Звёздный наследник - Гетманский Игорь - Страница 30

– Что я знаю? Наверно, то же, что и вы… – Мне вдруг захотелось поделиться с ним некоторыми своими профессиональными секретами. Ведь мы, журналисты, порой знаем то, о чем не ведают даже агенты спецслужб. – Появились они три-четыре года назад, но их никто никогда не видел. Во время сеансов видеосвязи они используют заставку, созданную посредством компьютерной графики. Звездный капитан со стандартным сухим лицом старого космического волка в стандартном интерьере блока управления звездолетом. Он появляется на экране, кратко излагает свои требования и исчезает… Вы, я думаю, видели этот видеомуляж на фото в газетах и по TV.

Ловуд кивнул. Я продолжал:

– Они занимаются космическим пиратством. Захватывают военные и транспортные корабли. Иногда – пассажирские лайнеры с большим количеством пассажиров. Но в основном их интересуют новейшие модели звездолетов с суперсовременной техникой на борту. Диверсии проводят стремительно. Отличаются особой жестокостью. Корабли, оказывающие активное сопротивление, “Монстрами” уничтожаются. Захваченные звездолеты и их экипажи исчезают бесследно. О судьбе похищенных “Монстрами” людей ничего не известно.

– Они обладают более совершенными звездолетами и вооружением, чем наши?

– Вряд ли. Иначе они не гонялись бы за техническими новинками Земли. В пиратском деле решает фактор внезапности и решимость идти на все – убить, уничтожить – без колебаний. К тому же надо учитывать и такое мнение: ученые полагают, что “Монстры Галактики” – это организация, сбитая из антисоциальных типов со всего Галактического Союза. В банду входят не только люди – существа из самых разных звездных систем, с самых разных планет. Силы и способности этих существ во многом землянам неизвестны – паранормальные, экстрасенсорные, сверхфизические… И они используются “Монстрами” в полной мере…

Так что достойно противостоять наскокам банды удается крайне редко. В девяноста случаях столкновения с “Монстрами” из ста корабли землян пропадают или уничтожаются. В остальных десяти – с огромным трудом уходят от погони.

– Да, это я знаю… – задумчиво сказал Ловуд. – Но чего они хотят?

– Точно не скажешь, какие у них стратегические цели. Скорее всего, саморасширение и рост своего влияния в Галактике. Но я представляю, какую тактическую задачу они пытались решить с помощью дяди Уокера.

– Заполучить еще один вид оружия?

Я отрицательно покачал головой:

– Существует такая гипотеза: у истоков образования банды стояли разведчики Дальнего Космоса. Вы ведь знаете, что длительные гиперпространственные рейды вызывают разные, порой тяжелые и необратимые изменения в мозгу. Разведчики иногда злоупотребляют инструкциями и ныряют в гиперпространство на недопустимо длительный промежуток времени, чтобы сократить, так сказать, путь. Особенно при возвращении домой…

Врачи считают, что воздействие гиперполя может вызвать стойкие шизофренические отклонения психического равновесия с ярко выраженной склонностью к насилию. Здесь уже идет речь не о болезненном состоянии, а о необратимом изменении типа личности. Человек становится негуманоидом.

– Негуманоидом? – недоверчиво переспросил Ловуд.

– Ну да. В том смысле, что целью их жизни становится борьба с развитой гуманностью. Где бы они ее не встречали: на Земле, в Галактике, в неосвоенных секторах Вселенной.

Можно предположить, что один из экипажей разведчиков пережил именно такое воздействие гиперполя. Они вынырнули из гиперпространства в Солнечной системе, посмотрели на Землю и… И улетели в неосвоенные сектора. Скорее всего туда, откуда вернулись. Потому что открыли там планету, пригодную для жизни. И, осев на этой планете, превратили ее в военную базу. С которой и пошли войной на Галактический Союз…

Наверно, позднее у них родилась идея ректрутирования инопланетян. Идея создания сначала банды, а потом – армии, оснащенной новейшей техникой землян… Ну и так далее.

– Но при чем здесь Уокер?

– А открытие и знания дяди Уокера им нужны для того, чтобы не тратить время на дорогу к объектам своих диверсий. Они находятся слишком далеко от Галактики, а базу приближать не хотят: наши разведчики шарят в окрестностях Союза довольно плотно. Вы ведь знаете, над чем работал дядя Уокер?

