Фата-Моргана 1 (Фантастические рассказы и повести) - Франке Герберт В. - Страница 21

На другом экране, защищенном фильтром, сиял Регус. Корабль повернулся к нему кормой.

— Сколько времени мы в пути? — спросил Брал.

— Много часов. Мы только что миновали луну, а она находится в семи миллионах километров от Мокара.

— Я знаю, — кивнул Брал и улыбнулся. В конце концов, астрономия была его специальностью. — Раана уже видна? Я охотно посмотрел бы на нее. На Мокаре сильно мешает атмосфера.

Артос улыбнулся, кивнул и показал на один из компактных приборов, находившихся почти в самом конце рубки. На нем виднелось множество штурвальчиков и рычажков, но самой заметной была труба телескопа, которая пронизывала потолок.

— Это ваш инструмент, Брал. Новейший телескоп. Вы можете управлять им отсюда и чувствовать себя, словно в открытом пространстве. Вы легко найдете Раану. Я уже посмотрел на нее. Чудесный вид.

Брал встал и, пошатываясь, направился к телескопу. С облегчением опустившись в кресло, он приник к окуляру.

Раана была большой светлой звездой точно в центре черного поля. Она красновато светилась, и на ней, похоже, были континенты. Ясно виднелись оба полюса; первая экспедиция на местную луну сообщила о них.

Брал обратился к Артосу и Ксо:

— Я счастлив, что отправился с вами. Один этот взгляд в телескоп окупает все усилия.

— И смерть Гесто тоже? — горько спросил Ксо.

Брал на мгновение смутился, потом мотнул головой так, что антенны задрожали.

— Его гибель — не моя вина, — ответил он. — Хотя я здесь оказался благодаря ей, но не несу за нее никакой ответственности.

— Успокойтесь, — вмешался Артос и с упреком посмотрел на Ксо. — У нашего друга очень чувствительная душа, а Гесто был его другом. Он очень страдает от этого чувства.

— Чувства? — удивился Брал.

— Да, эмоционального восприятия, с которым разум ничего не может поделать. Ксо верит в духовную связь между моками. Какая чушь, а ведь он крупный ученый!

Брал ничего не ответил. Он снова смотрел в бесконечность и старался думать и чувствовать так же, как Ксо. Он знал, что иметь и проявлять чувства было недостойно мока. Из-за постоянной угрозы драгов жизнь была жестокой и жуткой — а зачастую и короткой. Появляешься в мир в инкубаторе, заканчиваешь государственную школу и развиваешь свои задатки в училище или в Университете. Никто не знал своих родителей, да и они никогда не видели своих детей. Для сентиментальности в этом мире не было ни места, ни времени.

Брал вздохнул. Он отвел глаза от окуляра и быстро глянул на Ксо, потом встретился с холодными, изучающими глазами Артоса.

— Ну? — спросил руководитель экспедиции. — О чем вы думаете?

Брал направил антенны так, чтобы его могли услышать.

— Думаю? Я думаю о том, является ли признаком чувств то, что я счастлив, увидев Мокар со стороны. И сентиментальность ли то, что меня радует вид Рааны в телескоп? Если это как-то связано с чувствами… ну тогда я, наверное, кажусь вам предателем, Артос.

Ксо вежливо скатал свой антенны, чтобы не слышать беседы, но Артос, казалось, ничего не заметил.

— Нет, — ответил он. — Это не те чувства, которые я осуждаю. Ваш долг — радоваться астрономическим открытиям. Я очень счастлив, что вас направили вместо Гесто. Мы сделаем все, что задумали. Мы и Ксо.

Брал снова вернулся к своей работе.

Артос стал ему очень симпатичен.

2

На Земле уже давно минул конец двадцатого столетия по космическому времяисчислению. Существовало объединенное мировое правительство, общий космический флот, а также колонии на Марсе, Венере и на планетах некоторых ближайших звезд.

Человека, которому человечество было обязано своим развитием, звали Перри Родан.

