Пират и русалка - О'Бэньон Констанс - Страница 45

– Я не уверен, что мне следует оставлять капитана. Лучше я пошлю на корабль Тома с запиской.

– Это не годится. Доминик будет проще провести через болота одного человека, нежели двух. К тому же сейчас самый благоприятный момент, чтобы покинуть остров: все заняты разрушениями, причиненными грозой, на нас никто не обратит внимания, – пояснил Бертран и продолжил: – Будите вашего друга, доктор. Нам троим пора отправляться.

23

Доминик сидела подле Джуда, словно сторожа его сон. Вокруг стояла тишина. Он почти не пошевелился, когда Бертран и муж Айниз подняли его, чтобы переложить на мягкую соломенную подстилку. Айниз помогла Доминик промыть раны Джуда и смазать их заживляющей мазью. Потом они вместе перевязали его.

Он просыпался на короткие промежутки времени, и Доминик успевала лишь влить ему в рот несколько ложек питательного бульона. Он не открывал глаз и ничего не говорил. Доминик тоже молчала.

День потихоньку клонился к вечеру. В пещере никого, кроме них, не было. Доминик встала и направилась к выходу из пещеры. Она долго смотрела на расстилавшийся перед ней родной остров, любуясь его красотой. Легкий ветерок овевал ее лицо. С вершины скалы ей был виден даже морской берег.

Между ней и морем лежали болота, поросшие мангровыми деревьями. В зловонной воде обитали земноводные твари, грозившие смертью каждому, кто не имел представления о таившихся в трясине опасностях. Когда они с Валькуром были еще детьми, дедушка часто брал их с собой на болота. Он открывал им красоту этих мест и рассказывал о гибельной силе трясины. Теперь Доминик знала эти болота как свои пять пальцев.

Девушка перевела взгляд за болота, туда, где над густым тропическим лесом висел туман. В тех местах было множество водопадов, и в заводях водились речные раки – одно из любимейших дедушкиных лакомств. Далее тянулись белые песчаные пляжи, с моря их защищали коралловые рифы, мягко ласкали бирюзовыми волнами. Здесь тоже таились опасности для тех, кто не знал тайн здешних коварных морских течений. Много кораблей разбилось об эти рифы.

Когда-то все это было ее родиной, ее прибежищем. Теперь дедушки уже не было на свете, Валькур исчез, их дом сгорел, а на когда-то плодородных полях догнивал сахарный тростник.

В этот момент Доминик услышала стон Джуда, и при мысли, что он наконец пришел в себя, у нее от облегчения даже закружилась голова. Повернувшись, она медленно приблизилась к нему.

Поначалу он недоуменно оглядывался по сторонам, потом глаза его прояснились, и он увидел Доминик. Это его явно смутило.

– Где я? В аду? – с горечью спросил он.

– Вы в безопасности, – ответила девушка. – Вас перенесли в эту пещеру, и поверьте, здесь вам ничто не грозит.

Внезапно Джуд все вспомнил и сел, не сводя с нее мрачного взгляда. Затем он попытался встать, борясь со слабостью.

– Почему вы здесь? – потребовал он ответа, но в этот момент силы оставили его, и он упал обратно на соломенную подстилку.

Доминик подбежала и протянула Джуду руку, но тот оттолкнул ее и с невероятным усилием все же поднялся на ноги.

– Вы не ответили на мой вопрос. Почему вы здесь?

– Чтобы помочь вам.

Он стоял, пошатываясь и держась за каменную стену пещеры.

– Ах, вы хотите помочь мне, – сказал Джуд с иронией. – По-моему, с меня уже хватит вашей помощи.

– Джуд, позвольте, я…

Он отступил на шаг назад, тело его напряглось, а глаза засверкали от бешенства.

– Как я сюда попал? – Голос его был холоден как лед.

– Мы перенесли вас сюда.

– Мы? Кто это мы?

– Вы что же, ничего не помните о…

Его гнев прорвался наружу.

– А, ну конечно, вы хотите, чтобы я вспомнил, – перебил он девушку. – Да, я вспомнил, – вы вроде бы сыграли Далилу, сделав из меня Самсона. Я вспомнил, как полковник Марсо хвастался, что это вы завлекли меня в западню.

Доминик хотелось плакать, хотелось умолять его выслушать ее.