Ловуд утвердительно кивнул, помолчал и сказал:

– Да. Над расширением возможностей пространственных преобразований.

– Это общая формулировка. Можно предположить, что Уокер с моим отцом придумали что-то похожее на новый способ перемещения в пространстве. И вот об этом новом способе и хотели узнать “Монстры Галактики”. Узнать, изучить и получить или смонтировать ту установку, которая позволит им быстро покрывать расстояние, разделяющее их базу и планеты Галактического Союза. Ради этого они столь тщательно организовали наблюдение за Уокером и терпеливо вели разведку в течение пяти лет. И когда Уокер внезапно скончался, попытались выкачать из его мозга все, что можно выкачать глубинным ментоскопированием. И поэтому я уверен, что они вернутся. Уверен на все сто. И произойдет это очень скоро.

Ловуд вдруг резко поднялся, сильно растер руками лицо и недовольно сказал:

– Ладно вам, Рочерс, страху нагонять. Шли бы вы спать. – И заходил по холлу.

Я развернулся вместе с креслом к Ловуду и смотрел на него, не отрываясь.

– Генри, дайте мне оружие.

– Черта с два, Рочерс! – Он как будто ждал, что прозвучит именно такая просьба. – Я вам не верю. Вы находитесь под арестом и охраной моего подразделения. Все.

– Дайте мне бластер, Ловуд! – нажал я.

– Идите к черту!

Я встал из кресла. Ловуд яростно выругался и подошел ко мне вплотную. Несколько секунд мы стояли и буравили друг друга взглядами. Потом я понял, что надо идти на компромисс.

– Хорошо. Вы дадите мне оружие, как только твари объявятся на планете. Договорились?

Он не успел ответить. На его поясе запищала рация. Не отводя от меня взгляда, он включил ее и поднес к лицу:

– Прием.

– Командир, – раздалось из динамика, – роботы обнаружили космический объект, идущий на сближение с планетой. Линейные параметры и форма объекта соответствуют размерам крупного звездолета типа “линкор”. Ваши распоряжения?

– Введите Торнадо и его киберов в режим стандартной встречи гостей. Через три минуты – сбор всей команды в особняке Уокера, – ответил Ловуд. И все смотрел на меня.

– Давайте свой бластер, Генри, – тихо сказал я. – Мне надо идти будить Лотту.

Он взял в руки лежащий на столе бластер и протянул его мне. Холодная тяжесть оружия подействовала на меня неожиданно: я вдруг ощутил ее сердцем.

И поэтому больше ничего не стал говорить, а просто толкнул Генри Ловуда кулаком в грудь и побежал вверх по лестнице.

ГЛАВА 4

МЫ БУДЕМ ВМЕСТЕ

Длинные изогнутые ресницы обворожительной журналистки Шарлотты Ньюмен трогательно-беспомощно вздрагивали во сне, по щекам разлился девичий румянец, мягкие каштановые волосы рассыпались по подушке. Я немного постоял над своей ветреной дивой, провел ласковым взором по нежной обнаженной шее в распахнутом вороте комбинезона, по упругой груди, вздымавшей тонкую ткань униформы ровным дыханием, и тихо позвал:

– Шарлотта…

Она проснулась сразу. Ровно секунду непонимающим взглядом смотрела сквозь меня, но потом взгляд ее упал на бластер, бирюзовые глаза распахнулись во всю ширь, и она испуганно приподнялась с подушки:

– Что, Дэн? Они?

– Да, Лоттик. Во всяком случае, очень похоже. На планету садится неизвестный звездолет. Нам надо спуститься вниз.

Она выскочила из постели, одернула комбинезон, перекинула через плечо сумку и футляр для видеокамеры. Он, как и полагалось, оказался слишком легок, потому что был пуст: камеру парни Ловуда нам не вернули.

– Идиоты, – проворчала Лотта. – Как теперь документировать события?

Я восхищенно цокнул языком: настоящего профессионала и черт с рогами не испугает!

– Дорогая, нам на голову садится банда извращенцев и садистов. Неземного, кстати, происхождения. Ты, наверно, и в аду будешь готовить телерепортажи?