Ящик Пандоры - Рэнсом Билл - Страница 33

– Хлор?.. Хочешь сказать, он убивает нервоедов?

– Своими глазами видел.

– Так просто? Все настолько просто? – Оукс вспомнил, что годами жил в ужасе перед мельчайшими из демонов. – Хлорированная вода?

– Сильно хлорированная. Пить такую нельзя. Но нервоеды в ней растворяются. Жидкость и газ проникают всюду и изводят гадов до последнего. Редут воняет до небес, но все чисто.

– Ты уверен?

– Ну я же здесь.

Льюис постучал себя в грудь и глотнул еще вина. Оукс вел себя не совсем обычно, и это тревожило его. Льюис вспомнил приказ, дошедший до него на борту орбитального челнока. «Легату – в Комнату ужасов». Найдется ли гнусность, которой побрезгует старый ублюдок? Льюис искренне надеялся, что нет. Так и следовало управлять Оуксом – через его излишества.

– Ты действительно здесь, – согласился Оукс. – Но как ты… Я хочу сказать, как вы обнаружили…

– Мы застряли в пультовой. Все системы управления были у нас под руками. Мы начали сбрасывать в жилые помещения все, что могли…

– Но хлор! Где вы взяли хлор?

– Вообще-то мы пробовали соляную рапу. Случилось замыкание, и через нее пошел ток. Образовался хлор. Я как раз был у экрана и заметил, что нервоедов он убивает.

– Ты уверен?

– Я же говорю – своими глазами видел. Они сморщивались и дохли.

Оукс начал осознавать, как такое могло случиться. Колонисты никогда не пробовали воздействовать на нервоедов хлором. Большая часть едких веществ на фауну Пандоры не действовала. А питьевую воду обеззараживали с помощью фильтрации и кипячения в лазерных печах. Так было дешевле. Нервоедов брал огонь – и колонисты всегда пользовались огнем.

В голове возник еще один вопрос:

– Уцелевших много?

– Только те, кто оказался в герметичных отсеках до начала заражения. Все остальные помещения мы залили хлором и сильно хлорированной водой.

Оукс представил, как газ равно убивает людей и нервоедов, как обжигает кожу ядовитая вода… Он встряхнул головой, чтобы отогнать глупые мысли.

– Ты совершенно уверен, что в Редуте безопасно?

Льюис уставился на него. Их драгоценный Редут! Ничего важнее нет.

– На деньстороне я отправляюсь обратно.

Оукс запоздало сообразил, что следовало проявить побольше сочувствия.

– Но, друг мой дорогой, ты же ранен!

– Мелочи. Один из нас отныне должен находиться в Редуте постоянно.

– Почему?

– Зачистка вышла довольно кровавой. Это нам еще аукнется.

– Чем?

– Выжившие клоны, даже наши люди… ну, ты можешь себе представить, какими приемами мне пришлось пользоваться. Были неизбежные потери. Кое-кто из выживших клонов и даже из наших ребят – кто послабее – они… – Льюис пожал плечами.

– Они – что? Изволь объяснить.

– Мы получили несколько прошений от клонов и даже от сочувствующих среди людей. Пока меня не будет на месте, я оставил за себя Мердока.

– Прошения? От клонов? И как ты с ними поступил?

– Как и в тот раз, когда решал проблему голода.

Оукс скривился.

– А… сочувствующие?

Льюис снова пожал плечами.

– Когда мы извели всех нервоедов в округе, к Редуту вернулись прочие демоны. Быстрый и эффективный способ решения проблем.

Оукс потер шрам над вживленным передатчиком.

– Но когда… то есть почему ты не отправил кого-то…

– Мы ждали окончания стерилизации.

– Да. да, конечно. Понятно. Смелые ребята.

– И… ты можешь себе представить, что бы началось, если бы об этом стало известно?

– Ты совершенно прав.

Оукс обдумал слова Льюиса. Как всегда, тот нашел верное решение. Трудное, но правильное.

– А что я там слышал насчет Легаты? – поинтересовался Льюис.

– Ты не имеешь права оспаривать мои… – вскипел было Оукс.

– Ох, уймись. Ты отправляешь ее в Комнату ужасов. Я должен знать, не пора ли готовить ей замену.

