Война за "Асгард" - Бенедиктов Кирилл Станиславович - Страница 229

Ардиан выстрелил не целясь и тут же резко ушел влево. Ки-Брас крутанулся на месте и упал, выронив пистолет, — кажется, пуля попала ему в плечо. Стоявший у прозрачной перегородки в конце зала могучий круглоголовый мужчина стремительно обернулся — Хачкай узнал того спецназовца, который повязал его сегодня утром в Центре доктора Танаки. В руке у круглоголового полыхнул огонь, плазменная панель за спиной у Ардиана лопнула с оглушительным звоном. Хачкай нырнул под прикрытие металлического стола и затаился.

— Ихос де путас!!! — заорал ворвавшийся в зал Сантьяго, продолжая посылать пулю за пулей куда-то в потолок. Толку от такой стрельбы не было никакого, но грохот стоял оглушительный. — На пол всем! На пол, я сказал!

Спецназовец молниеносно перекинул пистолет в другую руку и выстрелил в писателя. Но у того, как видно, тоже имелся на небесах свой покровитель: за секунду до выстрела Сантьяго с разбегу налетел на брошенную кем-то из операторов треногу камеры и полетел на пол, выронив свой “кольт”. Прежде чем круглоголовый успел нажать на курок еще раз, высунувшийся из своего укрытия Ардиан снес ему половину черепа из своего “тауруса”.

— Оранжевая тревога, — произнес где-то под потолком спокойный и звучный голос. — Пожар в системе охлаждения, блокировка автоматических пожарных систем, угроза взрыва в третьем газовом коллекторе… Дамы и господа, в целях вашей безопасности Белый Зал будет полностью заблокирован. Не пытайтесь самостоятельно открыть дверь и выйти из зала. Прошу сохранять спокойствие…

Это еще что, подумал Хачкай ошеломленно, кто это тут распоряжается? В следующую секунду он увидел, что прямо на него идет, пошатываясь, высокий величественный, словно библейский патриарх, старик с остановившимся, совершенно безумным взглядом. В руках старика блестел длинный острый словно стилет осколок хрусталя, направленный прямо в сердце Ардиану.

— Исчезни, адская тварь! — закричал старик и замахнулся.

Ардиан нажал на спусковой крючок, раньше чем успел сообразить, что старика можно было свалить с ног простым пинком. Выстрел швырнул сумасшедшего к серебристой металлической колонне. Старик выронил свое оружие и медленно сполз по стене на пол.

— Бедняга Оберон, — заметил поднявшийся на ноги Сантьяго. Вместо “кольта” у него в руках теперь была невесть откуда взявшаяся круглая шоковая граната — Впрочем, я всегда предполагал, что он плохо кончит Ложись, командир! — вдруг истошно завопил он.

Ардиан стремительно развернулся к выскочившим словно из-под земли спецназовцам, но писатель уже швырнул свою гранату. В центре зала полыхнуло ослепительным белым огнем, и Хачкая на несколько секунд поглотил мрак.

16. САНТЬЯГО МОИ АРАГОН, ЛИТЕРАТОР

База “Асгард”, Стена,

30 октября 2053 г., 12.07

От ожога сетчатки Сантьяго спасло только то, что он с детства боялся любой пиротехники. Метнув тяжелый серый кругляш, Мондрагон немедленно упал на землю, закрыв лицо руками. Звуковая волна ударила ему в барабанные перепонки, вызвав кратковременный шок, но, по крайней мере, он не ослеп.

Он хорошо видел, как поднявшийся с колен Ардиан, пошатываясь, приблизился к потерявшим зрение, ползавшим по полу спецназовцам и убил их выстрелами в затылок. Спокойствие, с которым истребитель проделал эту операцию, поразило Монд-рагона. Что я наделал, тоскливо подумал Сантьяго, кого я выпустил из клетки ? Впервые он очень четко ощутил всю глубину собственной глупости. Ну во что ты ввязался, дурачок? Какой из тебя рейнджер? Тебе бы упасть в ножки к Фробифишеру, умолять его о прощении для себя и для Ивана, а ты подался в инсургенты… Теперь все, поздно, никто не простит, да и Фробифишера больше нет в живых… Сорвавшаяся с цепи боевая машина по имени Ардиан Хачкай вычеркнула его из списка живых. Так же, как и Ки-Браса, так же, как и ослепших спецназовцев… Вспомнив, как беспомощно дергались их крупные тела, Мондрагон почувствовал, что его сейчас вырвет. Он выпрямился во весь рост и задержал дыхание, пытаясь побороть приступ тошноты.

