Санкция на жизнь - Палий Сергей Викторович - Страница 81

– Значит, что-то изменилось.

– А зачем ты… – она покосилась на охранника, – диверсию затеял?

– Потому что… – Стас поискал нужные слова. В голову лезла всякая пафосная труха. – В общем, я пришел за тобой. Я хочу забрать тебя и вернуться в нашу систему – там теперь безопасней, поверь мне. Но просто так тебя никто не отпустит. Поэтому я… – Нужный неопределенно пожал плечами. – Вот, собственно, и всё. А сейчас нам нужно срочно валить отсюда.

– Если я тебя обниму, это может закончиться плохо, – полувопросительно сказала Вера.

Стас взглянул на лейтеху. Парень был на взводе, хоть и старался тщательно это скрыть.

– Да, Вера. Немного позже… Эй, лейтенант, слушай меня внимательно. Ты мне отдаешь ключ-карту от аварийного выхода, что в противоположной стороне от КПП, свой интерком и пистолет. Сам заходишь в каюту, я тебя запираю, и мы уходим. Алгоритмика ясна?

– Да уж не дурак. Только далеко вам не уйти, младлей.

– А вот это пусть тебя не заботит… Вера, видишь ту открытую дверь? Загляни туда и крикни Уиндела, моего… э-э… напарника. Пусть выходит. Ждите меня у аварийного выхода. И тише, пожалуйста! Не приведи вакуум, сейчас остальные пленные заподозрят неладное и повыскакивают из своих кают. Нам нужно постараться уйти по-английски.

Вера понимающе кивнула и скользнула на цыпочках к подсобке.

– А теперь медленно снимай портупею с кобурой и бросай мне под ноги, – вновь обратился Стас к лейтехе. – Смотри, не вздумай даже прикасаться к застежке.

Охранник повиновался.

– Ключ-карту, – потребовал Стас, поднимая одной рукой увесистую кобуру и швыряя щурившемуся после полутьмы Жаквину, которого Вера уже выволокла в коридор.

Лейтеха бросил на пол пластиковый прямоугольничек.

– Снимай интерком с уха, выдергивай микрофон и заходи в каюту.

Охранник исполнил все требуемое. Перед тем как дверь за ним закрылась, он выцедил:

– А все-таки ты дурак, младлей.

– Знаю, – кивнул Нужный, проводя по кодеру пластиком и пробуя, надежно ли заблокирован замок.

Удостоверившись, что дверь заперта, он обернулся к Вере и Уинделу. Произнес, криво усмехнувшись:

– Ну что, партизаны, теперь осталась сущая ерунда. Захватить боевой истребитель и пролететь на нем сотню-другую миллионов километров, оставаясь, по возможности, незамеченными.

Из первой каюты выглянула заплаканная женщина, заставив Стаса резко вскинуть ствол «Рарии». Она подозрительно сдвинула бровки и, ничуть не пугаясь наставленного на нее оружия, спросила:

– А где тот приятный молодой человек, что так внимательно отнесся ко мне в момент слабости?

– В соседней каюте, – сердито ответил Стас. – Ковыряет ложкой подкоп в двигательный отсек.

Женщина, не поняв юмора, уточнила:

– То есть теперь мне придется самой делать себе коктейли?

После этих слов выдержка Стаса дала сбой. Он молниеносно метнул ствол вниз и дал короткую очередь в пол. Пластиковая крошка ламината разлетелась во все стороны, пули срикошетили в стену и с противными шлепками увязли в ней. Грохот оглушил всех пристутсвующих. Женщина бросилась на пол, визжа, как ультразвуковой генератор.

– Всем спасибо, все свободны! – заорал Нужный, отступая к аварийному выходу и увлекая за собой Веру. Ошарашенный Жаквин засеменил рядом, брезгливо держа в руках кобуру с пистолетом.

– Это, по-твоему, называется уйти по-английски? – обронила Вера, когда противный женский визг наконец поутих.

– В принципе… нет, – ответил Стас. В его глазах плясали сумасшедшие огоньки победы. – Впрочем, мне плевать. Я ведь нашел тебя. И теперь нам пора домой.

Глава 6

Последний рейс

Солнечная система Y. Высокая орбита Земли

Гриша ждал, где условились. Когда Стас вошел в коридорчик за карантинными боксами, он тут же вскочил с пола и спросил:

– Нашли Димана?

– Нет, его уже нет на борту. Отправили к Точке на одном из российских фрегатов.

Пацан поник.

