Реквием по завоевателю - Гир Уильям Майкл - Страница 143

— Почему? — спросил он ничего не выражающим тоном.

Мак выпрямился и поглядел на долину, простирающуюся под ними. Солнечный свет окрасил вершины гор, но долина по-прежнему погружена в лилово-пурпурный сумрак. Белокурые волосы Мака вспыхнули золотом в ярком свете, лицо его хранило задумчивость.

— Я не знаю. Думаю, что никто не знает. Я тоже любил ее, Синк. Как жаль… как жаль, я не могу ее вернуть.

— Да. — Перед мысленным взором Синклера всплыл образ хохочущей Гретты, ее сияющие голубые глаза. Вновь открылась его незажившая душевная рана, он физически ощутил ее где-то в горле. Горячие слезы помимо его воли покатились по щекам. Когда он овладел собой и поглядел на Мака, тот тоже вытирал глаза и мокрое лицо.

— Хороши же мы, а? — спросил Синклер, высмаркиваясь.

Мак потер слезящиеся глаза и сплюнул:

— Это по-человечески, видимо. Возможно, нам нужно было время, чтобы поплакать, время, чтобы предаться печали.

Синклер поднял палочку, которую уронил, и внимательно поглядел на ту ее часть, с которой успел снять кору.

— Синк? — спросил Мак неуверенно. — Что происходит? Я имею в виду, ты провел длительное время в обществе министра Такка. Ты стал другим… Ты изменился, я встревожен.

— Все будет в порядке. Я просто устал. Печаль влияет на мозг. Может быть, я попрошу Анатолию Давиура, когда мы вернемся на Ригу, выяснить точно, что со мной происходит. Пусть она посмотрит, почему я больше не могу чувствовать себя таким же свободным, как раньше.

— Мы в безопасности, не так ли? Я имею в виду — в безопасности на Риге? Император не собирается нас арестовывать?

— Нет, — Синклер поднял брови. — Или собирается убедить всех, что мы герои, а потом мы поведем войну против Сассанцев. — Он внимательно поглядел на своего друга затуманенными от слез глазами. — Совершенно неожиданно мы стали спасением империи Рига. Сначала мы сокрушим Божественного Сасса, затем примемся за Компаньонов. После этого мы будем доживать свой век в блеске и блаженстве, каждое наше желание будет удовлетворяться и приниматься к исполнению благодарным человечеством.

— До сих пор я ни разу не слышал, чтобы ты выступал с подобной горечью…

Синклер устало улыбнулся.

— До сих пор я не имел достаточно времени, чтобы обо всем задуматься, — как бы со стороны оценить происходящее. Мы ведь были слишком заняты, помнишь? Слишком многие пытались нас убить.

Мак пожевал ноготь большого пальца:

— А министр Такка?

— Я больше доверяю змеям, чем Или. — Синклер слегка стукнул прутиком по защищенному броней колену. — Мы ей нужны сейчас, вероятно, больше, чем она нам. Свободный космос трещит по швам. Рига и Сасса вступают в войну. Мы — случайный фактор, но именно мы внесли изменение во все сценарии. Мак, будь очень осторожен с ней. Никогда не будь с ней искренним.

— Ты думаешь, наверное, что я идиот. Мне она не понравилась с самой первой минуты нашего знакомства. — Мак заколебался и заерзал на месте:

— Синк! Что ты станешь делать, когда она попытается тебя соблазнить?

— Когда она что?

Мак фыркнул:

— Ты прекрасно слышал мои слова. Может быть, ты еще не до конца оправился после смерти Гретты, но она уже готовит свою позицию, дружок. Она вроде бы очень добра, очень скромна, но только посмотри на ее позы, на ее взгляды, на то, как она внимает каждому твоему слову. Я, наверное, сам бы и не заметил. Но Мейз — она женщина и замечает все. А когда она упомянула об этом, я уже и сам стал обращать внимание.

— Меня не интересует ни одна женщина.

— Я буду регулярно напоминать тебе об этом, — Мак покачал головой. — Ну а пока сейсмические снаряды заряжены, мы, наверное, пойдем на штурм Седди.

Синк кивнул:

— Тогда давай…

— Что-то не слышно обычного энтузиазма.

Синклер пожал плечами, наблюдая, как солнечный свет заливает долину у него под ногами.

