Санкция на жизнь - Палий Сергей Викторович - Страница 30

Сосредоточившись, Нужный начал рассказывать. С самого начала. С того момента, как «Ренегат» потерял управление.

Он говорил около получаса. Не торопясь, стараясь припомнить ничтожные детали.

Утаил Нужный только одно – их близость с Верой. Что-то от другого Стаса, погибшего в космосе, бурно воспротивилось, когда дело дошло до этого эпизода… И он умолчал. Скрыл.

– По всей видимости, у вас отличная память, Станислав, – удовлетворенно кивнула Ольга, дослушав до конца. – Пока данные обрабатываются аналитиками, я могу ответить на несколько ваших вопросов. Если, конечно, они будут корректными.

Нужный устало откинулся на спинку дивана.

– Можно мне наконец проснуться и вырваться из этого кошмара? – тихо проговорил он.

– Ответ отрицательный.

– Что, у меня нет санкции даже на это? – невесело усмехнулся Стас.

– Прекратите устраивать цирк, Нужный. У вас имеются вопросы по существу?

– Да, – серьезно сказал Стас. – Их несколько.

– Внимательно слушаю.

– Борт, на котором мы сейчас находимся, принадлежит силам космической обороны Земли?

– Ответ положительный.

– Земли… – Нужный запнулся, формулируя вопрос. – Какой Земли? Что означали ваши слова про некую Землю Игрек?

– Согласно протоколу 2-145-РЗ, нашу планету, равно как и всю Солнечную, с недавнего времени было принято идентифицировать как Землю X. Ту, на которой пришлось побывать вам, соответственно, называют Землей Y.

– Они находятся в одной Вселенной или в параллельных пространствах?

– Данные уточняются.

Стас задумался на минуту.

– Вот что объясните мне… – сказал он. – Как могло получиться, что в другой Солнечной существовал мой двойник?

– Это было связующее звено, Станислав, – раздался голос за спиной Нужного.

Он обернулся и увидел в дверях человека, лицо которого показалось ему смутно знакомым. Где же он мог его видеть?…

– Уиндел, я не припомню, чтобы просила вас составить нам компанию, – процедила безопасница.

– Уиндел… – Стас встал с дивана, внимательно разглядывая вошедшего. Нескладная фигура, такой же испуганный взгляд, старомодная шляпа… Только зонта в руке не хватало. – Жаквин Уиндел. Это ведь вы приходили ко мне ночью перед злополучным рейсом!

– Я лишь хотел предупредить о возможной катастрофе. Вы не стали меня слушать.

– Уиндел! – громко сказала безопасница. – Идите к себе в каюту!

– Ольга, – извиняющимся тоном произнес тот. – Мне кажется, пришло время поговорить начистоту. Пусть Станислав знает, что происходит. Он является не просто участником событий. Он – скрепка, которой нечаянно сцепили два мира.

– Если бы не прямой приказ командования относительно ваших полномочий, Уиндел, – яростно прошипела Ольга, – я бы вас отправила прямиком в комплекс для душевнобольных.

– Знаете, полковник, я был бы не прочь… – кивнул Уиндел. – Станислав, почему вы не стали меня слушать тогда? Ведь можно было избежать контакта…

– Да откуда я знал, кто вы такой, – нахмурился Нужный. – Кстати, я и сейчас не знаю.

– Простите. – Жаквин по-детски неуклюже пожал плечами и снял шляпу. Жест показался Стасу чересчур напыщенным. – Я астроном. Вы бы присели, что ж стоять-то… Еще несколько лет назад я обнаружил планетарную систему возле звезды, подозрительно похожей на Солнце. Впрочем, она давно была внесена в астрокаталоги и вроде бы ничего особенного собой не представляла. Но совпадений было уж больно много… По характеру гравитационных возмущений я вывел, что в системе девять планет. Не хватало лишь одной для полного сходства с нашей Солнечной…

– Только не говорите, что Земли! – усмехнулся Стас. – Прозвучит банально.

– Нет. В той системе я не мог отыскать Меркурий. А впоследствии оказалось, что в расчеты закралась ошибка… Он был.

– Но что это дает? Не понимаю… Ведь возле окрестных звезд множество планетарных систем. Далеко ходить не надо… Вон в Центавре, к примеру… И некоторые также похожи на Солнечную…

– Вы правы. Только точки перехода появились именно в этих двух.

