Уральские сказы — I - Бажов Павел Петрович - Страница 71

Это и есть тот «первый добытчик», кому посвящен новый цикл сказов. Таков мальчуган Федюнька, что упрямо ищет и находит Огневушку-Поскакушку; паренек Дениско, которому Никита Жабрей рассказывает о заветном месте, где водятся золотые самородки, имеющие форму лапотков («Жабреев ходок», 1942), и приисковый рабочий Илюха, какого полюбила Синюшка за смелую и веселую сноровку в труде («Синюшкин колодец», 1939), маленькие старатели — Ланко Пужанко да Лейко Шапочка («Голубая змейка», 1945) и многие другие.

Юным героям Бажова характерна чистота помыслов. Ими руководит не жадность, не стремление овладеть сокровищами, разбогатеть, а желание проникнуть в тайны природы. Посулила Илюхе Синюшка показать свои несметные сокровища, но не позарился на них юноша. Он пришел к волшебному колодцу, потому что слыхал: бабка-то красной девицей оборачивается.

Испытывает его Синюшка. Из колодца синий столб выметнул. Вышли одна за другой девушки — царевна в сосну ростом, с золотым блюдом, на котором «песок золотой, каменья дорогие, самородки чуть не по ковриге», за нею купеческая дочь с подносом из серебра. Но отказывается от этого богатства Илюха. И только когда обернулась бабка Синюшка простой девчонкой в синеньком платьице и синеньком платочке, да подала ему старое решето, полное ягод, и сказала: «Прими-ко, мил-друг Илюшенька, подарочек от чистого сердца», — тогда только, заглядевшись в синие девичьи глаза, принял дар Синюшки Илюха.

Мотив дружбы горщиков с «тайной силой», а подчас даже любви молодых старателей, рудобоев к Малахитнице, Синюшке поэтически выражает новое отношение человека к природе. Человек не преклоняется перед ее тайнами, не объявляет их непознаваемыми. Он не только противостоит силам природы, но и подчиняет их себе.

Так, в сказах Бажова, полных юмора и лукавого задора, в своеобразном переплетении реального и фантастики воплощается поэзия творческих исканий и неустанного изучения и познания действительности.

В противопоставлении и противоборстве положительных и отрицательных героев П. Бажов раскрывает тему человеческого достоинства.

Положительный герой сказов «Малахитовой шкатулки» — это человек труда, и именно в силу этого он обладает мужеством, стойкостью и моральной чистотой. Гордых, смелых людей рисует П. Бажов. Его герои видят и глубоко чувствуют красоту труда. Они непривычны услужать, кланяться, гнуть спину. Паренька Данилку взяли в казачки при господском доме: «…табакерку, платок подать, сбегать куда и протча. Только у этого сиротки дарования к такому делу не оказалось». Не вышло из Данилы «хорошего слуги», зато вышел чудесный мастер («Каменный цветок»).

Не кланяются герои сказов ни барам, ни богатству. Недаром заветная их мечта, что настанет время и «отнимут, поди-ка, люди у золота его силу» («Дорогое имячко», 1936).

Подросток сирота Дениска отказывается унижаться перед загулявшим золотоискателем Никитой Жабреем, который пригоршнями швыряет в толпу ребят конфета и серебряные рублевки.

Никита пробует сломить «гордыбаку». «Выхватил из-за пазухи пачку крупных денег и хвать ими перед Дениском. А тот, видно, тоже парнишка с норовом, говорит „…милостинку не собираю, а с собачьего бросу и подавно“. Никита от таких слов себя потерял: стоит — уставился на Дениска. Потом полез рукой за голенище, выволок тряпицу, вывернул самородку, — фунтов, сказывают, на пять, — и хлоп эту самородку под ноги Дениску, а сам кричит; „Не хвастай через силу! Эту ты у меня подымешь!“ Ну, а Дениско… Не поднял. Поглядел только да сказал: „Такой бы лапоток самому добыть лестно, а чужого мне ее надо“. Повернулся и пошел» («Жабреев ходок»).

Уважение к труду, а не к богатству — характерно и для юноши Дениски, и для старого малахитчика Евлахи Железко, о котором известно было, что «мастер, мужик с пружинкой», такого не купишь, сколько не сули, потому что «уважает человек свое мастерство. Дороже денег его ставит» («Железковы покрышки»).

Сказы Бажова показывают, что полноценная человеческая личность формируется только в процессе труда.

Наряду с поэтическими образами положительных героев в сказах даны сатирические образы отрицательных персонажей. Это или праздные вырождающиеся баре-заводовладельцы, или лакейские души — приказчики, надзиратели, «щегари». Объединяет их общая черта — неспособность и ненависть к труду.

