Смертницы - Герритсен Тесс - Страница 34

— Что там происходит? — спросил Корсак сдавленным голосом, все еще не глядя на Дина. — Кто-нибудь знает?

— Нам ничего неизвестно.

— Эта сука проболталась в эфире полчаса назад. С тех пор похитители не проявлялись? Никаких выстрелов… — Корсак запнулся. — Никакой реакции?

— Может, они не смотрели телевизор. И не знают, что удерживают копа. Я надеюсь только на это.

— Когда они выходили на связь в последний раз?

— Они позвонили около пяти, предложили сделку.

— Что за сделка?

— Они хотят интервью в телеэфире. В обмен на двух заложников.

— Так сделайте это! Чего вы ждете?

— Полиция не хочет запускать туда гражданских. Ведь репортер и оператор окажутся под угрозой.

— Я сойду за оператора, если мне покажут, как управляться с этой чертовой камерой. А ты сыграешь репортера. Пусть пошлют нас.

— Речь шла о конкретном журналисте. Его зовут Питер Лукас.

— Ты имеешь в виду того парня, что пишет для «Трибьюн»? Почему его?

— Это мы и хотим выяснить.

— Что ж, так давай действовать. Надо вызволять ее оттуда, а не то…

Зазвонил сотовый Габриэля, и он поморщился, подумав, что это наверняка родители Джейн. Разговор с ними больше нельзя откладывать. Он достал телефон и нахмурился, взглянув на дисплей. Номер был ему незнаком.

— Габриэль Дин, — ответил он.

— Агент Дин? Из ФБР?

— Кто говорит?

— Это Джо. Думаю, вы знаете, кто я.

Габриэль оцепенел. Он видел, как насторожился Корсак, наблюдавший за ним.

— Нам нужно поговорить, агент Дин.

— Откуда вы узнали…

— Ваша жена говорит, что вам можно доверять. Что вы держите слово. Мы надеемся, что это правда.

— Дайте мне поговорить с ней. Дайте услышать ее голос.

— Через минуту. Как только вы дадите обещание.

— О чем вы? Скажите, чего вы добиваетесь!

— Справедливости. Мы хотим, чтобы вы дали обещание исполнить свой долг.

— Не понимаю.

— Нам нужно, чтобы вы были свидетелем. Чтобы вы нас выслушали, потому что вряд ли нам удастся пережить эту ночь.

Дин почувствовал, что его знобит. «Они самоубийцы. Неужели и всех остальных потащат за собой?»

— Мы хотим, чтобы вы сказали миру правду, — продолжил Джо. — Вас послушают. Заходите вместе с репортером, агент Дин. Поговорите с нами. А потом расскажете всем то, что услышали.

— Вы не должны умирать. Так нельзя.

— Думаете, нам самим хочется? Мы пытались скрыться от них, но это невозможно. У нас нет другого выбора.

— Но зачем идти этим путем? Зачем ставить под угрозу жизнь невинных людей?

— Иначе нас никто не послушает.

— Вам просто нужно выйти! Освободить заложников и сдаться.

— Но живыми мы не останемся. Они найдут логическое объяснение нашей гибели. Как всегда. Сами увидите это в новостях. Они заявят, что мы совершили самоубийство. Мы умрем в тюрьме, не дожив до суда. И все подумают: «Что ж, тюрьма есть тюрьма». Это наш последний шанс привлечь к себе внимание мировой общественности, агент Дин. Рассказать людям правду.

— Какую правду?

— О том, что произошло в Эшбурне.

— Послушайте, я не понимаю, о чем вы говорите. Но я сделаю все что захотите, если вы отпустите мою жену.

— Она здесь, рядом. С ней все в порядке. Я даже позволю вам…

Связь внезапно оборвалась.

— Джо! Джо!

— Что случилось? — встрепенулся Корсак. — Что он сказал?

Габриэль не слушал его, он отчаянно пытался восстановить связь. Отыскав номер абонента, он нажал на кнопку вызова.

— …абонент не отвечает или временно недоступен.

— Что происходит, черт возьми? — заорал Корсак.

— Я не могу дозвониться.

— Он повесил трубку?

— Нет, нас прервали. Сразу после того как… — Габриэль замолчал. Обернулся и посмотрел на командный трейлер. «Они нас слушали, — подумал он. — Кто-то слышал то, что говорил Джо».

