Война за "Асгард" - Бенедиктов Кирилл Станиславович - Страница 200

Едва он успел кивнуть доктору, как дверь кабинета распахнулась, пропуская очередных гостей. Одного ТанаКа узнал сразу же — да и сложно было не узнать Роберта Фробифишера, постоянно мелькавшего в сводках сетевых новостей. Породистое, испещренное красноватой сеткой сосудов лицо Высокого представителя застыло в гримасе брезгливого недовольства. Следом за ним в кабинете появился щегольски одетый сухощавый человек неопределенного возраста с большим галльским носом и быстрыми умными глазами. Ки-Брас выразительно взглянул на Саманту. Та махнула рукой, и два охранника немедленно поставили перед вошедшими неизвестно откуда взявшиеся кресла.

— Высокий представитель Совета Наций Роберт Фробифи-шер и консул Евросоюза Морван де Тарди, — торжественно объявил Ки-Брас. — Что ж, почти все в сборе, не хватает только короля Аравийского и знаменитого писателя, но первого мы не осмеливаемся тревожить, а за вторым уже послали. Пока его будят, я вкратце расскажу нашим гостям, что, собственно, стряслось…

В изложении Ки-Браса героическая сага о борьбе службы безопасности “Асгарда” с пятнадцатилетним диверсантом звучала несколько более правдоподобно. Выходило, что импульс, отключивший энергоснабжение базы, засекли вовсе не подчиненные полковника Каррингтон, а эксперт АБТ, безвылазно сидевший в локальной сети “Асгарда”. Более того, даже получив от него информацию о том, откуда произошло вторжение в сеть, секьюрити задержали Кондратьева не сразу — у них просто не укладывалось в голове, что виновником аварии может оказаться подросток, играющий в фата-моргану.

Неудивительно, подумал Танака, разглядывая белобрысого. Тот походил не на диверсанта, а на затравленного, испуганного, потрепанного большими собаками щенка. Или Ки-Брас ошибается, что, принимая во внимание его профессионализм, по меньшей мере странно, или же он затеял это представление специально, чтобы спровоцировать настоящего террориста.

Будет катастрофа, неожиданно вспомнил он слова Мнемона. Большой bang. Огонь сойдет с небес… Дьявол, но ведь если террористы действительно проникли на “Асгард”, то все эти смутные пророчества могут в любой момент стать реальностью!

— А вы уверены, что авария произошла в результате действий этого мальчика? — неожиданно спросил Морван де Тарди. Его хищный нос нацелился на Ки-Браса, словно томагавк вышедшего на тропу войны индейца. — Есть ли у вас основания его обвинять?

Ки-Брас небрежно кивнул Саманте.

— Полковник, прошу вас продемонстрировать трофей. Каррингтон с неожиданной грацией извлекла из нижнего ящика своего стола квадратную коробочку из непрозрачного черного стекла. Открыла ее и поднесла чуть ли не к самому носу консула Евросоюза. С того места, где стоял доктор, содержимого коробочки не было видно, но Танака решил не ронять своего достоинства и подождать, пока доказательство продемонстрируют лично ему.

— Ах, вот как, — несколько изменившимся тоном произнес де Тарди. — Очень, очень любопытно… Вы разрешите?

Саманта заколебалась, но Ки-Брас махнул рукой.

— Разумеется, господин консул. Мы уже провели дактилоскопическую обработку, так что можете делать с ним что угодно.

Тонкие пальцы де Тарди извлекли из коробочки какую-то кроваво блеснувшую каплю. Консул повертел ее в руках, близоруко поднес к глазам и далее зачем-то понюхал.

— И что же это такое, по-вашему? Ки-Брас пожал плечами.

— Искусственно выращенный кристалл рубина. Для того чтобы ответить точнее, необходимо провести детальное исследование. Надеюсь, что господа физики окажут нам содействие в этом деле…

Лепелетье мрачно кивнул.

— Наша рабочая версия такова — на кристалле записана некая разрушительная программа, своего рода мегавирус. Юноша, сидящий перед вами, — настоящий компьютерный гений. Используя довольно ограниченные ресурсы обычной фата-морганы, он сумел создать нечто вроде примитивного нокса и с его помощью внедрил программу-убийцу в локальную сеть “Асгарда”. К счастью, все обошлось аварийной остановкой двух энергостанций, но если бы то же самое произошло во время Большого Хэллоуина, результат, уверяю вас, оказался бы куда трагичнее.