Белый Зал напоминал сейчас поле средневековой битвы. Мертвые лежали вперемешку с живыми, и непонятно было, кого здесь все-таки больше. У высоких металлических дверей стоял на коленях смутно знакомый Мондрагону японец в дорогом костюме стального цвета, прижимающий к своей груди голову распростертой на полу рыжеволосой девушки. Чуть поодаль поднимался, цепляясь за кресло, растрепанный Иван, так и не выпустивший из рук отобранную у кого-то из охранников “беретту”. А в дальнем конце зала, у заляпанной кровью и мозгами прозрачной перегородки, полулежала, прислонившись к стене и закрыв глаза, тоненькая девочка-подросток.

— Дана, — пробормотал Сантьяго, чувствуя, как холодная мягкая лапа останавливает его сердце. — Дана, что же это?..

— Подружка? — понимающе хмыкнул Ардиан. Он тоже осматривал поле боя, но явно с другими целями. — Ну что ж, займись, пока есть время. А у меня еще дела…

Он шагнул куда-то вбок и сразу же перестал существовать для Сантьяго. Весь мир сузился до размеров коридора между Мондрагоном и Даной.

— Дамы и господа, — ожил заскучавший было компьютер, — рад сообщить вам, что все системы Хрустального Кольца функционируют нормально. В настоящий момент Стена совершает колебательные движения амплитудой в одну двенадцатую миллисекунды. Вы можете наблюдать это удивительное зрелище на экранах панелей Белого Зала. Напоминаю вам, что в целях вашей безопасности Белый Зал остается герметично заблокированным. Не пытайтесь самостоятельно открыть двери и покинуть помещение…

“Плевать, — подумал Сантьяго мрачно, — все равно я ее отсюда вытащу…” Он сделал несколько неуверенных шагов, споткнулся о чьи-то неподвижно вытянутые ноги и остановился. И куда ты ее потащишь, позволь поинтересоваться? — желчно осведомился Сантьяго-два. Где бы ты ни появился теперь, единственное, что тебя ждет, это ордер на арест… Неужели ты и Дану собираешься втянуть в эту историю? Умно, ничего не скажешь…

— Дана! — отчаянно крикнул Иван у него за спиной. — Даночка, ты цела?..

Ну вот, сказал себе Сантьяго, вот и ответ на все твои вопросы. Ты никуда не увезешь с собой Дану, потому что она тебе не принадлежит. Не принадлежит и, заметь, никогда не принадлежала. Обещала ли она тебе хоть что-нибудь? Да нет ведь. Все совершенно честно, Мондрагон: Дана не клялась тебе в верности, а Иван никогда не давал обета не влюбляться в молодых красивых девушек…

Иван, на ходу засовывая “беретту” за пояс, подбежал к Дане и склонился над ней.

— Даночка! — забормотал он по-русски, тряся девушку за плечи. — Дана, милая, ну скажи хоть что-нибудь…

Девушка не двигалась. На лице у нее застыла странная, испуганная гримаса.

— Она тебя не слышит, — так же по-русски сказал чей-то глуховатый голос. — Ей нужна противошоковая сыворотка.

Иван и Сантьяго обернулись одновременно. У прозрачной перегородки лежал широкоплечий, похожий на медведя мужчина, опутанный тонкой блестящей сетью. Когда он заговорил, Сантьяго увидел, что у него выбиты два передних зуба.

— И лучше всего поторопиться, — продолжал мужчина. — Шок — неприятная штука…

— Вы — русский? — недоверчиво спросил Иван, подходя ближе к мужчине. — Врач?

Связанный сморщился, точно от сильной боли.

— Русский, — подтвердил он. — Не врач, но укол ей сделать могу…

Иван беспомощно оглянулся на Сантьяго. Тот пожал плечами и внимательно посмотрел на мужчину.

— Почему вы связаны? — спросил Мондрагон. Русский усмехнулся.

— А почему вы и ваши друзья стреляли в тех, кто меня связал?

Хороший ответ, подумал Сантьяго. Особенно если иметь в виду, что я до сих пор не знаю, зачем вообще взял в руки пистолет…

— Если хотите помочь девушке, развяжите меня, — раздраженно сказал мужчина. — Связанный, я никого спасти не в состоянии…

— Отец, — Иван вопросительно посмотрел на Мондрагона, — как вы думаете, мы можем рискнуть?..

Мы, усмехнулся про себя Сантьяго, как чудно звучит это “мы”!..