Война за "Асгард" - Бенедиктов Кирилл Станиславович - Страница 151

Он спустился на пять пролетов и остановился перед открытой дверью. Последний раз, когда Танака посещал криокамеру, он аккуратно запер ее личным ключом.

— Входите, входите, доктор, — позвал чей-то приветливый голос из полумрака криокамеры. — Всегда приятно видеть нового человека. Здесь скучновато, да к тому же и холодно…

Танака быстро обернулся. На лестнице никого не было.

— Я здесь совершенно один, — продолжал невидимка доброжелательно.

— Заходите и ни о чем не беспокойтесь.

Снисходительный тон говорившего разозлил Танаку. Крио-камера считалась территорией Центра генетических исследований, а поскольку проникший туда человек сделал это, не поставив в известность ни самого доктора, ни лейтенанта Куроду, то его можно было смело задерживать как преступника, посягнувшего на корпоративную собственность. Что ж, подумал Танака, даже если это припозднившийся покупатель товара, ему сейчас крепко не поздоровится.

Он перешагнул порог и остановился, осматриваясь. Крио-камера состояла из двух помещений: вытянутой комнаты с металлическим полом и покрытыми изморозью белыми стенами и огромного рефрижератора с шестиугольными ячейками, в которых хранились контейнеры с охлажденными биоматериалами. Рядом с фасадом рефрижератора стояли столы на колесиках, на которые выгружались контейнеры. Кроме того, в криокамере наличествовали стерилизационная установка, смывающая пыль с биокостюмов работающих здесь исследователей, несколько простых жестких стульев и зияющая в стене широкая пасть грузового лифта.

На одном из столов сидел, свесив ноги, черноволосый мужчина лет сорока, с волевым подбородком и прямым коротким носом англосакса. Увидев, что Танака вошел в криокамеру, он спрыгнул со стола, помахал доктору рукой и сразу же вытащил откуда-то из кармана своего камуфлированного комбинезона небольшую радужную карточку.

— Я вас знаю, доктор, а вы меня — нет, — сказал он, подходя и держа карточку перед собой. — Меня зовут Джеймс Ки-Брас, я сотрудник Агентства по борьбе с терроризмом, Лондон. Вот документ, подтверждающий мои полномочия, — это допуск “ред шифт”.

Танака, знаком приказав черноволосому остановиться, взял у него из рук карточку и приложил к своему браслету. Да, похоже, странный визитер не лгал. В верхнем правом уголке экрана янтарным шариком переливался герб Совета Наций.

— Чем могу быть полезен, мистер Ки-Брас? — сухо осведомился Танака. Ему очень не понравилось появление в криокамере сотрудника АБТ — не мог же он начать избавляться от контейнеров при этом англичанине!

— О, — Ки-Брас улыбнулся, — на самом деле пока мне нужно от вас только одно. — Он мельком взглянул на свой браслет. — Я хотел бы ознакомиться с содержимым контейнера D-176.

Проклятие, подумал Идзуми, только не это! Контейнер D-176 принадлежал к той самой проклятой партии, которую мастер Хосокава называл подарками к Празднику Очищающего огня. Может быть, это лишь совпадение, мрачно подумал он, понимая, что там, где речь заходит об АБТ, не может быть никаких совпадений.

— Боюсь, что с содержимым именно этого контейнера сейчас ознакомиться нельзя, какими бы ни были ваши намерения, — вежливо ответил он. — Опасность бактериологического заражения, видите ли…

— А, — сказал Ки-Брас, небрежно взмахивая рукой. — Жаль, конечно, но не так страшно. Тогда мне потребуется ящик D-184.

Та же партия. Теперь Танака был уверен, что АБТ заинтересовалось им не просто так.

— Вы можете объяснить мне, почему вам понадобились именно эти контейнеры? — спросил он. — Видите ли, биоматериал…

— А если там не биоматериал? — тут же спросил Ки-Брас. Танака невозмутимо улыбнулся.

— Тысяча извинений, а что там может быть еще ? Англичанин задумался.

— Все, что угодно, в принципе. Например, героин. Или, скажем, нейтронная бомба…

Он знает, понял Танака. Сопротивляться бесполезно, если он действительно знает, мне конец. Почему я не успел уничтожить контейнеры хотя бы на сутки раньше?..

— Там биоматериалы, — ответил он сухо. — И я бы не хотел подвергать их опасности ради вашего досужего любопытства.

