Пират и русалка - О'Бэньон Констанс - Страница 62

– Джуд! – вскрикнула Доминик, еще теснее вжимаясь в него. – О Джуд…

Она дошла до последнего предела страсти – и тут ее тело затрепетало и вознеслось на самую вершину блаженства.

Потом они лежали, тяжело дыша и сплетясь ногами, и постепенно возвращались на землю.

Руки Джуда сомкнулись вокруг Доминик, и он держал ее бережно, как бесконечно хрупкую драгоценность.

Доминик погладила его по спине и вдруг вспомнила тот вечер, когда праздновали день рождения ее брата, и когда она, уединившись от общества, мечтала о мужчине, который вихрем ворвался бы в ее жизнь и в котором она мгновенно угадала бы свою единственную настоящую любовь. И вот теперь у нее был Джуд. Она чувствовала к нему огромную всепоглощающую любовь и знала, что она продлится столько же, сколько и ее жизнь.

Доминик приподнялась на локте и заглянула в его лицо. Глаза Джуда были закрыты, и Доминик захотелось знать, о чем он думает в эту минуту. Она решилась спросить его об этом:

– Чем заняты твои мысли, мой дорогой муж?

Он открыл глаза, и они показались Доминик повлажневшими. Или это была игра света?

– Я вспоминал, – сказал он.

Доминик горько пожалела, что задала свой вопрос. Джуд наверняка думал о своей брачной ночи с Мэри.

– О, – только и произнесла она.

– Я вспоминал нашу первую ночь, Доминик. Я всю жизнь буду корить себя за то, что тогда я был груб с тобой.

С ее губ сорвался легкий смешок.

– О Джуд, я заставлю тебя забыть об этом. Ведь я поставила себе цель заманить тебя в свои сети – и добилась цели. Ты всего лишь поверил тому, в чем я хотела тебя убедить.

– Я думаю о том, через какие испытания тебе пришлось пройти. Обо всех горестях и опасностях, о которых ты так мне и не рассказала. И теперь мне хочется кольцом своих рук, как каменной стеной, оградить тебя от всех невзгод и беречь и лелеять тебя вечно.

Она глубоко вздохнула и прижалась головой к его груди.

– О, мой дорогой Джуд, мир так огромен, наши дороги пересеклись чудом, по воле случая. Я могла бы так никогда и не встретить тебя.

Он приподнял ее лицо.

– Подумать только – какие глубокие мысли приходят в твою головку.

Она почувствовала, как он беззвучно рассмеялся.

– Чему ты смеешься?

– Просто вспомнил, как впервые увидел тебя на борту «Вихря» и как мне хотелось швырнуть тебя в море.

– А я тогда с радостью скормила бы тебя акулам.

Они уснули только под утро, когда за окном начало светать.

33

Доминик вышла на палубу. Ей хотелось видеть, как вдали покажется Бостон – ее новый дом. Утро было серым и пасмурным, моросил легкий дождь. Когда они входили в Бостонскую гавань, налетел ледяной ветер и стало еще холоднее.

Подошел Джуд и одарил Доминик улыбкой, которую приберегал только для нее одной. Он поплотнее запахнул на ней накидку и поправил капюшон.

– Лучше бы ты, конечно, приехала сюда впервые весной, когда распускаются цветы и погода не такая мерзкая. Боюсь, Бостон тебе не понравится, ты ведь привыкла к жарким тропикам. Ты скучаешь по Гваделупе?

– Некоторое время я буду тосковать по дому, – честно призналась Доминик. – Но это пройдет.

– Так тебя не пугает холод?

Она погладила его по руке.

– Мне никогда не приходилось ощущать холода – такого холода. По-моему, он действует бодряще. Я уверена, что мне здесь понравится. Теперь это мой дом – я жительница Бостона. Более того, я – американка.

И Джуд еще раз с гордостью подумал, что Доминик – самое главное драгоценное сокровище, которое досталось ему благодаря его вынужденному пиратству.

В этот момент заскрипела якорная цепь, и густой туман окутал море и берег. Доминик напрягла зрение, но вокруг почти ничего нельзя было разглядеть.

Внезапно она услышала смех Джуда и вопросительно на него посмотрела.

