Северный дьявол - Уайтсайд Диана - Страница 50

У Рейчел перехватило дыхание. Лукас ни за что не станет подвергать ее риску.

«О Боже!»

Впереди завизжали тормоза, но поезд все равно скользнул за следующий поворот, набирая скорость. Конечно же, тормоза в ближайшее время сработают, спасая их от столкновения с большим составом. Или, что еще страшнее, от схода с рельсов…

– Вы оба умрете, – заявил им Коллинз.

– А как же состояние Дэвисов? – спросила Рейчел.

Она готова была бы выйти даже за дьявола, лишь бы спасти Лукаса.

Коллинз покачал головой. По его щекам медленно ползли слезы.

– Мне теперь ничего не нужно, только отправить вас обоих в ад за то, что вы погубили моего мальчика. Вы умрете медленной мучительной смертью.

Только не сейчас, когда у нее появилась возможность сказать Лукасу, как сильно она его любит… Коллинз бросил Рейчел кусок толстой веревки.

– Привяжи его к подлокотникам и ножкам его кресла.

Рейчел подобрала веревку и опустилась на корточки перед Лукасом, спиной к Коллинзу. Их глаза встретились. В его взгляде Рейчел прочла бессильную ярость!

Она ободряюще ему улыбнулась и многозначительно посмотрела на ковер рядом с его креслом.

Глаза его округлились – и в них отразилась мука.

Рейчел дала ему понять, что собирается атаковать Коллинза и что ему придется сидеть неподвижно.

Она выжидала. Если Лукас шевельнется, ее план не сработает. И тогда у них почти не останется шансов спастись.

– Какого дьявола ты ждешь? – завопил Коллинз, подходя ближе.

Действительно, какого дьявола?

Рейчел наклонилась в проход. Подол ее юбок скрыл от Коллинза ее действия. Одной рукой она взяла за ручку плевательницу, оказавшуюся полной (благодарение небесам за ленивых уборщиков!), стремительно повернулась, бросив ее в лицо Коллинзу.

Он отшатнулся, прикрывая руками лицо, и грязно выругался.

Рейчел упала ничком, чтобы не мешать Лукасу.

Он вскочил с кресла и бросился на Коллинза, не обращая внимания на его «кольт». Видимо, хотел заслонить ее от случайного выстрела. Обоим удалось обнажить кинжалы, но оба слишком быстро их лишились. Голые руки оказались гораздо эффективнее, поскольку им одновременно нужно было сохранять равновесие.

Они дрались друг с другом, словно львы, терзая и пытаясь порвать друг друга. Катались по полу, а поезд тем временем ускорял ход. Все плевательницы были опрокинуты, их содержание валялось на полу.

Рейчел с трудом приподнялась и отползла подальше, стараясь не мешать Лукасу. Она оказалась рядом с задней дверью и оружием, но не могла бы выстрелить в Коллинза, поскольку опасалась задеть Лукаса.

Прожектор большого состава все приближался, становясь все ярче. Его луч все чаще попадал в вагон. Его долгий басовитый гудок раздавался снова и снова.

Паровоз ответил гудком. Задняя дверь вагона хлопала. Тормоза взвизгивали снова и снова и наконец испустили последний мучительный вопль. Тормозной кондуктор предупреждающе крикнул и прыгнул. Его голос смолк в отдалении. Поезд несся с бешеной скоростью. Члены команды что-то прокричали и тоже спрыгнули с поезда.

Им не удалось остановить поезд. Теперь он либо сойдет с рельсов, либо столкнется с большим составом, который шел вниз по склону и не мог быстро затормозить.

Прожектор большого состава осветил частный вагон.

Лукасу удалось сильно ударить Коллинза кулаком, тот отшатнулся.

– Прыгай, Рейчел! Прыгай немедленно!

Рейчел судорожно сглотнула и прыгнула. Он никогда ни о чем ее не просил, кроме безусловного повиновения. И как бы дорого ей это ни стоило, она сделала ему этот подарок.

Сделала именно то, что он приказал! На мгновение Лукас испытал потрясение и огромную радость.

Ощутив невероятный прилив сил, Лукас ударил ублюдка в живот.

Коллинз зашатался и снова упал на кушетку.

Лукас нырнул в проход по направлению к задней двери, ухватился за дверную раму и поднялся на ноги, всего в нескольких дюймах от открытого пространства и Рейчел.

