Артефакт - Гир Уильям Майкл - Страница 107

Ее захватил водоворот мыслей, безумное нетерпение и предвкушение победы. Ее безмолвный торжествующий вопль поднялся к звездам. Итак, началось! Люди пустили в ход Ключ, делая первые неуверенные шаги навстречу собственной гибели. За ними последуют другие. Проклятие не минует их.

Брайана не спускала с экрана взгляд припухших, покрасневших глаз. Она провела на мостике целые сутки. Все это время корабль заботился о ее потребностях — кормил, массировал мускулы, поддерживал работоспособность организма. Однако она чувствовала, что измученный, утомленный мозг вот-вот откажет. Она едва различала лицо Карраско в сумраке, царившем на планете.

— Рада видеть вас, капитан, — приветствовала она Соломона, испытывая прилив огромного облегчения. — Хэппи засек ваш передатчик около часа назад. У вас все в порядке?

— Да.

— Если я расскажу, что тут у нас случилось, вы не поверите. — Брайана покачала головой, понимая, что ее слова прозвучали совершенно неубедительно.

— Поверю, — невозмутимо отозвался Соломон. Девушка досадливо поморщилась. Надо будет показать ему видеозаписи, и он все поймет. — Больше не рассчитывайте на такое счастливое спасение, — добавил он.

— Так вы видели? — В голове Брайаны возникла пульсирующая боль. — Капитан, мы непричастны к судьбе этих трех крейсеров. Они попросту исчезли. Хэппи и Кэл чуть с ума не спятили от этого зрелища.

— Успокойте их. Я все объясню, когда вернусь на борт. Сохраняйте бдительность. События разворачиваются все быстрее, — предупредил Сол и тут же рявкнул: — Проклятие! Нас атакуют! Не двигайтесь с места и ждите моих распоряжений! — Экран полыхнул яркой вспышкой и угас.

Брайана разбудила Арта и повернулась к коммуникатору.

— Хэппи! Кэл! В Карраско стреляют! Нельзя ли чем-нибудь ему помочь?

На мониторе возникло хмурое лицо Андерсона.

— Для этого нужно послать на планету челнок, но Карраско велел затаиться. Судя по показаниям сенсора, он еще жив. Доверьтесь кэпу, Брайана. Он что-нибудь придумает… я надеюсь.

Никита Малаков фыркнул и перевернулся на другой бок.

— Ты пыхтишь и ворочаешься, словно буйвол в болоте, — сказал Тайяш.

— Впервые в жизни сплю на планете. А я не из тех, кто привык жить на дне гравитационной ямы. Все предметы ведут себя необычно. Даже гравизащита не спасает.

Тайяш что-то пробормотал себе под нос, и над его постелью вспыхнул тусклый огонек ночника.

— Уже почти пять утра. Скоро рассветет. Боюсь, ты больше не дашь мне поспать.

— Извини. Это все из-за планеты. Тяжесть вот-вот превратит меня в лепешку. Людям не место на планетах, Тайяш. Они рождены, чтобы жить на станциях, где нет этой мучительной гравитации.

Несколько секунд в комнате царила тишина.

— Еще ни разу не видел тебя таким мрачным и подавленным, — с усмешкой произнес Найтер. — Пожалуй, надо почаще возить тебя на планеты.

Никита протестующе вскинул руки.

— Ни за что! Человеку нечего делать на дне ямы! А что такое планета, если не дно ямы? Ты ставишь на пол ногу, и она оказывается внизу, а не где-нибудь еще! Ты смотришь вверх, и тебя пробирает ужас. В любую минуту на тебя может что-нибудь свалиться. Тебя постоянно гнетет неодолимый страх.

— Люди обитали на планетах на протяжении почти всей своей истории.

— Неудивительно, что человечество сходит с ума. Сознание того, что под твоими ногами огромная безжизненная масса, царство вечной тьмы, отравляет душу и обрекает ее на мучительные страдания. Нет ничего странного в том, что Советы всегда стремились к звездам. Люди шли на смерть ради свободы, которую дарует космос.

— Ты позволишь записать твои слова? Вряд ли кто-нибудь поверит мне, если я расскажу о том, что ты здесь наговорил.

Никита фыркнул и спустил ноги с кровати.

— Если не ошибаюсь, скоро рассвет. Ни разу его не видел. Пожалуй, стоит взглянуть. Это куда интереснее, чем выслушивать оскорбления, которыми по нескольку часов кряду обмениваются Лиетов и Медея.