– И больше вы ничего не помните? – срывающимся голосом спросила она.

– Бессвязные обрывки. Во всяком случае, ничего существенного. – Он испепелил ее взглядом и добавил убийственно отчужденным тоном: – Но главное я знаю – вы предали меня.

Сердце Доминик готово было разорваться от боли.

– Джуд, прошу вас…

Но он, не слушая ее больше, направился к выходу из пещеры и встал там, молча пытаясь определить, где они находятся. Его взгляд, конечно же, устремился к морю. Джуд долго смотрел на разбивавшиеся об утесы волны и каскады вздымавшихся брызг. Отсюда казалось, что море сливается с небом.

– Как называется этот остров? – не оборачиваясь, спросил он.

– Это Гваделупа.

– Никогда прежде здесь не был.

Внезапно Джуд ощутил головокружение и прислонился к каменной стене. Доминик подбежала к нему и обхватила за талию.

– Обопритесь на меня, я помогу вам дойти до подстилки.

Капитан был слишком слаб, чтобы протестовать. Он тяжело привалился к Доминик и, сделав с ее помощью несколько шагов, почти упал на подстилку.

– Уйдите. Мне нужно поспать.

И он уснул.

Джуд проснулся уже глубокой ночью. На стенах пещеры плясали отсветы фонаря. Голова его было ясной, и он чувствовал себя значительно лучше. Он повернул голову и увидел лежавшую поблизости Доминик. Ее прекрасные глаза были закрыты. Девушка спала.

Джуд долгое время смотрел на нее, пытаясь понять, что же произошло – почему он здесь и почему с ней?

Он стал медленно подниматься, изо всех сил стараясь не разбудить ее. Ему пришлось сжать веки от боли, но наконец он встал в полный рост.

Очень тихо Джуд пересек пещеру и вышел наружу, остановившись на широкой площадке. Он не знал, кончается ли поле обрывом или тропинкой, ведущей вниз. Здесь он был таким же пленником, как в тюремной камере – убежать из этого проклятого места было невозможно.

– Джуд.

Он обернулся и увидел стоявшую у него за спиной Доминик. Он едва преодолел инстинктивное желание схватить ее за плечи и швырнуть вниз.

– Когда же появится ваш омерзительный полковник Марсо? – осведомился он, глядя ей в глаза. Ему показалось, что в их мерцающей глубине таится боль.

Небрежным движением изящной руки Доминик откинула со лба прядь волос.

– Как только вы будете в состоянии передвигаться, я отведу вас туда, где вы сможете воссоединиться со своей командой.

– Я вам не верю. – Презрительная улыбка скривила его губы. – Способны ли вы вообще произнести хотя бы одно слово правды?

Бешеная гордость удержала ее от попытки объясниться.

– Я, капитан, – надменно произнесла Доминик, – говорю правду, пока меня это устраивает. А вас, раз уж вам так этого хочется, с успехом могу оплести ложью.

– В этом я уже убедился. Я только не понимаю, зачем вам это нужно. – Он пристально следил за ней, пытаясь прочесть в ее глазах правду. – Вы предали меня из-за денег?

– Я вас не предавала.

Ему хотелось ей верить, но он больше никогда не станет верить женщине, а особенно этой.

– Не надейтесь, что вам снова с легкостью удастся обмануть меня.

Она распрямила плечи и безмолвно смотрела ему в глаза.

– Что, не нравится выслушивать обвинения в лицо, Доминик? – Вопреки гневу, владевшему им в эту минуту, Джуд ощутил губами сладость ее имени.

– Думайте что хотите. Я не стану напрасно тратить силы, переубеждая вас, – сказала она.

Повинуясь внезапному порыву, он охватил ее лицо руками.

– Тогда я поцелуями вырву ложь из твоих губ.

Она попыталась вырваться, ибо в нем говорил гнев, а не любовь.

– Нет, Джуд, – умоляюще произнесла она, – не делай этого.

Не владея собой, он придвинулся к ней всем телом и прижал свое израненное лицо к нежной коже ее щеки.

– Ты действуешь на меня словно яд. Я всегда считал себя сильным человеком и гордился этим, но ты стала моей единственной слабостью. – Он презирал себя за это признание. – Я не в силах вырвать тебя из моего сердца, но я одолею твой бесовский дух.