Всемирная история без комплексов и стереотипов. Том 1 - Гитин Валерий Григорьевич - Страница 121

Крестоносцам пришлось возвратиться, снова взять штурмом Константинополь, вырезать его граждан, разграбить церкви и превратить эту часть Византии в колонию Венеции.

Что касается колоний, то Латинское королевство в Иерусалиме считается первой европейской заморской колонией. Невелика честь, но все же…

Но были и кое-какие позитивные стороны этого преступного процесса. Крестовые походы способствовали развитию европейских портов Средиземноморья, резкому подъему кораблестроения и оружейного ремесла, что, в свою очередь, дало толчок прогрессу всей городской культуры.

Богатый и разнообразный фактический материал, собранный в этот период Истории, лег в основу развития средневекового рыцарского романа, оказал заметное влияние на литературный процесс и на философскую мысль, не говоря уже о различных жанрах изобразительного, прикладного искусства и т.д.

Крестовые походы окончательно уничтожили все нормальные взаимоотношения Востока и Запада, установили между ними совершенно непреодолимый «железный занавес», при этом представив миру Запад не иначе как вероломного разбойника, вандала, некрофила, насильника и садиста. К сожалению, все эти определения соответствовали действительности…

Еще одно следствие крестовых походов — бурный рост военно-монашеских орденов.

Орден Рыцарей госпиталя Святого Иоанна в Иерусалиме возник в 1099 году, после окончания Первого крестового похода (Госпитальеры). Со временем они перебрались на Кипр, а затем надолго обосновались на Мальте (1530—1801 гг.).

Орден «Бедных рыцарей Христа и храма Соломона» был основан в 1118 году для защиты паломников, направляющихся в Иерусалим (более известный как «Орден тамплиеров»). Этот орден очень скоро приобрел огромное влияние из-за своих несметных богатств, добытых ростовщичеством и путем успешных операций с недвижимостью. В 1312 году Орден тамплиеров был разгромлен по обвинению в магии и содомии, хотя никаких веских доказательств этих «преступлений» представлено не было, так что здесь, скорее всего, имело место желание французского короля Филиппа Красивого избавиться от нежелательных конкурентов на финансовом поприще и от кредиторов, которым он задолжал огромные суммы.

Папа Климент V поддержал обвинение французского короля. «Орден тамплиеров» был упразднен. Его несметные богатства достались обвинителям, а обвиненные были сожжены на костре после пыток и истязаний.

Был предан пыткам и сожжен великий магистр ордена Жак Молэ. Перед смертью, как утверждают хронисты, он предрек Папе Клименту V и королю Филиппу Красивому скорую смерть: одному через сорок дней, а второму — через год.

И предсказание магистра сбылось! Климент V умер через 33 дня от тяжелой формы дизентерии, а Филипп Красивый — через 255 дней после жестокой агонии. Вот и не верь после этого предсказаниям…

Церковь богатела всеми правдами и неправдами, что не могло оставаться незамеченным и не могло не вызывать негативную реакцию прихожан всех званий и рангов. Чтобы исправить этот непрестижный имидж, папа Иннокентий III решил санкционировать создание орденов нищих монахов, которые должны были бы жить подаянием, умиляя окружающих смирением и самоотверженным служением Господу.

«Орден нищенствующих проповедников» («Черных братьев» или «Доминиканцев») основал Святой Доменик Гусман, а «Орден миноритов» («Франсисканцев») — Святой Франциск Ассизский. В уставах обоих орденов присутствовало жесткое требование коллективной и индивидуальной бедности. Таких же принципов придерживались и другие подобные ордена: кармелитки, августинцы, бенедиктинцы и т.п.

А крестовые походы продолжались. Папа Иннокентий III снарядил поход против альбигойцев, членов секты гностиков, обвиненных в ереси. К тому времени Церковь уже вошла во вкус карательных операций, и на любые проявления инакомыслия отвечала огнем и мечом. Так было и в этот раз, когда многотысячные армии в течение полувека методически равняли с землей города и деревни провинции Лангедок (южная Франция), жители которой не желали отказываться от своих убеждений. Имели место, естественно, пытки, массовые, по 200 человек сразу, сожжения на костре и прочие методы «увещевания» заблудших душ.

В Прибалтике таким вот образом меченосцы «увещевали» язычников Эстонии, Финляндии и Ливонии.

Воинственный Тевтонский орден довольно быстро овладел Пруссией, создав там мощный плацдарм для разбойничьих набегов на весь северо-восток Европы.

Что и говорить, блистательное восхождение от робких и малозаметных подвижников-христиан первого века нашей эры до грозных и беспощадных карателей инакомыслия в веке тринадцатом!

Крестовые походы однозначно продемонстрировали победу мужицкого недальновидного прагматизма над старыми рыцарскими ценностями, но предпосылки этой победы следует все же искать не только в проповедях священников, но и в благодатной почве подлой человеческой натуры, и в патологической испорченности тех, которые именуются сильными мира сего и активно влияют на бытие, которое, в свою очередь, не может не влиять на сознание…

К примеру, Вильгельм, побочный сын нормандского герцога Роберта Дьявола, прозванного так за феноменальную, патологическую жестокость. Речь идет о Вильгельме I Завоевателе (1028—1087 гг.).

Волею судьбы он стал наследником нормандского герцогства. Это был достойный сын своего отца, уже в юные годы стяжавший сомнительную славу непредсказуемого союзника и вероломного врага. Собственно, мало ли таких типов знала та эпоха, да и не только та…

Но этот решил пойти дальше других, причем в самом прямом смысле слова. Он вдруг решил пересечь Ла Манш и прибрать к рукам Англию. Ни больше, ни меньше.

Учитывая бездетность английского короля Эдуарда, с которым он, по идее, состоял в отдаленном родстве (это незаконнорожденный-то!), Вильгельм решил попытать счастья. Нормандии ему, видите ли, показалось мало…

А тут, как по заказу, происходит кораблекрушение у берегов Нормандии, и среди спасенных англичан оказывается граф Гарольд, брат жены Эдуарда III, и, учитывая ситуацию с бездетностью короля, один из наиболее реальных претендентов на английский престол.

Вильгельм берет с него торжественную клятву над святыми мощами о том, что он не только не будет претендовать на английский престол, но и поможет Вильгельму воссесть на него!

А тут вскоре умирает Эдуард III, завещая трон графу Гарольду. Однако, не успел тот вступить в свои королевские права, как Вильгельм потребовал соблюдения давешней клятвы. В ответ Гарольд заявил, что клятва была вырвана у него силой, а потому не может признаваться законной.

Тогда Вильгельм объявил его клятвопреступником и похитителем титула английского короля.

Это была из ряда вон выходящая наглость. Все окружающие хорошо понимали, что у Вильгельма столько же оснований претендовать на английский престол, сколько, к примеру, именоваться турецким султаном. Тут бы титул нормандского герцога сделать легитимным…

Незаконнорожденные реваншисты чрезвычайно опасны для общества, а такие, как Вильгельм — в особенности. Он обращается к папе Александру II с жалобой на графа Гарольда. Вместо того, чтобы покрутить пальцем у виска, папа признает эту жалобу вполне законной! Мало того, он требует от Гарольда объяснений по поводу клятвопреступления! Гарольд, нужно отдать ему должное, вместо объяснений крутит пальцем у виска. Папа в ответ отлучает его от Церкви и поручает Вильгельму покорить Англию (ни больше, ни меньше!) и привести ее к послушанию папскому престолу. Вскоре из Рима прибывают священная хоругвь и папская булла, санкционирующая вторжение в Англию.