Он вместе с Реджинальдом Буллем и доктором Маноли совершил первый полет на Луну и наткнулся там на потерпевших крушение арконоидов. Эта гуманоидная раса владела огромной звездной областью на расстоянии тридцати четырех тысяч световых лет от Земли. Арконидские ученые Тора и Крест получили задание разыскать легендарную планету, скрывавшую тайну вечной жизни. Поиски в пространстве и времени привели их к Солнечной системе — и на Луне их путешествие закончилось. Поврежденный двигатель отремонтировать своими силами оказалось невозможно.

Перри Родан сумел доставить обоих членов экипажа на Землю, и с их помощью он достиг мощи, позволившей ему взять под контроль судьбу человечества. Он объединил нации и создал мировое правительство.

Он прекратил войны. Все деньги стекались в единый бюджет, предназначенный для постройки космического флота. Научное и техническое развитие планеты Земля испытало фантастический взлет.

В Террании, столице «Третьей Власти», как Родан называл свою организацию, в эти дни царила лихорадочная деятельность. Один из космических патрулей вернулся с сенсационным сообщением, что на планете, находящейся всего в пятидесяти двух световых годах, существует гуманоидная раса. Командир патрульного корабля, молодой лейтенант Юлиан Тиффлор, следуя предписанию, не стал совершать посадку и тотчас же вернулся на Землю, чтобы сообщить об этом Перри Родану.

В одном из административных зданий Террании началось совещание.

Лейтенанту Тиффлору было тридцать с небольшим лет, он был строен и высок, смугл, с карими глазами. В мундире он выглядел весьма импозантно и, похоже, знал об этом. Его лицо выражало довольство и гордость — горд он был главным образом тем, что Перри Родана заинтересовало его открытие.

Сам Родан стоял возле распахнутого окна, из которого открывалась великолепная панорама Террании.

Фантастическая архитектура этого новейшего метрополиса в центре пустыни Гоби убеждала в том, что находишься на другой планете, среди иной цивилизации — и все же город был создан людьми. Конечно, при посредстве арконидских строительных роботов.

Перри Родану было около сорока лет, и внешне он несколько походил на молодого лейтенанта. Однако в его серых глазах читались властность и необъятные знания, которые он получил от Креста с помощью гипнообучения. Темно-рыжие, почти каштановые волосы были гладко причесаны. В худом лице почти не угадывалась свойственная его натуре чудовищная энергия, а скромный мундир, в который он был затянут, ничего не говорил о власти, которую олицетворял этот человек. Непосвященный никогда бы не смог предположить, что Перри Родан — ключевая фигура в Солнечной системе.

Полной противоположностью ему был Реджинальд Булль, лучший друг и доверенное лицо Родана. Приземистый, коренастый, он казался неловким и медлительным, однако впечатление это было весьма обманчиво. Его круглое, широкое лицо излучало добродушие и миролюбие — и это тоже была всего лишь видимость, никто, кроме Родана не обладал таким жестким характером, как Реджинальд Булль, которого обычно называли просто Булли.

Немного позади стояли два высоких, стройных человека, напряженность которых тотчас же бросалась в глаза. Это были мужчина и женщина. Их белые волосы и красноватые глаза придавали им сходство с альбиносами. Крест и Тора, единственные арконоиды, живущие на Земле. Они потерпели кораблекрушение на Луне, но остались живы и невредимы. Теперь они состояли при Перри Родане и помогали в укреплении земной мощи. Они наотрез отказались возвращаться на родину. Аркон переживал кризис, вызванный реорганизацией собственной Империи.

Родан подал знак. Все заняли места. Пристальный изучающий взгляд Родана был устремлен на Тиффлора. Он произнес только одно слово:

— Ну?

Молодой лейтенант спокойно встретил взгляд своего начальника.

— Мы обнаружили гуманоидов, сэр. На третьей планете Беты Овна. Расстояние до звезды пятьдесят два световых года, она похожа на Солнце. Планета казалась необитаемой, но обзорный экран выдал изображение существ, передвигающихся вертикально и обладающих явным сходством с людьми. Цивилизация каменного века. Согласно инструкциям, мы не могли совершить посадку, поэтому сразу же вернулись на Землю.

Родан медленно кивнул.

— Итак, каменный век… заря цивилизации. Можно предположить, что это примитивная раса. Однажды она разовьется… может быть, мы должны ей в этом помочь, — он вопросительно посмотрел на Креста. — Что вы об этом думаете, Крест? Ваш опыт противоречит этому?