Звёздный наследник - Гетманский Игорь - Страница 41

– Это для тебя они безобидны, – скрипучим голосом заметил я. – А меня они очень даже легко могут обидеть. Их надо уничтожить.

– Я готов, сэр.

– Отлично. Тогда прикрывай меня. – Я двинулся в крепость. – Пойдем. Ты теперь можешь войти на территорию, о целостности асфальта не думай. Займи позицию около особняка и наблюдай за небом и передвижением тварей. Обо всех изменениях обстановки докладывай немедленно.

– Есть, сэр.

Я ступил за ворота крепости и услышал за собой рев работы чудовищных механизмов кибера, а потом – страшный грохот: Торнадо сделал первый шаг, следуя за мной.

С первого же взгляда на внутренние постройки я убедился, что был верен в своих предположениях. “МонстрыГалактики” прилетели, чтобы забрать научное оборудование Уокера. Двери всех ангаров были распахнуты настежь, широченные ворота-проходы в помещения стены крепости – открыты. Отовсюду на меня смотрела молчаливая чернота зияющих проемов. Обобранные помещения построек возвращали звук моих шагов укоризненным эхом.

Я медленно прошел к той части стены, где вела бой команда Ловуда, и нашел там, что и ожидал найти – лежавший на асфальте бластер.

Кто-то из охранников выронил его. В тот момент, когда тварь-камикадзе накрывала человека своим серым полотнищем…

Боезапас бластера был исчерпан ровно наполовину. Я взял оружие наперевес и уже увереннее двинулся к особняку. Сзади меня огромные ступни кибера с грохотом и хрустом крошили аккуратную асфальтовую заливку.

Я подошел к двери особняка, оглянулся на Торнадо и осторожно толкнул ногой дверь. А когда она открылась, сразу же уловил шорох над верхним наличником. И успел заметить: два дырявых листа, висящие над дверью, уползли вверх и исчезли из виду.

Первая тварь поджидала меня прямо над входом. Я оглядел помещение холла и увидел вторую: она висела на люстре.

По моему телу поползли мелкие мурашки, меня затрясло от омерзения. Еще секунда промедления – и я не смог бы войти в особняк. И поэтому я заорал во весь голос:

– У-у-у, гады! – И прыгнул с порога аж на середину холла. А в прыжке уже превращал массивную пятирожковую люстру, обвитую лианой, в расплавленную сосульку. Лиана не успела ничего предпринять и обсыпалась на стол маленьким дождичком трухи и пепла. А я, благополучно приземлившись, развернулся и испепелил гадину над дверью.

– Обстановка изменилась, – прогрохотал снаружи голос Торнадо. – Две особи инопланетных организмов перестали существовать. На территории крепости осталось восемь пришельцев.

– Ну, спасибо, – запыханно буркнул я в ответ на справку и кинулся на второй этаж. Гулять так гулять: особняк надо было очистить весь и сразу. Тем более, что черт оказался не так страшен, как я его себе малевал: со стороны лиан я не почувствовал никакого телепатического или гипнотического воздействия.

Третью гадину я настиг и испепелил в коридоре. Четвертая была в кабинете Уокера. Почуяв неладное, она пыталась вылезти в окно на стену здания. Не успела. Пятая – та, что была на крыше, – успела аварийно эвакуироваться: бросилась вниз и упала в сад камней прямо к ногам Торнадо. К тому времени я уже вполне освоился с ролью терминатора и поэтому, орлиным взором глянув с крыши на лиану в камнях, презрительно бросил Торнадо:

– Разберись с ней! – И спустился вниз.

К моей великой радости “Монстры” не тронули компьютеры Уокера. Они забрали только все носители информации. И сделали еще одно – форматировали почти все жесткие диски, на которых, видимо, хранились каталоги и файлы с научными материалами и программами дяди Уокера.

К счастью, операционная система работала. Я быстро связался с БЗС и телеграфным стилем изложил все, что знал о последних событиях на планете Коррида. И как только на меня посыпались запросы о прямой видеосвязи – из Бюро, из “оборонки”, из Мирового правительства, из Галактической Полиции – выдал сообщение: “Прекращаю сеанс вследствие возникновения опасности для жизни. Жду помощи”.