Ки-Брас вновь протянул ему карточку.

— Прочтите, пожалуйста, повнимательнее, Танака-сан. Здесь есть очень четко сформулированный пункт о том, что всем должностным и частным лицам следует оказывать владельцу допуска “ред шифт” всевозможную помощь. В противном случае действия таких лиц будут рассматриваться как саботаж. Вам нравится быть саботажником, доктор?

Танака подумал еще немного и сдался. В конце концов что он мог противопоставить человеку, за спиной которого стояла самая могущественная организация Евросоюза?

“Ки-Брас, — подумал он, доставая ключи от рефрижератора, — Ки-Брас… Странное имя, что-то оно мне напоминает…”

Ты встретишь человека по имени Блестящий Ключ, сказал ему Мнемон. Этот человек сыграет в твоей жизни важную роль, и ты не должен его убивать.

Неужели это он, спросил себя Танака, неужели это тот человек, которого я не должен убивать? Зачем он здесь? Для чего ему понадобились эти чертовы контейнеры?

Он открыл дверцу ячейки D-184 и с некоторой натугой (ячейка располагалась высоко от пола) вытащил скользящий на длинных рельсах шестиугольный контейнер. Подоспевший Ки-Брас подогнал столик на колесиках прямо под гнездо рефрижератора, и контейнер лег на твердую, чуть прогнувшуюся под его весом поверхность.

— Откройте, пожалуйста, — попросил англичанин. Танака покачал головой.

— Вы слишком легкомысленно одеты. Ни биокостюма, ни даже простого респиратора. Яне могу так рисковать вашей жизнью.

— За мою жизнь не волнуйтесь, — возразил Ки-Брас. — Открывайте, а если со мной что-то случится, я подарю вам бутылку вашей любимой водки “Императорская тройная”.

— Наденьте хотя бы это, — посоветовал Танака, доставая из шкафчика пару защитных перчаток.

Ки-Брас принял их с легкой улыбкой и небрежно натянул на свои длинные сильные кисти.

— Благодарю, доктор. Ну же, не тяните.

Танака пожал плечами и приготовился к неизбежному позору. Наверное, именно так чувствовал себя его предок Ошо, грязным обманом спасший жизнь себе и уничтоживший убийцу своего сюзерена.

— Я вас предупредил, — равнодушно сказал он. — Отойдите подальше.

Магнитные замки контейнера открывались легко. С каждым новым щелчком Танака чувствовал себя все хуже и хуже. Что там внутри? Гора героина? Склад стареньких “Калашниковых” ? Золотые слитки?

Он представил себя руслом, по которому бежит река. Два раза глубоко вдохнул воздух и один раз сильно выдохнул.

Взялся за крышку и не без некоторого усилия приподнял ее.

— Святые небеса, — сказал пораженный англичанин, заглядывая в контейнер. — Святые небеса…

В металлическом ящике не оказалось ни героина, ни оружия, ни золотых слитков. Там лежал труп. Просто труп.

9. АРДИАН ХАЧКАЙ, ИСТРЕБИТЕЛЬ

Изолят “Толлан”, сектор Юг-Дельта,

окрестности лагеря Старая Краина,

ночь с 29 на 30 октября 2053 г.

Он пришел в себя от того, что захлебнулся водой. Вода тонкой струйкой стекала в его обожженное горло, и прикосновения ее дарили блаженство и муку одновременно. Ардиан закашлялся и сел, содрогаясь от дикой боли во всем теле.

— Лежите, лежите, капитан. — Озабоченный голос с тягучим северным акцентом принадлежал, конечно же, Хелен Келлер, но Ардиан не видел ее, потому что на глазах у него была плотная черная повязка. — Вам нельзя шевелиться, вы подключены к бортовой медицинской системе.

— Плевать, — выдохнул Хачкай одними губами. Говорить оказалось еще больнее, чем пить. — Повязку… снимите повязку, живо…

Сам он не мог даже высоко поднять руку — к каждому запястью, словно пиявки, присосались какие-то проводки, датчики, в локтевом сгибе левой руки явственно ощущалась тонкая игла. Хелен Замялась.

— Вам нельзя… глаза обожжены, могут быть осложнения…

— Тогда выключи на хрен свет, — прошипел Ардиан. — Но сними эту повязку, иначе я сделаю это за тебя.