— Эй! — окликнул его Корсак. — Куда ты?

Но Габриэль уже бежал к трейлеру. Он даже не стал стучаться, а просто распахнул дверь и вошел в фургон. Хейдер и Стилман оторвались от видеомониторов и обернулись к нему.

— Мы заняты, агент Дин.

— Я иду в здание. Я намерен освободить свою жену.

— Ну да. — Хейдер рассмеялся. — Уверен, вас встретят с распростертыми объятиями.

— Джо звонил мне на сотовый. Они приглашают меня. Хотят поговорить со мной.

Стилман резко выпрямился, и на его лице застыло выражение крайнего удивления.

— Когда он вам звонил? Нам никто не доложил.

— Несколько минут назад. Джо знает, кто я. Он знает, что Джейн моя жена. Я смогу найти общий язык с этими людьми.

— Об этом не может быть и речи, — отрезал Хейдер.

— Вы же собирались послать туда репортера.

— Они знают, что вы из ФБР. И вероятно, вы ассоциируетесь в их сознании с этим мифическим правительственным заговором, которого они так боятся. В лучшем случае вы проживете там пять минут.

— Я готов рискнуть.

— Вы для них бесценный трофей, — сказал Стилман. — Заложник высокого ранга.

— Вы же переговорщик. И сами всегда твердите о том, что нужно тянуть время. Так вот, эти люди настроены на переговоры.

— Почему с вами?

— Потому что они знают — я готов на все, чтобы уберечь Джейн. Я не стану выкидывать фортели, не приведу с собой вооруженный отряд. Я приду один и буду играть по их правилам.

— Слишком поздно, Дин, — покачал головой Стилман. — Мы не намерены продолжать это шоу. Группа захвата уже в полной боевой готовности.

— Что за группа?

— Федералы прислали из Вашингтона. Какая-то особая антитеррористическая команда.

Именно об этом предупреждал его сенатор Конвей. Время переговоров прошло.

— Бостонской полиции приказано держать внешнюю линию оцепления, — объяснил Хейдер. — Наша задача — обеспечить безопасность по внешнему периметру.

— И когда начнется штурм?

— Понятия не имеем. Они теперь сами командуют.

— А как же договоренность с Джо? Оператор, репортер? Он ждет их.

— Нет, ничего не будет.

— Кто отозвал этот план?

— Федералы. Мы просто пока не сказали об этом Джо.

— Но он уже согласился отпустить двух заложников.

— И мы надеемся, что он так и сделает. По крайней мере две жизни будут спасены.

— Если вы не выполните свою часть сделки, если не пошлете Питера Лукаса, там останутся еще четверо заложников, которых уже не спасешь.

— К тому времени, я надеюсь, группа захвата уже будет там.

Габриэль в ужасе уставился на него.

— Вы что, хотите устроить бойню? Потому что именно этим все и кончится! Эти параноики решат, что их опасения справедливы. Что вы действительно собираетесь убить их. Черт возьми, выходит, они правы!

— Теперь и вы начинаете походить на параноика.

— Мне кажется, здесь только я один пребываю в здравом уме. — С этими словами Габриэль развернулся и вышел из трейлера.

До него донесся оклик переговорщика:

— Агент Дин!

Но Габриэль не остановился, продолжая идти к линии оцепления.

— Дин! — Стилман наконец догнал его. — Я просто хотел, чтобы вы знали: я был не согласен с планом штурма. Вы правы, все это приведет к кровопролитию.

— Тогда почему, черт возьми, вы допускаете это?

— Вы так говорите, будто я способен остановить эту махину! И Хейдера! Теперь всем заправляют люди из Вашингтона. Мы должны посторониться и уступить им дорогу.

И в этот момент в толпе послышался странный гул. Журналисты сгрудились, подались вперед.

«Что происходит?»

Раздался крик, и из распахнувшихся дверей больницы вышел высокий афроамериканец в униформе санитара, его сопровождали два офицера спецназа. Он остановился на мгновение, сощурившись от резкого света прожекторов, и поспешил к ожидавшему его автомобилю. Через несколько секунд полицейский вывез из больницы старика в инвалидном кресле.

— Они это сделали, — пробормотал Стилман. — Освободили двух заложников.

«Но не Джейн. Джейн все еще там. А штурм может начаться с минуты на минуту».

Габриэль двинулся к линии оцепления.