– То есть две практически идентичных Солнечных системы существуют в одном измерении? И к тому же, как я понимаю, находятся не так далеко друг от друга по астрономическим меркам?

– Примерно – шесть целых и восемьдесят пять сотых парсека.

– Вам не кажется, что это маразм с точки зрения теории вероятностей?

Жаквин неопределенно покачал головой и пожевал губами. Ольга воспользовалась заминкой.

– Нужный, хочу, чтобы вы знали, – сказала она. – Во время спасательной операции погиб пилот разведывательного истребителя.

– Какой спасательной операции? – не понял Стас.

– Когда тебя, кретина, вытаскивали из этой помойки! – взорвалась она. – Вместо того чтобы налаживать нормальный дипломатический контакт – вероломно вторглись на чужую территорию и устроили такой бедлам, что теперь жди с минуты на минуту их ответного удара… А у нас за спиной – девять миллиардов гражданских!

– Но зачем нужно было идти на такие жертвы ради одного человека? – удивился Нужный. – Вы думали, что я разболтаю военные тайны или секреты новых технологий? Так я их сроду не знал…

– Тебя не только соцсанкций надо лишить, – со злобой проговорила Ольга. – Тебя надо… – Она замолчала. Видимо, не придумала с ходу достаточно сурового наказания для Нужного.

– Да в чем я провинился, в конце-то концов? – в свою очередь не выдержал Стас. – Я что, вызывался быть парламентером у соседских ворот?!

Безопасница лишь яростно засопела.

Ответил Уиндел:

– Вы не вызывались, Стас. Но, к сожалению, Вселенной на это глубоко начхать.

– Кстати, Жаквин, как там с теорией вероятностей? Не сходится что-то, вам не кажется?

– Мы столкнулись с редчайшим феноменом со времен начала сущего, Станислав…

– Отсюда, пожалуйста, поподробней! И, по возможности, избавьте меня от теологических домыслов.

– Теология здесь вовсе ни при чем… Вы прекрасно знаете, что звезды постоянно движутся вокруг ядра галактики с различными скоростями. А значит, они, так или иначе, перемещаются относительно друг друга.

– Это и первоклассник знает. В чем ваш пресловутый феномен?

Уиндел вновь пожевал бледными губами и проговорил:

– Когда открылись точки перехода между системами X и Y, их движение относительно друг друга замедлилось, а затем и вовсе прекратилось. Они встали в какую-то лишь самой природе ведомую нулевую позицию.

– Это абсолютно невозможно по законам небесной механики.

– Скажите, Станислав, вы никогда не задумывались, почему в последние десятилетия происходит столько климатических, тектонических, магнитных и других серьезных катаклизмов? Не только на Земле, во всей Солнечной… Температурные перепады на планетах, знаменитое смещение эксцентриситета орбиты Венеры и значительное прояснение атмосферы Юпитера. Гипотермальные пятна на Солнце, шальные кометы, летящие черт-те куда, изменение магнитных линий Марса, угроза глобального потепления на нашей родной Земле…

– Я не специалист, но эти… э-э… девиации в пределах допустимой нормы… кажется…

– Не много ли? За последние двадцать лет? – Уиндел помял свою шляпу в руках. – Если бы ученые были чуточку прозорливее, они бы задумались, отчего Солнечная, спавшая спокойно на протяжении миллионов веков, вдруг проснулась… И это не антропогенный фактор. Отнюдь. Мы, бесспорно, порядочные разгильдяи. Но даже сейчас наше влияние на экологию ничтожно. Я уже не говорю о таких нетривиальных вещах, как смещение эксцентриситета орбиты целой планеты.

– Но… Даже если на мгновение предположить, что вы правы… – Стас растерянно посмотрел на Уиндела. – Какого же порядка должна быть энергия, которой бы хватило для того, чтоб остановить движение двух звездных систем относительно друг друга?

– Астрономического. Даже мегаастрономического, если так можно выразиться.

– И откуда она взялась… эта энергия?

– А откуда берутся квазары и горизонты событий? Кто создает коллапсирующие туманности и зажигает сверхновые? Что правит хаосом на границах Вселенной, куда не дотягиваются даже рентгеновские щупы самых современных телескопов? Вы молчите, потому что не знаете. И я не знаю. Никто не знает… Теперь важен результат. Причины искать будем по ходу дела.