Звёздный наследник - Гетманский Игорь - Страница 8

– Назовись!

– Бортовой компьютер класса L, условное название “Ланцелотт”, инициирован ровно шестьсот минут назад, в два часа ноль пять минут по местному времени. Система управления передвижением в пространстве находится в состоянии готовности.

У меня закружилась голова. Значит, ночью Дэнни-колдун сумел “распечатать” компьютер?! Но как он это сделал? Блокировка такой степени, какую установил отец, была практически непреодолима. Ее снятие требовало замены некоторых плат в системном блоке. Но при этом уничтожались все программы, управляющие информацией в памяти. При желании, хорошенько покопавшись, можно было привести бортовой компьютер в действие, но это был бы уже просто электронный ящик, требующий загрузки нового программного обеспечения…

Дэнни-дурак каким-то образом обошел блокировку!

Алкоголик. Колдун. Дьявол…

Я встряхнулся и снова забегал взглядом по экранам мониторов. Что еще удалось выжать из этого ящика Дэнни? Спрошу о пультах управления…

– Ланцелотт, покажи табель опознавания управляющих клавиш.

На экранах мониторов высветились схема пультовой клавиатуры и таблицы с обозначением функционального назначения каждой клавиши. У меня чуть глаза на лоб не полезли: ничего себе, полный контакт! Я мгновенно выделил знакомые любому пилоту названия. Теперь я мог лететь на папенькином звездолете, куда угодно, и навсегда забыть об аренде страшных замызганных космолетов, а также о пассажирских лайнерах! Вот это подарок! Спасибо, папенька! Спасибо Дэнни-дураку!

Я окончательно осмелел и, предвкушая только получение положительных ответов, стал задавать компьютеру быстрые вопросы:

– Автопилот работает?

– Да.

– В память заложены трехмерные карты земного шара?

– Да.

– Галактики?

– Да.

– Освоенных секторов Вселенной?

– Да.

Я возбужденно потирал руки. Пора домой, Дэн! Сделай кружок над поляной на унаследованном звездолете, обкатай его, как полагается, а потом отправь автопилотом арендованную тобой “птицу” на базу. А сам возвращайся домой с в о и м ходом.

Мой взгляд снова задержался на таблицах, высвеченных на экранах мониторов, и тут я и опомнился. А “штука”? Я сел в кресло пилота и внимательно изучил таблицы. Названия четырех управляющих клавиш “штуки” ни о чем мне не говорили. Более того, они настораживали. “Ловушка”, “Зеркало”, “Окно”… Одна из клавиш называлась особенно загадочно – “Уйти, чтобы остаться”… Знаменательное выражение. Наверно, это Джеймс выдал, подумал я, папенька не запоминал подобные обороты… Я немного помешкал и спросил:

– Слушай, Ланц, как насчет “Ловушки”? Эта функция инициирована?

– Вместе с системой управления звездолетом инициируются все заложенные программы. Запуск программы “Ловушка” приведет встроенную корабельную систему в активное состояние и немедленному выполнению поставленной задачи.

Встроенная система! Вот она – “штука”, подумал я и перебил Ланца:

– Сформулируй эту задачу! – Я задержал дыхание. Неужели Ланц сейчас откроет мне папенькину тайну?

– Развернутые определения задач, поставленные перед встроенной корабельной системой, стерты из памяти Ланцелотта. Ваша просьба не может быть удовлетворена.

Я раздосадованно выдохнул. Чудес не бывает. Тайна есть тайна. Настроение мое упало, но ненамного. Судя по тому, что говорил папенька о “штуке”, лучше действительно не знать, на что она способна. И заблокировать клавиши со страшноватыми названиями. Если бы отец знал, что Дэнни так легко вскроет компьютер и положит руку на управление его “штукой”, он бы, ясно, не обрадовался. Так и не будем тревожить его мирный сон. Спи спокойно, папа. Ты подарил мне звездолет, и этого Дэну Рочерсу вполне достаточно. А там посмотрим. Жизнь покажет…

Я заблокировал программы, связанные со “штукой”, простился с Ланцем и отправился отдыхать. Вечером мне предстояла “обкатка” нового звездолета. После этого, ночью, я собирался улететь с огромной заснеженной поляны, от старого ангара, от похороненного под землей города, от отцовской могилы – навсегда.

