Аромат жасмина - Мей Дебора - Страница 9

– Отпустите меня, ваша светлость… – взмолилась Элиза, испугавшись его слишком рискованных маневров и страстных слов.

Но ласки искушенного в любви красавца становились все более жадными. Он пылко целовал шею девушки, подбираясь все ближе и ближе к ее губам, гладил ее кожу, шептал на ухо нежные словечки… казалось, что он собирался попробовать ее на вкус. И не обращал внимания на то, что Элиза съежилась от страха.

Мысли девушки лихорадочно метались. Силы небесные, а ведь сейчас происходит то, к чему ее толкала матушка! Наверно, Аманда Розенмильх сочла бы, что богатый и обольстительный барон – идеальный поклонник. Конечно же, она очень обрадовалась бы, увидев свою дочь в подобной компании… А что если… если ей удастся изобразить жгучую страсть и нежную любовь, то матушка, возможно, умилится и позволит дочери самой строить свою жизнь? Быть может, это единственная возможность вырваться из-под опеки матери…

– Молодой, красивый и богатый… – прошептала она и тут же испуганно уперлась руками в грудь Фридриха.

Оказалось, что, пока Элиза размышляла, барон успел посадить ее к себе на колени, и она, поглощенная своими размышлениями, даже не заметила, как это произошло. Сделав судорожный вдох, она нервно передернула плечиками и уже более твердым голосом проговорила:

– Вне всякого сомнения, вы весьма опытны в любовных играх.

– Похоже, ты все же в этом разбираешься? – усмехнулся он и провел усами по ее обнаженному плечу.

– Плохо, что вы не женаты, – вздохнула Элиза, поежившись от мужских прикосновений. Тело ее было напряжено, а разум упрямо кричал о том, что перед ней открывается отличный выход из тупика.

– Почему же это? – удивленно спросил он.

– Все очень просто. Женатый мужчина – более ласковый и щедрый любовник, поскольку нестерпимо устает от своей занудной супруги и ищет утешения на груди все понимающей, нежной любовницы. Так уверяет моя матушка.

– Так говорит твоя мать? – рассмеялся барон. – Похоже, она довольно необычная женщина…

– Так считают многие, – сказала она и попыталась слезть с его колен.

Но Фридрих легко подхватил ее на руки и понес в сторону кровати, которая скрывалась за одной из драпировок. Не обращая внимания на протестующие вопли девушки, он небрежно уронил ее на подушки и тут же склонился над ней, крепко зажав ее запястья.

– Довольно, малышка, – недовольно фыркнул барон. ~ Хватит ломаться… Мне уже начинают надоедать твои игры в невинность. Полагаю, мы сможем более весело провести остаток этой ночи, не так ли? Уверяю, что ты будешь довольна.

– Зато вы, барон, будете разочарованы, – девушка судорожно вдохнула. – Я совершенно не сведуща в амурных делах. Этому предмету не обучали в пансионе, а уроки матушки я плохо слушала.

С трудом освободив руки, Элиза попыталась ускользнуть от барона и сползти с кровати, но Фридрих мгновенно поймал ее и сердито поинтересовался:

– Что еще ты придумала? Мне начинают надоедать твои сказки!

Собравшись с духом, девушка решила, что дольше тянуть не стоит. Пришло время посвятить барона в свои беды и тем самым приступить к выполнению своего плана. И главное – следовало побыстрее превратить врага в своего союзника.

– Моя история довольно банальна и в то же время весьма печальна, – начала Элиза, но, заметив, что Фридрих сердито задергал усом, поспешила сообщить самое главное: – Я повздорила с матерью. Она очень красивая, умная женщина, но… Дело в том, что в течение многих лет она является любовницей моего отца…

– Ты издеваешься?! – возмутился Фридрих. – Меня совершенно не интересует твоя мамаша!

– Но именно из-за моей матушки я собираюсь сделать вам предложение…

– Ты в своем уме?..

Барон уже с опаской смотрел на Элизу. Малышка явно не в себе. Сначала она строила из себя воплощенную невинность, потом снисходительно отнеслась к его ласкам, а теперь преспокойно лежит рядом с ним на кровати, извиняется за свою неопытность да еще вытаскивает на свет Божий грязную семейную историю! И в довершение всего заявляет, что намерена сделать ему предложение.