О герое сказа «Сочневы камешки» (1937) говорится, что он «смолоду-то около господ терся, да за провинку выгнали его. Ну, а зараза эта — барские-то блюдья лизать-у него осталась. Все хотел чем ни на есть себя оказать. Выслужиться, значит. Ну, а чем он себя окажет? Грамота малая. С такой в приказные не возьмут. На огненную работу не гож, а в горе и недели не выдюжит».

Сочень избрал себе «ремесло по рылу — стал у конторы нюхалкой-наушником промеж старателей», то есть предателем и доносчиком.

О «Северьяне-убойце», приказчике из разорившихся дворян, тоже говорится, что в «заводском деле он, слышь-ко, вовсе не мараковал, а только мог человека бить» («Приказчиковы подошвы»). Невежество, ненависть к труду и людям труда разлагают самого Северьяна, превращая его в истязателя и садиста.

Северьян, Ванька Сочень, Яшка Зорко, Кузька Двоерылко и другие отрицательные персонажи сказов — это люди ничтожные, никчемные, это, — пользуясь горняцким термином, — «пустая порода». Их внутреннюю сущность П. Бажов раскрывает, прибегнув к излюбленному своему приему — вещей сатирической метафоре. Так, в сказе «Приказчиковы подошвы» Хозяйка горы карает «Северьяна-убойцу» за его лютые издевательства над рабочими. Она обращает приказчика в каменную глыбу. Но вот странность: когда пытаются добраться до Северьяна, убеждаются, что там, где должно быть его тело, — одна пустота, хотя вокруг — первосортный малахит. Метафора — «пустая порода» — обрела вполне материальный образ.

Гуманизм сатиры Бажова — воинствующий гуманизм, чуждый благодушия и слезливой сентиментальности: глубокая вера в человека закономерно соединяется с большой требовательностью к людям.

В сказах сороковых годов, особенно в послевоенные годы, П. Бажов выдвигает на первый план тему высокого этического значения человеческого труда. «Рудяной перевал» (1947), «Широкое плечо» (1948), «Васина гора» (1946), «Златоцветень горы» (1949), «Живой огонек» (1950) и другие сказы этого периода представляют собой обычно «случай из жизни», бытовой эпизод из рабочей практики, который П. Бажов силой мастерства подымает до уровня большого морально-этического обобщения. Рассказчиком, как и раньше, выступает старый бывалый горщик, он, оглядываясь на пройденный путь, подытоживает опыт, учит на простых, казалось бы, обыденных примерах, как надо достойно жить. Так «Васина гора», по гребню которой проходила граница заводской территории, — превращается в сказе в обобщенный образ жизненных трудностей, испытаний, неизбежных в труде препятствий, которые человек должен уметь преодолевать. «Вот видишь, — говорит сторож Василий мальчугану подручному, — гора-то на дороге силу людскую показывает. Иной по ровному месту, может, весь свой век пройдет, а так своей силы и не узнает. А как случится ему на гору подняться, вроде нашей, с гребешком, да поглядит он назад, тогда и поймет, что он сделать может. От этого, глядишь, такому человеку в работе подмога и жить веселее. Ну, и слабого человека гора в полную меру показывает: трухляк, дескать, кислая кошма, на подметки не годится».

Сказ «Широкое плечо» — на таком же подчеркнуто бытовом примере — говорит о силе единства трудящихся людей, о могуществе коллектива, а «Живой огонек» — о новом качестве мастерства, которое рождается от того, что «либо долголетние рабочие навыки хорошо освещены наукой, либо книжные знания прочно закреплены рабочей практикой».

Каждый из новых сказов П. Бажова зовет человека к совершенствованию, к уяснению новых принципов жизни, к их применению в повседневной своей практике.

В ряде сказов писатель подходит к изображению современности, поэтически повествуя о том, как новые условия человеческого существования — социализм — обуславливают дальнейшее развитие и обогащение лучших свойств народного характера. «Ныне вон многие народы дивятся, какую силу показало в войне наше государство, — говорит Бажов в сказе „Коренная тайность“ (1945), — а того не поймут, что советский человек теперь полностью раскрылся. Ему нет надобности свое самое дорогое в тайниках держать. Никто не боится, что его труд будет забыт, либо не оценен в полную меру. Каждый и несет на пользу общую кто что умеет и знает. Вот и вышла сила, какой еще не бывало в мире». Поэтичнейшие из своих сказов писатель посвятил вождям народов Ленину и Сталину: «Солнечный камень» (1942), «Богатырева рукавица» (1944), «Орлиное перо» (1945), «Старых гор подаренье» (1946), — стремясь раскрыть сущность народного понимания великих образов. Покидают два старателя уральские заповедные края, идут ходоками в Москву рассказать Ленину о богатстве горных недр («Солнечный камень»). Находят они здесь и поддержку и помощь: осуществляется их заветная мечта о том, чтобы стали эти богатства достоянием всего народа.