Когда я выходил из звездолета, одна мысль промелькнула у меня в голове. Я вспомнил хрипловатый папин голос: “Я не смог убить свое детище. Да этого просто и нельзя делать, такой масштаб…”

И подумал о том, что если бы отец не подозревал о существовании Дэнни-дурака и его колдовских способностях, он не стал бы сжигать документацию.

Вот такая история. Я не собирался обо всем этом рассказывать Лотте: в тот момент у меня были дела поважнее. Мы, во-первых, должны были зайти еще раз в бар, чтобы взять с собой запас бренди для неутомимого Дэнни-дурака. Во-вторых, мы должны были без приключений добраться до Долины Навигаторов. А в-третьих, что было самым трудным, как-то проникнуть на территорию космодрома, которая ночью охранялась местными аборигенами с особенной тщательностью.

– Лотта, – оторвал я от себя восторженную подружку. – Прекрати! Вот, смотри, мы уже на втором этаже, здесь есть ночной бар!

– Вперед! – мгновенно оценила обстановку моя ветренная дива, и через минуту мы уже проталкивались сквозь танцующую толпу местных аборигенов, инопланетян и землян: на Виолетте любили погулять ночью. Я навалился грудью на стойку бара, потребовал две бутылки бренди и двойное виски без содовой.

– Ты будешь? – спросил я у Лотты. Она отрицательно замотала головой, чем вызвала мое невольное уважение: я остановиться уже не мог. Опрокинув в себя порцию виски, я засунул в карманы пиджака бутылки…

И здесь память снова изменяет мне. А может быть, это и не память виновата. Может быть, она, моя несчастная память, и не имеет никакой возможности запечатлеть хоть что-нибудь в определенные интервалы времени. В те минуты, когда я просто теряю сознание, хоть и остаюсь на ногах; когда я ухожу в иные миры, а вместо меня в этой прекраснейшей из галактик функционирует Дэнни-дурак…

Во всяком случае, следующий эпизод, с которого я могу воспроизводить дальнейшие события, мягко говоря, необычен. Я очнулся на переднем сиденье такси, мчавшегося по совершенно пустому широкому шоссе в сторону Долины Навигаторов. Необычность же заключалась в следующем…

Надо сказать, что на планете Виолетта не практикуется аренда автомобилей – ни наземных, ни воздушных. И за те несколько дней, что я и Лотта занимались делами Межконфессиональной конференции, мы оказали неплохую денежную помощь городской службе такси. Четырехрукие водители драли почему-то именно с землян двойную цену. Видимо, это была благодарность аборигенов за то, что мы, жители Земли, когда-то вытащили их из болот и научили строить стоэтажные небоскребы.

Но неважно. Я хочу сказать вот что: до Долины Навигаторов мы могли добраться только на такси, она располагалась далеко от гостиницы, да и от города тоже. Следовательно, если я пришел в сознание на переднем сиденье автомобиля, – а так оно и случилось! – то первым делом должен был увидеть слева от себя пупырчатую рожу аборигена Виолетты.

Как бы не так. На месте водителя сидела хмельная амазонка Шарлотта Ньюмен и, азартно блестя глазами, гнала по шоссе со сверхзвуковой скоростью.

Я протер глаза.

– Лотта, что случилось?

Она лихо сдула упавшую на глаза челку, посмотрела на меня и рассмеялась:

– Проснулся, герой? Отлично! Ничего не случилось, Дэн! Если не считать двух пустяков. Пустяк первый. Около гостиницы ты вытащил из машины мирно дремавшего таксиста, назвал его Сыном Болот, попытался втолковать что-то о роли землян – цитирую! – “в твоей неясной первобытной судьбе болотной кикиморы, слышишь, парень?”, а потом одним ударом отправил его в кювет. И посадил меня за руль, а сам уснул. Пустяк второй. Обиженный таксист позвонил в полицию, и за нами сейчас гонится небольшая армия полицейских сил Виолетты.

Лотта снова засмеялась и, сузив глаза, пригнулась к рулю.

Только после ее слов я понял, что мне досаждало с самого первого момента пробуждения – навязчивое нытье аварийных сирен. А я его принимал за пьяный шум в ушах. Я резко повернул голову, так что хрустнули шейные позвонки, и чуть снова не потерял сознание. Восьмиполосное загородное шоссе с двухсторонним движением позади нас было сплошь забито полицейскими автомобилями, слепящими огнями их фар, а сверху украшено красными и синими фонариками “мигалок”.