной деятельности, никаких признаков предательского заговора. Самое страшное преступление-разбавление водой выпивки, разочарованно думал Жюль. Никаких следов человека по имени Говард, никаких следов Леди А — вообще никаких следов. «Если мне когда-либо захочется провести самый скучный вечер, — решил Жюль, — я буду точно знать, куда пойти».

Наконец в четверг вечером перед последним выступлением Вонни к ней в гримерную зашел gospodin Шоркен.

— Постарайся сегодня, Лила, — попросил он. — Клуб посетил сам Абель Говард.

У Вонни тревожно забилось сердце, но она продолжала спокойно накладывать грим.

— Кто это? — равнодушно спросила она.

— Gospodin Говард — один из наших самых богатых клиентов, очень важный человек. Если ты ему понравишься и будешь вести себя с ним покладисто, получишь все. Надеюсь, ты поняла, что я имею в виду.

Вонни прекрасно поняла намек, но решила немного поиграть в наивность.

— Что прикажете делать? — спросила она.

— Ничего — пока. Просто иди на сцену и выступай. Если ты произведешь впечатление на Говарда, он зайдет сюда после представления и пригласит тебя куда-нибудь.

Как только Шоркен ушел, Вонни покинула гримерную и отправилась на поиски Жюля, поглощенного болтовней с одним из музыкантов, посвящавшим его в темные делишки клуба. Но кроме мелкой подпольной торговли наркотиками и случайной проституции, похоже здесь ничего не происходило, а Жюля подобная мелочь не интересовала.

Отведя жениха в сторону, Вонни рассказала ему о визите Шоркена.

— Я уж начал было подумывать, не является ли этот Говард мифом, — хмыкнул Жюль. — Но все зависит от того, клюнет ли он на приманку.

— С каких это пор у меня сложности с соблазнением мужчин? — спросила Вонни, многозначительно покачивая бедрами.

— Полегче, полегче, — сказал Жюль. — Нам нужен только один мужчина, вовсе не обязательно, чтобы к тебе на сцену полез весь зал.

Он ходил взад-вперед, обдумывая план.

— Попробуй сделать так, чтобы он пришел к тебе в номер в гостиницу, — попросил он наконец.

— Поскакать перед ним на задних лапках? Это проще простого, милый. Но что мы будем делать с ним, когда я затащу его туда.

— Предоставь это мне. Ты только изображай все время недалекую беспомощную девицу, что бы ни случилось. Выполняй все его просьбы. А я позабочусь о том, чтобы дела не вышли из-под контроля.

— Да уж, позаботься, — сказала Вонни. — Уж если я и надумаю тебе изменить, то с менее отвратительной личностью, чем этот Говард.

В этот вечер Вонни превзошла самое себя. Зал неистовствовал, ее шесть раз вызывали на бис, от возбуждения мужчины выскакивали в проходы и свистели. «Если Говард не клюнет на это, — подумала она, — мне придется отпустить бороду и начать курить сигары».

Но Говард не обманул ее ожиданий. Не успела она закончить переодеваться, как он появился в ее гримерной. Верзила ей сразу же не понравился; слишком часто она встречала подобных людей в прошлом, и их варварское отношение к женщинам у нее вызывало отвращение. Но сегодня вечером Вонни придется сыграть роль до конца и без запинки.

После крайне непродолжительной попытки завести непринужденную беседу Говард сразу же перешел к делу.

— Ты мне нравишься, liubimaia, — сказал он так, словно вручал отличившемуся Почетную Медаль Империи. — Как ты смотришь на то, чтобы отужинать со мной?

— Я уже поела, а мой антрепренер говорит, что я должна следить за весом, если хочу сохранить фигуру, — сказала она по-детски невинно. — К тому же он заставляет меня придерживаться очень строгих правил. Требует, чтобы я возвращалась домой и ложилась спать сразу же после выступления. Только так, по его мнению, я надолго сохраню молодость.

— Похоже, он у тебя суровый тип, — затрещал Говард. — Слушай, а он предупреждал, чтобы ты приходила в номер одна?

Вонни кинула на него кокетливый взгляд, постаравшись сделать его одновременно и невинным и понимающим.

— Что-то я не упомню ничего такого. А что вы замыслили, гадкий мужчина?

Говард весьма грубо изложил ей свои намерения. Вонни не пришлось заставлять себя краснеть, и вежливый положительный ответ она выдавила из себя с трудом. Говард ухмыльнулся, предвкушая еще одну победу.

Покинув клуб, они поехали в автомобиле Говарда прямо к Вонни в гостиницу. Прижавшись к нему на заднем сиденье, девушка с трудом вымучивала из себя улыбку, когда его липкие руки шарили по ее телу. «Что только не сделаешь ради Империи! — думала она. — Надеюсь, Жюль, что бы он там не задумал, поторопится осуществить свой замысел; если этот ублюдок в ближайшее время не перестанет пыхтеть возле меня, я точно знаю, что не сдержусь».

Подъехав к гостинице, они поднялись в лифте на одиннадцатый этаж, где располагалась комната Вонни. Нашарив в сумочке ключ, девушка отперла дверь. Они вошли в номер, и Вонни сразу потянулась к выключателю, но Говард остановил ее.