Возлюбленная леопарда - Гилганнон Мэри - Страница 61

Астра чувствовала себя скованной, но и сами рыцари выглядели не лучше. Разговор не клеился, потому что бывалые вояки поневоле сдерживали брань и грубые выражения, которыми привыкли пересыпать речь. И только Ричард не обращал никакого внимания на царившую за столом напряженность. Он оживленно болтал, втягивал в разговор своих скованных соседей и постепенно перешел к обсуждению планов на более поздний вечер. Он стал разглагольствовать о публичных домах Саусварка, известных самыми скандальными историями в городе. Астра вспыхнула.

– Осторожно, здесь дама, – с опаской сказал один из рыцарей, кивнув в сторону Астры.

– Астра вовсе не против, – заверил Ричард. – Она теперь замужняя женщина и хорошо знает, что происходит между мужчиной и его любовницей.

Астра промолчала и низко опустила голову. Ричард начинал какую-то новую жестокую игру, и она с ужасом гадала, к чему он клонит.

– В Лондоне найдется немало женщин, которых разочарует женитьба Черного Леопарда, – сказал с грубым смехом один из молодых рыцарей. – Что-нибудь передать им, Рэйвз? А может, есть надежда, что ты присоединишься к нам сегодня вечером?

– Только не сегодня, – беззаботно отвечал Ричард. – Пока меня в постели устраивает жена. Я обучу ее всяким занятным штучкам, и у меня не будет необходимости искать удовольствия где-то на стороне.

Вокруг раздались нервные смешки. Астра отложила надкусанный пирог. Теперь ей стали понятны намерения Ричарда, и она почувствовала дурноту.

– Я знаю одну красотку, которая особенно разъярится, когда узнает, что Ричард Рэйвз безнадежно потерян для нее как всякий женатый человек, – заметил кто-то. – Как насчет Рубинчик, Ричард? Ее ты тоже бросишь?

– Ах, Рубинчик, – отвечал Ричард, жизнерадостно улыбаясь. – Да, она лакомый кусочек. Когда-то я считал ее груди самыми замечательными во всем королевстве. Но теперь я знаю, что эта честь принадлежит моей чудесной женушке.

Раздался возглас удивления, затем откровенный смех. Астра боролась с единственным желанием – забиться под стол.

– Да, – громко продолжал Ричард. – Моя жена – исключительная женщина: послушная, страстная и хороша собой, как сама Венера.

– Тебе можно только позавидовать, Ричард, – выкрикнул один из мужчин. – Хотя король заставил тебя жениться, но, похоже, ты заключил выгодную сделку.

Астра затаила дыхание, увидев, как задрожал шрам на лице Ричарда. Напоминание о ее предательстве могло воспламенить его гнев, но в ответ прозвучал подозрительно мягкий и спокойный голос:

– Ты прав, Родрик. Я решил извлечь все возможное из сложившейся ситуации. Я не хотел жениться, но пришлось, зато теперь видны все преимущества брака. Во-первых, жена требует меньших затрат, чем знаменитая Рубинчик. Конечно, среди шлюх встречаются большие мастерицы, но за их дополнительные услуги приходится немало платить, а за мою жену уже заплачено. Теперь осталось только обучить ее кое-каким секретам, а она – способная ученица и страстно хочет учиться.

С нее было довольно. Астра поднялась и хотела выйти из-за стола, но Ричард удержал ее за руку.

– У моей жены только один недостаток, – сказал он с холодной улыбкой, стиснув пальцы на запястье. – Она выросла в монастыре и становится девственно застенчивой и скромной, когда речь касается постели. Но скоро это пройдет. Я покажу ей такое, что у нее не останется никакого стыда.

Ричард разжал пальцы, и Астра, наконец освободившись, подобрала юбки, неловко переступила через скамью и направилась к выходу.

Глава 29

На дворе было холодно, а Астра оставила плащ во дворце и теперь дрожала в бархатном платьице, торопясь вниз по темной вымощенной дорожке. Возвращаться в спальню не хотелось. Ричард наверняка вскоре туда придет, но она знала место, где ее вряд ли отыщут.

Вдоль церковных стен мягко мерцали свечи, и привычная обстановка успокоила Астру. Она опустилась на колени перед алтарем и попросила Бога ниспослать ей помощь и дать силу обратить гнев Ричарда в любовь. От молитвы на душе полегчало, и она поняла, что сможет справиться с жестокой насмешливостью мужа.