Любовный запал слегка поутих от этих странных метаморфоз, и Фридрих, устало вздохнув, решил выслушать сумасбродную девицу. Конечно, более дурацкой ночи у него еще не было, но, по крайней мере, скука, одолевавшая его последнее время, исчезла.

– Ладно… рассказывай. Надеюсь, ты не собираешься предложить мне на тебе жениться? – сердито поинтересовался он.

– Нет! – быстро замотала головой Элиза. – Вовсе нет. Но вы должны понять: только действительно отчаянные обстоятельства толкают меня на этот безумный поступок, – девушка глубоко вздохнула, призывая на помощь все свои силы, и с величайшей серьезностью продолжила: – Мне уже семнадцать лет, и моя матушка решила, что пришло время мне стать взрослой.

– Вот как? – Фридрих с трудом сдержал смех. – И в чем это должно выражаться?

– Уверяю вас, это совсем не смешно! – сердито воскликнула Элиза. – Вчера вечером моя мама представила меня одному отвратительному старому барону и его еще более мерзкому племяннику. А я нагрубила им. Я вовсе не хочу становиться чьей-то любовницей!

– Только потому, что эти господа тебе не понравились? – с любопытством поинтересовался Фридрих. – А если бы кто-нибудь из них оказался хорош собой, ты, конечно же, была бы счастлива? Наверно, ты мечтаешь, чтобы за тобой ухаживал молодой красавец с пылкими очами? Чтобы твое сердце опалил огонь любви? – насмешничал он.

– Вовсе нет! – с отчаянием воскликнула девушка. – Я терпеть не могу все эти глупости, о которых плачут в романах и стихах!

Барон разглядывал ее с новым изумлением.

– Я думал, что девушки всегда мечтают о безумствах и трепетной любви.

– Значит, я не такая, как все девушки! Но дело не в этом… Моя мать уверяет, что у меня нет другого пути, как стать чьей-то любовницей!

– Прости… Насколько я понял… ты – незаконнорожденная? В таком случае, твоя мать поступает совершенно правильно, пытаясь найти тебе богатого покровителя.

– Я считаю иначе, – резко бросила Элиза. – Я не хочу быть… жаждой в глазах мужчины и огнем его души! Именно так выразилась моя милая матушка.

Слегка опешив от столь пылкого заявления, барон долго смотрел на девушку, затем, озадаченно почесав затылок, сказал:

– Мне нужно выпить.

Элиза облегченно вздохнула и устало откинулась на подушки, но, услышав звон бокалов, тут же села, старательно оправив платье.

Когда барон вернулся к ней с двумя бокалами, наполненными искрящимся золотым вином, девушка нехотя взяла один из них и заметила:

– Моя матушка обожает шампанское.

– А ты, надо полагать, его не очень любишь? – понимающе кивнул головой Фридрих.

– Я вообще не люблю вино, – со странной гордостью заявила Элиза. – А еще я ненавижу все эти лосьоны, кремы, бесконечные разговоры о моде и табачный дым.

– Забавно… – бросил он, разглядывая на свет играющие в бокале с шампанским веселые пузырьки.

Фридрих думал услышать от своей новой знакомой все что угодно, но только не ту историю, которую она ему поведала. У него было полно знакомых среди красавиц полусвета, и все они были вполне довольны своей жизнью; почему же эта малышка так упрямо сопротивляется? Неужели она считает, что сумеет изменить дарованную ей судьбу и удачно выйти замуж? И что, собственно говоря, она хочет от него?

Но то, что он услышал в следующее мгновение, привело его уже в полное замешательство.

– Итак, ваша светлость, давайте вернемся к тому предложению, – которое я хочу вам сделать. Мне нужен лю-бов-ник, – отчетливо проговорила она. – Такой, чтобы моя мать приняла его с распростертыми объятиями. Человек богатый, знатный и… достаточно искушенный в любовных делах. Полагаю, вы отлично подходите на эту роль. – Поймав изумленный взгляд Фридриха, Элиза принялась объяснять:

– Вам совсем ничего не придется делать. Вы только придете в наш дом и скажете матери, что совершенно мною очарованы. И обязательно намекните на то, что будете очень щедры. Тогда моя мать решит, что я благополучно устроена, и оставит меня в покое. А я тем временем смогу спокойно заняться своими делами…