И отключился. Никогда не любил лишних вопросов. Хотя по роду профессии сам их все время и задавал…

Я откинулся на спинку кресла, нашарил в кармане брюк сигареты и закурил. Итак, дело сделано. У меня есть сутки. На то, чтобы выяснить до конца историю открытия отца и Уокера – а я был уверен, что именно об этом расскажет мне Уокер на видеозаписи, – и понять, встречать ли мне все-таки команду со Штерна или…

“Что “или”? – спросил я себя. – Или – “что”? Улететь – куда? Искать Лотту – где? Что ты знаешь? Единственная твоя надежда – помощь профессионалов, следственной группы с Земли, команды поддержки со Штерна, специалистов БЗС, Полиции! Они занимаются этим уже несколько лет – поиском базы “Монстров Галактики”. У них опыт, у них знания, у них информация. А ты… Ты ни хрена не знаешь и не можешь. У тебя ничего нет кроме Торнадо и забитого в него лазерного диска с видеосюжетом…”

Куда вдруг девалась моя деловитая сосредоточенность? Осознание собственной беспомощности и униженности внезапно накатило на меня с такой силой, что я застонал и, сжав зубы, прокусил сигаретный фильтр. И вдруг почувствовал себя безмерно усталым и несчастным.

Но силы в тот день у меня еще оставались. Они еще были – силы. Они оставят меня потом, через полчаса, но в тот момент я был пока в форме. Я не позволил себе расслабиться. Как бы ни складывались дела, сказал я себе, ты еще можешь узнать то, что не знает никто в целом мире. То, что предназначается именно для тебя.

Последнее Слово Уокера.

Я выбросил сигарету в окно, спустился на первый этаж и вышел из особняка. Суперкибер невозмутимо и молча стоял посреди сада камней и подпирал своей огромной башкой небо.

– Торнадо! – торжественно воззвал я.

– Слушаю, сэр!

– По воле мистера Джеймса Уокера ты должен вручить мне капсулу с носителем видеозаписи. Сделай это.

– Есть, сэр.

Кибер не сделал ни одного движения, но в цилиндрическом столбе его левой голени на уровне моей груди сдвинулась створка и обнажила дверцу встроенного сейфа.

Сейф был совсем небольшой – вроде тех, что стоят под столами у сотрудников офисов и предназначаются для хранения деловых и личных бумаг. Отличался он от них тем, что был изготовлен из суперпрочного сплава “манго” – это я определил по характерному оранжевому отливу на металле – и открывался не ключом, а имел электронный замок с пятью степенями защиты. Не зная кода, этот замок не открыл бы ни один медвежатник в мире.

Кнопки набора шифра на дверце весело замигали. Их было двадцать: десять – с цифрами и десять – с буквами.

Я ждал, когда Торнадо откроет сейф. Прошла минута, но дверца не открылась. Я поднял на кибера удивленный взгляд:

– В чем дело?

Торнадо смущенно молчал. Мне показалось, что он тянет время. Как двоечник в конце контрольной работы, который не сдает тетрадь и пытается в отыгранные секунды сделать то, что должен был сделать в назначенный промежуток времени. Я повысил голос:

– Торнадо, открой сейф!

– Я не могу этого сделать, сэр…

– Почему?

– Я докладывал, сэр, что удар ракеты нанес мне незначительные повреждения, среди которых – неисправимые сбои в работе некоторых электронных устройств. Все поврежденные узлы функционально вторичны, но один из них – шина управления запором встроенного сейфа. Она сгорела. Ее восстановление невозможно. Замена требует вскрытия корпуса в условиях стационарной лаборатории. Вследствие этого я не могу открыть сейф.

– Отлично! – рассвирепел я. – И это все? Все, что ты можешь мне сказать?!

– Нет, сэр, не все. Сейф может быть открыт вручную. Но для этого вы должны знать шифр электронного замка.

Я протянул к нему руку и, уже зная, что мне ответит кибер, возопил:

– Так дай мне его!

– Он мне неизвестен, мистер Рочерс, – спокойно и печально молвил кибер. – Его знал только мистер Уокер.

Я прикусил губу и злым взглядом уткнулся в ярмарочное мигание табло набора шифра. Может, попробовать потыкать кнопки наугад? И отвернулся от сейфа. Если бы я знал количество знаков в коде, можно было хотя бы подсчитать вероятность удачи случайного набора, а так… Если единицу разделить на бесконечность, выйдет ноль.