Поезд стремительно повернул, ускоряя ход.

Лукас оглянулся на Коллинза, оставшегося в дальнем конце вагона.

Негодяй смотрел на него. Его лицо было покрыто ссадинами и кровью, в глазах поселилась смерть. Он двинулся к Лукасу, скрючив пальцы, словно когти. Лукас шагнул на площадку и прыгнул в неизвестность. Это был его единственный шанс остаться в живых.

Он кубарем покатился по снегу. И остановился в огромном замерзшем сугробе. Сложив ладони у рта он стал огребать снег.

Темнота наконец отступила, и ледяной ветер сдул с него остатки снега. Лукас выкарабкался из сугроба.

Ему удалось упасть на последний участок относительно ровной поверхности, после которого начинался глубокий узкий каньон.

Большой состав снова протяжно загудел, почти оглушая его. Огромные колеса заскрежетали, рассыпая искры по белым откосам.

Маленький поезд не обратил внимания на предостережение. Выбрасывая горящие угольки из трубы, он словно спешил попасть в ад. В проеме вагона стоял Коллинз во весь рост, высоко подняв голову.

Железнодорожное полотно пошло вниз и в сторону: тут начинался спуск к главному пути и краю ущелья. Паровоз рванулся вперед, словно радуясь вызову, и сошел с рельсов.

Он рухнул в каньон, увлекая за собой тендер и вагон-люкс. Металл рвался и вопил, словно живой. Поезд ударялся обо все уступы, а потом ударился о дно ущелья с грохотом, который едва не сшиб Лукаса с ног. Из каньона вырвались клубы черного дыма со всполохами багрового пламени.

Лукас осторожно приблизился к краю обрыва и посмотрел вниз. Ущелье превратилось в огненный котел, заполненный искореженным пылающим металлом. Выжить там было бы просто немыслимо.

– Лукас! – Рейчел бежала к нему, спотыкаясь и увязая в сугробах.

Он бросился ей навстречу и обнял, отводя от края каньона. Слава Создателю, она жива! Он заключил Рейчел в объятия, и ее волосы щекотали ему шею.

Команда грузового поезда наконец добралась до них, возмущаясь безумцем, рухнувшим в пропасть вместе с потерявшим управление поездом.

Лукас опустился в громадную ванну «Императрицы», смывая с себя грязь и вонь и избавляясь от боли после тяжелой поездки и прыжка на склон. Теплая вода действовала благотворно. Все хорошо, что хорошо кончается.

После его возвращения с «Синей птицы» вместе с Рейчел и Донованом прошло меньше часа. Ирландец едва дождался, чтобы поезд затормозил, и побежал к жене. Виола бросилась к нему и прижалась всем телом, не обращая внимания на то, что они здесь не одни, и не замечая жестокого мороза. Они отправились на «Императрицу». Виола выбрала себе небольшую ванную рядом с дополнительными купе, заявив, что мужу понадобится самая просторная.

Время близилось к полуночи, и в депо Рино стояла необычная тишина. Даже гудки и колокола проезжающих поездов звучали дружелюбно. Вдалеке тяжело прогрохотал тяжелый состав, заставивший «Императрицу» завибрировать.

Как и остальные помещения вагона, ванная являла собой экзотическую фантазию в стиле русской бани. Кафельные плитки с узором из птиц, животных и растений покрывали пол и стены. Стены примерно на высоту плеча. Выше стены и потолок были обиты красным дамастом. На полу лежали мягкие коврики ручной работы. В углу стояла красно-белая печурка, и было тепло.

Лукас заложил руки за голову, продумывая, как можно было бы уговорить Рейчел остаться с ним. Конечно же, ей захочется поехать в знаменитую Йосемитскую долину. А когда они там окажутся, он сможет поговорить с ней или соблазнить ее…

Ручка двери щелкнула, поворачиваясь.

Лукас поднял бровь. Неужели Рейчел отправила к нему Брейдена с одеждой?

Дверь распахнулась, и в ванную заглянула Рейчел. Черный шелковый халат, перетянутый на талии поясом, подчеркивал изящество ее фигуры, а черный цвет – нежность ее кожи. Ее каштановые волосы были небрежно сколоты на макушке, несколько лот конов падали ей на шею. Он мог поклясться, что халат надет на голове тело.

У Лукаса дух захватило. Его жезл пришел в полную боевую готовность.