— Я просто мрачен. Мак. У меня неважно на душе, вот и все. Мне потребуется еще какое-то время, чтобы забыть Гретту, потребуется побыть наедине с собой. Мне просто необходимо куда-то уйти, побыть одному, подумать. Ты можешь это понять?

Мак ему тепло улыбнулся.

— Понимаю. Думаю, и остальные тебя поймут. Что-нибудь еще тебя тревожит?

Синклер бросил прутик и взглядом проследил, как он описал дугу, блеснув в солнечном свете.

— Я никогда не говорил тебе правды о своих родителях, Мак. Они были убийцами. Вот почему я находился под опекой государства. Я никогда не знал их, но, видимо, они походили на Арту Фера.

— Поэтому ты так решительно хочешь покончить с Макартой?

Синк поднялся на ноги и вышел на то место, откуда было видно восходящее солнце. Прикрыв глаза рукой, он наблюдал за светилом.

— Подумай только, как много людей они убили здесь, на Тарге, подумай о том, что они здесь сделали, — и ради чего? Они даже не стали посылать своего Браена, чтобы вести переговоры. Подумай, как можно спокойно спать после того, что они сделали с Артой Фера. А мои родители? Во что они их превратили? Ладно, Мак, надо делать что-то одно. Если уж мы решили, то необходимо начинать с чего-то. Мы сумеем очистить Ригу до того, как с нами будет покончено.

— Ты явно преувеличиваешь, — Мак поднялся.

Синклер серьезно поглядел на него:

— Не знаю. Мы ведь уже привыкли выполнять невыполнимые приказы. Я собираюсь сделать по-иному. Поглядим, что мы сумеем после себя оставить. Седди — лишь первая болезнь, требующая излечения.

Кайлла бросилась бежать по скалистому тоннелю, как испуганная антилопа. Свет фонаря, падающий перед ней, придавал тоннелю таинственный вид. Стаффа бежал следом, не забывая ни на секунду, что в любой миг им на голову могут обрушиться тонны скалистой породы.

Когда третий толчок сотряс своды подземелья, Стаффа чуть не упал:

— Это не землетрясение! Это бомбардировка! Это сейсмические заряды, которые мы используем для подземных сооружений.

Когда эхо от четвертого взрыва зловеще прокатилось по тоннелю, они остановились в коридоре с более низкими сводами. Стало темнее.

— Все источники энергии отрезаны! — прокричал им человек, вышедший навстречу из тьмы.

Кайлла повернулась и уставилась на Стаффу.

Стаффа выхватил бластер и направил его в узкое отверстие, через которое только и можно было проникнуть в архивы.

— Что ты собираешься делать! — закричала Кайлла, когда от первого его выстрела обрушился свод над входом в тоннель. Она схватила его за руку, но он оттолкнул ее и еще двумя выстрелами полностью завалил вход.

— Ты… ты… Что ты сделал? — голос Кайллы дрожал от отчаяния. Она не верила своим глазам.

Стаффа взял ее за плечи и, повернув к себе, заглянул в глаза.

— Как только они сокрушат оборону, риганцы очутятся здесь. Мастер Дон. Ты на самом деле хочешь, чтобы они все обнаружили?

Она глядела на него, ничего не видя перед собой, и покачала головой.

— Мы должны добраться до Браена. Мы здесь не нужны. — Он повернулся, пытаясь найти дорогу в темноте. — Сюда, Стаффа! — Кайлла указала путь лучиком фонаря. Она бросилась бежать. Когда тоннель расширился, Стаффе стало легче двигаться рядом с ней. Время от времени на пол падали камни, пыль столбом поднималась перед ними, но Стаффа упорно бежал вверх по наклонному коридору. Время, от времени мимо них пробегали перепуганные мужчины и женщины. Вокруг стояли крики и вопли. Стаффа перепрыгнул через труп мужчины, чей раскроенный упавшим камнем череп лежал в луже крови.

— Направо! — скомандовала Кайлла. — Так мы быстрее доберемся до Браена.

Стаффа повернул в указанном направлении и очутился на пороге заваленного тоннеля. Выругавшись, он бросился назад, в главный зал, внимательно смотря под ноги.

— Еще… один… подобный взрыв, — выговорил он, задыхаясь, — и все мы окажемся погребенными.

— Браен! — закричала Кайлла, когда они завернули за угол.

Старика выносили из личной секции, лицо его было залито кровью.

Магистр махнул ей рукой.