— Архон сказал, что сегодня утром он сообщит нам нечто важное. Неужели он наконец решил приоткрыть завесу тайны?

— Хм. — Никита надел противоперегрузочный корсаж и поднялся на ноги. В комнате включились лампы.

Щурясь от яркого света, Тайяш обвел взглядом тесное помещение и уселся в кровати, потирая тонкие руки со складками пергаментной старческой кожи.

— Может быть, тебе удастся узнать о планетах что-нибудь новое.

— Я пораскинул мозгами, — заговорил Никита, — и решил, что нам следует поддержать Архона и Констанцию. У меня создалось впечатление, что Братство достойно большего доверия, чем Сириус, Терра или Нью-Мейн.

— А если Карраско попросту обвел тебя вокруг пальца? Ему это было нетрудно, ведь мы летели на его корабле.

Никита пытливо уставился на собеседника.

— Ты помнишь хотя бы один случай, когда Карраско пытался подкупить нас, навязать нам свою волю угрозами и обещаниями всяческих благ?

— Располагая тайными возможностями своего корабля, он легко обошелся бы без угроз и посулов. — Тайяш натянул костюм и рассеянно потянулся к своей трости. — Что, если он уже завладел секретом Архона? Не для того ли он обхаживал Констанцию?

Никита нахмурил кустистые брови:

— Неужели ты веришь, что она могла поступиться честью и достоинством ради мимолетной интрижки?

Тайяш расчесал свою эспаньолку:

— Честно говоря, нет. Однако их отношения нельзя сбрасывать со счетов. Что, если она любит Карраско и готова раскрыть ему свою душу? При всем моем уважении к Констанции, я знавал немало прекрасных женщин, которые теряли голову из-за мужчин.

— Ба! — Никита пренебрежительно отмахнулся. — Если бы Конни не разбиралась в мужчинах, она потеряла бы голову из-за меня!

— О да, еще бы. — Тайяш остановился у зеркала, рассматривая свое отражение. — Но не забывай, Никита, с чем бы нам ни довелось столкнуться, интересы отдельных личностей — ничто по сравнению с судьбами человечества в целом.

— Что я слышу? Ты поучаешь меня, Никиту Малакова, который сумел уцелеть в…

— Да, черт возьми! Ну что, идем любоваться рассветом? Или ты предпочтешь остаться здесь и бить себя в грудь, выкрикивая свои напыщенные лозунги?

— Идем. — Никита подошел к двери, распахнул ее и столкнулся с мужчиной, стоявшим снаружи. На нем была черная униформа, его волосы и бороду украшали драгоценные камни. Злобно ухмыляясь, он приставил к животу Никиты бластер.

— Господа, пройдите со мной, вас ждут в комнате для совещаний.

— В чем дело? Кто вы такой?.. — загремел Никита и тут же прикусил язык.

Тайяш потянулся к портативному коммуникатору, но его рука замерла на полпути.

— Одно движение, господин Найтер, и я разрежу вашего приятеля пополам, — предостерег незваный гость. — Надеюсь, вам не нужны неприятности, господа? В таком случае поторопитесь.

Заметив на его форме меч и звездную россыпь, Никита медленно кивнул:

— Как я понимаю, вам тоже не дает покоя тайна Архона. Какого черта…

— Заткнитесь!

Никита покосился на бластер и молча поднял руки.

На востоке занималась заря. Растрепанный, измазанный грязью Соломон лежал у разбитого челнока, свернувшись в клубок и поджав под себя ноги.

Резиденцию атаковали пять челноков, появившихся с разных сторон. Как только они опустились на планету, из них посыпали люди. Сол и Конни открыли фланговый огонь, со стороны защищенной силовым полем резиденции Архона также послышались выстрелы — нападавшим не удалось застать его врасплох. Первые же разряды уничтожили мостик челнока Спикера. Нападение было хорошо спланировано, в действиях неприятеля угадывались отменная выучка и согласованность.

Но даже тщательно продуманная тактика не всегда ведет к успеху. Нападавшие не знали, что Сол и Конни находятся за стенами дома. Затаившись в темноте, они обрушили на неприятеля шквал огня и перебили немало людей. Атака захлебнулась, сбитые с толку противники погрузились на челноки и обратились в бегство.