– Ладно, не куксись. Найдется твой приятель, его же не на казнь повели, в самом деле, – поспешно вытаскивая из шкафчиков легкие технические скафандры, сказал Нужный. – Ты можешь лететь с нами.

– А куда вы?

– Домой. В Солнечную Икс.

Гриша помял в руках белоснежную ткань скафа, брошенного ему Стасом.

– Я не могу, – вздохнул он. – У меня здесь предки остались. Они с ума сойдут. А батя еще и выпороть грозился…

Стас внимательно посмотрел на него. Времени на сантименты совершенно не осталось: если они не воспользуются мизерным шансом забраться на «Янус» сейчас – во время штатной продувки стартовых ячеек, – то больше такого может и не представиться.

– Я здесь уже вне закона и подпадаю под действие военного трибунала, – пробормотал Нужный, покусывая в напряженном раздумье губу. – Единственное, что могу сделать для тебя, если решишь остаться, – порекомендовать найти капитана третьего ранга Сергея Тюльпина и передать ему лично от меня вот это…

Стас вновь отнял у Уиндела КПК и быстро начеркал стилом в блокноте быстрой записи: «Сергей, если ты не до конца превратился из солдата в клерка, помоги этому пацану вернуться к своим родителям. И вот еще что: извини, что не последовал твоему доброму совету и все-таки наделал глупостей. Твой бывший ведомый С. Нужный».

– Держи, – протянул он Грише КПК. – Не буду ничего обещать, но… вдруг сработает. Это действительно все, что я могу для тебя сделать. Каюта Тюльпина в офицерском секторе. И ты все же… это самое… скинь «химзу» свою замызганную, а то пригребут на первом же посту. Вот, техскафандр хотя бы надень – меньше в глаза бросаться будешь.

– Спасибо, – буркнул пацан, пытаясь разобраться с застежкой внутреннего комбеза.

Стас обернулся к Вере и Уинделу.

– А теперь слушайте внимательно. Каждую неделю в стартовых ячейках проводят профилактическую продувку вакуумом. Открывают на полчаса внешнюю заслонку. Уж не знаю, рассадника какой заразы они боятся, но факт идиотизма налицо… Естественно, в это время все санкционеры-инженеры, техперсонал и прочие лица покидают помещения ячеек и внутренние шлюзовые отсеки. По какому-то невероятному стечению обстоятельств очередная продувка должна начаться совсем скоро… Знаешь, Уиндел, в такие моменты я даже начинаю верить в собственную исключительность… В общем, как только в ячейке откроют внешнюю переборку, у нас будет минут пять до того, как диспы поднимут общую тревогу и отправят за нами в погоню лучших пилотов, с которыми я не так давно летал крыло к крылу. Пять минут – это в самом лучшем случае. Шанс выжить – процентов двадцать. Но зато в остальных восьмидесяти – нам уготована быстрая разделка рентгеновскими лазерами или ракета с антивеществом в кормовые стабилизаторы, потому что включить протекционный щит без соответствующей настройки спецов не удастся. Вот такой расклад.

– Но сначала нам надо попасть на борт? – подозрительно приподняв одну бровь, предположила Вера.

– О да, – кивнул Стас, фиксируя предохранительную скобу на горловине скафа. – Это как раз самый захватывающий параграф моего гениального плана.

– Знаешь, – шмыгнул носом Жаквин, – раньше я в основном боялся далеких, почти абстрактных вещей, ну вроде столкновения Солнечных систем. Но чем дольше пребываю рядом с тобой, когда ты в таком вот… нестабильном психическом состоянии… тем сильнее начинаю бояться вещей близких и очень реальных.

– Ты сам предложил угнать истребитель! – огрызнулся Нужный.

– Я думал, мы сделаем это как-то… цивилизованно.

– Не паникуй, теоретик. Ты еще не слышал о моей грандиозной задумке. Все пройдет цивилизованней некуда. – Стас помог Вере справится с подсоединением кислородных шлангов к шлему. – Ты, Уиндел, пойдешь первым…

– Это уже совсем не смешно! – окрысился ученый, шарахая в сердцах перчаткой об пол.

– А я и не смеюсь. Даже не улыбаюсь. Глянь, какое у меня мурло серьезное. И зря ты думаешь, что мое психическое состояние нестабильное. Оно на протяжении последней четверти часа очень даже стабильное, просто слегка аффективное. Наверное, меня та плаксивая тетка фразочкой про коктейли доконала. Так вот, кратко излагаю суть маневра…