– Это из-за твоих ужасных сапог, – сказал он, указывая на ее ноги. – Первое, что я сделаю, – это накуплю тебе уйму новых туфель, чтобы тебе никогда в жизни не пришлось больше носить это уродство.

Доминик изобразила надменность.

– Я всем сердцем привязалась к этим сапогам, – с притворной заносчивостью произнесла она. – В них я участвовала в морских сражениях, пробиралась через болота и, что самое важное, надевала их на свою свадьбу. Как же я теперь с ними расстанусь?

Джуд легонько ущипнул ее за нос:

– Вы неисправимы, миссис Гэллант.

Рядом с ними появился Итан.

– Ну вот, Джуд, мы дома.

– Слава Богу. Были моменты, когда я думал, что мы вот-вот взлетим на воздух или нас схватят, отправят во Францию и повесят. – Он улыбнулся жене. – И уж конечно, я не ожидал вернуться домой с морской русалкой.

К Доминик подошел Том, и она взяла его под руку. Грубоватое лицо матроса расплылось в улыбке.

– Добро пожаловать домой, Доминик, – хриплым голосом произнес он. Даже теперь он продолжал звать ее по имени, но никто не видел в этом ничего плохого. Он заслужил это право.

– Да, домой, – с благоговением повторила она.

Три человека стояли рядом с ней, и все трое, каждый по-своему, любили ее и были готовы в любую минуту встать на ее защиту против всех сил зла.

Пламя множества свечей отражалось в полировке большого стола в гостиной дома на Бодойн-сквер, куда только что вошли Джуд и Доминик.

– О Джуд, – Доминик сделала круг по комнате. – Здесь так красиво. Только мне трудно представить тебя в этой обстановке, а не на капитанском мостике, командующим кораблем.

– Я рад, что тебе нравится. Я здесь родился, и мой отец тоже.

– А ты… Вы с Мэри жили здесь? – вырвалось у Доминик помимо воли.

– Нет. Она никогда не любила этот дом. Она хотела жить в более роскошном особняке, и я для нее его построил.

– А мы будем жить здесь?

– А ты этого хочешь?

– О да. Мне доставит радость жить в доме, где ты родился.

В этот момент появилась миссис Уитворт. Сначала на ее лице выразилось изумление, а потом неподдельная радость.

– Капитан, я и не подозревала о вашем возвращении. – Она перевела взгляд с Джуда на стоявшую рядом с ним женщину, не понимая, кто она такая. – Если бы вы нас известили заранее, я бы велела кухарке приготовить ваши любимые блюда.

– Миссис Уитворт, я хочу познакомить вас с вашей новой хозяйкой. Доминик, миссис Уитворт живет в этом доме дольше, чем я, и знает здесь все.

Круглое лицо экономки просияло.

– О, миссис Гэллант, какая радость! Добро пожаловать! Если вам что-нибудь понадобится, только скажите мне, я все сделаю.

Доминик протянула руку и пожала пухлые пальцы экономки.

– Я надеюсь на вашу помощь и поддержку. Видите ли, я впервые в этой стране и не знаю здешних обычаев. Вы поможете мне избежать многих ошибок.

Эти слова сразу расположили к ней пожилую женщину. Нежность, светившаяся в глазах капитана, сказала миссис Уитворт все, что она хотела бы знать. Капитан наконец обрел свое счастье, а ей только того и было нужно.

Миссис Уитворт гостеприимно улыбнулась.

– Я сделаю все, что в моих силах, мадам.

Доминик была невероятно счастлива. Она с радостью встречала каждое утро и с нетерпением ждала ночи, когда вновь окажется в объятиях супруга.

Единственное, что омрачало ее счастье, – это отсутствие брата. Каждый день она ждала известий о Валькуре, но пока безрезультатно.

Джуд буквально осыпал ее подарками, драгоценностями и нарядами, красивее которых она в жизни не видела. Он сдержал свое слово и накупил ей новых туфель всевозможных цветов и фасонов. Но Доминик так и не смогла расстаться со своими коричневыми сапогами и спрятала их в сундук.

Однако самым чудесным подарком была белая кобыла арабских кровей.

Это утро выдалось теплее предыдущих, но небо было затянуто облаками. Похоже, мог пойти дождь, однако это ее не беспокоило.

Одетая в вишневую бархатную амазонку, Доминик грациозно сидела в седле, а рядом на своем гнедом скакуне гарцевал Джуд.