— Вы пытались выяснить у мальчика, где он взял этот кристалл? — не унимался консул.

Ки-Брас покачал головой.

— Проблема в том, что он отказывается отвечать. Когда охранники вежливо предложили ему пройти с ними для выяснения обстоятельств, он начал драться. Собственно, именно этим объясняется его несколько растрепанный внешний вид — надеюсь, вы не думаете, что мы его пытали.

— Может быть, он не понимает по-английски? — предположил де Тарди. Он поднялся с кресла и, сделав несколько шагов по направлению к арестанту, спросил на довольно сносном русском: — Вы говорите по-английски, товарищ Кондратьев?

Мальчик вздрогнул и опустил глаза. Ки-Брас довольно расхохотался.

— Ну, конечно, он понимает. Он же работал в WBC. Нет, господин консул, Кондратьев просто не хочет признавать свою вину. И это только укрепляет меня в мысли о том, что у нашего юного друга есть сообщники… или сообщницы.

— Этот кристалл что-то мне напоминает, — задумчиво произнес де Тарди. — Такое впечатление, что я где-то его уже видел, причем относительно недавно… — Он обернулся и в упор посмотрел на черноволосую девушку. — Мадемуазель Янечкова, ваше прекрасное колье — к сожалению, вы сейчас без него — мне кажется, камень, украшавший его, весьма похож на этот кристалл.

Девушка встретила его взгляд, не дрогнув.

— Месье де Тарди, могу вас уверить, что рубин, который так врезался вам в память, по-прежнему украшает мое колье. Если вы согласитесь сопровождать меня в мою комнату, я продемонстрирую его вам… в менее напряженной обстановке.

Консул сощурился, приобретя сходство с изрядно постаревшим Дон Жуаном.

— Восхитительное предложение, мадемуазель. Надеюсь, вы не откажете старику в любезности надеть вместе с колье великолепный рубиновый браслет, который так очаровательно украшал вашу божественную ручку…

У Янечковой дрогнули губы.

— Разумеется, месье. Если вы так разборчивы в украшениях.

— Parfait!1 (Великолепно! (фр.) — воскликнул де Тарди. — И, конечно же, все камни, украшающие этот браслет, будут на месте.

— Позвольте, Морван, — холодно произнес Фробифишер, — браслет с рубинами — мой личный подарок Дане. Уж не хотите ли вы сказать, что я снабдил собственного референта какой-то фантастической программой-убийцей?

— Упаси вас бог, Роберт, — усмехнулся консул. — Но откуда у вас такая уверенность, что ваш референт не получает подарки от кого-то другого ?

Высокий араб, равнодушно следивший за ходом этой перепалки, мгновенно напрягся и сделал скользящий шаг вперед, почти заслонив девушку своим телом.

— Мисс Янечкова находится под личным покровительством Его Величества Хасана ибн-Сауда, короля Аравийского, — заявил он не терпящим возражений голосом. — Имейте в виду, что любое покушение на ее честь и достоинство будет восприниматься нами как оскорбление чести и достоинства Его Величества.

— Что? — переспросил Фробифишер, поднимаясь с кресла.— Что такое?

— Успокойся, Роберт, — с шокирующей надменностью произнесла Янечкова. — Ты же в любом случае собирался аннулировать свое опекунство.

— Черт побери! — неожиданно воскликнул Ки-Брас. — Мистер Фробифишер, так вы… вы лишили Дану статуса воспитанницы?..

Лицо Фробифишера побагровело. Контраст с серебристо-седой гривой был настолько разителен, что Танаке показалось, будто Высокого представителя сейчас хватит удар.

— А вас, майор, это совершенно не касается! Занимайтесь своими крысами и не лезьте в мои личные дела!

Дверь с треском распахнулась. В кабинет, пригибая голову, влетел высокий молодой человек с длинным испуганным лицом. Воротник молодого человека, оторванный чьей-то безжалостной рукой, болтался у него на спине. Присмотревшись, Танака узнал в новоприбывшем Питера Каррингтона-младшего.

— В чем дело, Питер? — повысила голос Саманта. — Почему ты являешься сюда в таком виде? И где господин Мондрагон?