Но ей все еще не хотелось возвращаться во дворец из опасения вновь повстречаться с Ричардом. Оставалась слабая надежда, что он до сих пор пьет со своими шумливыми товарищами или отправился с собутыльниками в веселый дом и позабыл про нее.

Такой поворот казался Астре желанным и мучительным одновременно. Конечно, спокойнее, если Ричард утолит страсть с проституткой, но ревность… Невозможно представить, что ее муж спит в объятиях другой женщины.

Хотя какое ей дело! Ричард унижал ее публично и с глазу на глаз. Издевки, насмешки, оскорбительная холодность! Надо быть по-настоящему безумной, чтобы после всего этого ревновать. Но она все еще верила, что однажды он преодолеет обиду и возродит свою любовь. Она жила этой надеждой, и разум отступал перед чувствами, какими бы слепыми и сумасшедшими они ни казались. Она беспокоилась и заботилась о своем муже. Она его любила.

Астра тихонько вздохнула. А может быть, Бог наказывает ее за то, что она оставила монастырь и отказалась посвятить Ему жизнь ради желания иметь мужа, романтическую любовь и страсть. Вот и получила по заслугам. Что же теперь жаловаться и стенать!

Астра обняла себя холодными руками за плечи и, собравшись с силами, решила вернуться во дворец. Позади раздался шелест. Она повернулась и разглядела среди теней в полумраке знакомые черты.

– Что, вернулась на место своего триумфа, Астра? Дрожишь от радости, вспоминая, как прекрасно сработал твой план? Какого блестящего успеха ты добилась, заставив меня ползать ниц и целовать королевский зад?

Она покачала головой и попыталась унять дрожь, чтобы ответить как можно спокойнее.

– Ты не прав, Ричард. Я никогда не хотела причинить тебе боль. – Ее голос осекся. – Моя любовь сильна, и я была готова на многое, чтобы привязать тебя, но никак не предполагала, что все обернется таким несчастьем. Я знаю, ты не доверяешь мне больше и сердишься но, по правде сказать, не виню тебя за это.

– Ты не винишь меня Астра, что за дьявольская гордыня!

Она вздрогнула. Любая попытка объясниться казалась безнадежной. Ричард видел все только в черном цвете, не в силах забыть своего унижения.

Он двинулся к ней навстречу. Свет упал на его лицо, такое жестокое и гневное, что Астра от страха как будто приросла к полу. Он сжал горячие пальцы на ее окоченевшем запястье и грубо, властно поцеловал. Жажда любви, несмотря на его суровость, была в ней так велика, что она, преодолев страх, прильнула к нему.

Он целовал ее до головокружения и удушья, с вожделением, которое подпитывалось злобой. В его глазах был холод, а лицо горело от страсти. Затем он ослабил объятия и произнес:

– Иди в постель, жена. Ночь близится.

С каждым шагом он оживлял в себе воспоминания о перенесенных боли и унижении. Это даже хорошо, что она пошла в церковь. Здесь он сильнее чувствовал горечь. Здесь она соблазнила и предала его. Он стиснул челюсти. Жажда мщения так и осталась неутоленной. Ах, как горели от стыда щеки Астры, когда он поднял ее на смех перед другими рыцарями. Но этого слишком мало.

Они спустились во дворец через обитую деревянными панелями галерею. Едва освёщенный факелами дворец был тих. Они подошли к спальне, в которой провели свадебную ночь. Ричард в раздумье посмотрел на Астру и вдруг, резко повернувшись, толкнул ее к стене. Он торопливо развязал шнуровку на платье и разорвал камизу, открывая грудь.

Астра попыталась его оттолкнуть:

– Зачем все это? Мы почти пришли. Я разденусь в спальне. Ты что, не можешь подождать?

– Нет, – холодно ответил он. – Не могу. Я хочу тебя прямо здесь, у стены.

Она отстранила его руки, но он властно взял ее за груди.

– Камизу больше не носи, Астра. Я буду любить тебя сразу, как только пожелаю, и хочу, чтобы для этого было достаточно расшнуровать платье.

– Но это неприлично!

– Но ведь ты же не возражала, когда я раздел тебя в церкви. Ты так торопилась отдаться в полное мое распоряжение. Что же случилось сейчас?