– Заменить… Легату? Думаю, вряд ли.

– Если вдруг потребуется, извести меня загодя.

– Мне почему-то кажется, – Оукс все еще злился, – что ты разбрасываешься работниками.

– Ты можешь придумать другой способ справиться с мятежом?

Оукс покачал головой.

– Я не хотел тебя обидеть…

– Знаю. Но вот поэтому я не докладываю о таких вещах, пока не возникнет крайней нужды или ты не потребуешь.

Тон Льюиса Оуксу очень не понравился, но в этот момент капеллан-психиатра посетила иная мысль.

– Ты сказал, одному из нас придется все время торчать в Редуте? А как же Колония?

– Тебе придется свернуть свои дел здесь и переехать на нижсторону. Другого выхода я не вижу. Легату можешь использовать для связи с бортом, если после Комнаты ужасов от нее еще будет прок.

Оукс обдумал эту идею. Переселиться вниз, к кровожадным демонам? Регулярные поездки, предпринимаемые ради того, чтобы продемонстрировать свою власть, и без того действовали ему на нервы… но жить там безвылазно?

– Поэтому я и спросил про Легату, – пояснил Льюис.

– И как… – полюбопытствовал несколько умиротворенный Оукс, – там… в Колонии?

– Безопасно, пока находишься в помещении и передвигаешься только на челноках или сервоках.

Оукс моргнул. И снова Льюис был безупречно логичен. Кому они могли довериться больше, чем друг другу?

– Да. Я понимаю.

Оукс оглядел каюту. На виду ни одного сенсора не было, но это его не успокаивало. Проклятый корабль все равно знал, что творится на борту.

«Мне придется переехать вниз».

Слишком много причин вынуждало к этому. Конечно, Первую лабораторию Льюис переведет в Редут, но в самой Колонии останется еще немало проблем, которые придется решить.

«На нижстороне…»

Оукс всегда знал, что когда-нибудь ему придется покинуть борт корабля. Но то, что выбор сделан за него, обстоятельствами, ничуть не помогало ему решиться, наоборот – такая несвобода заставляла Оукса острее чувствовать свою уязвимость. Случай с нервоедами глубоко потряс его.

«Что за дилемма!»

По мере того, как он приобретал все больше власти, кэп все менее мог доверять тем, с кем сталкивался на борту. Но Пандора оставалась не менее опасной и неведомой.

Оуксу пришло в голову, что он ждал того часа, когда планета будет стерилизована и умиротворена, прежде чем спуститься на нее вместе с Льюисом.

«Стерильная поверхность. Да».

Он вгляделся в лицо Льюиса. Отчего этот тип так доволен? Оттого лишь, что он случайно остался в живых? Вряд ли. Льюис что-то скрывает.

– Что еще ты можешь сообщить?

– Новые спецклоны. Они находились в изолированном отсеке и уцелели все. Чисты, совершенно незапрограммированы и прекрасны. Просто прекрасны.

В последнем Оукс сильно сомневался. Ему было известно, как часты у клонов отклонения в развитии. Тело оригинала, в конце концов, было прозрачно для космических лучей, разрушающих записи человеческих генов. Конечно, работа Льюиса – восстанавливать цепочки ДНК, но все же…

– Никаких фокусов?

– Я взял за основу клетки электрокелпа и вносил изменения при помощи рекомбинантной ДНК. – Он потер пальцем острый нос. – Получилось.

– Это ты говорил и в прошлый раз.

– В прошлый раз тоже получилось. Мы просто не смогли выдержать режим питания…

– Никаких уродов?

– Чистая работа. Только ускорение развития до зрелости. А ведь с келпом тяжело работать. Лаборанты все время шарахаются от глюков, стареют как проклятые…

– Ты все еще можешь позволить себе просто так разбрасываться опытными лаборантами?

– Это не просто так!

Льюис злился – именно этой реакции и добивался от него Оукс.

– Я просто хотел знать, получилось ли, Хесус, – обезоруживающе улыбнулся он. – Вот и все.

– Получилось.

– Отлично. Полагаю, ты единственный, кто мог бы провернуть этот дельце… но я единственный, кто согласится тебе это разрешить. Как поживает график?

Льюис моргнул – резкая смена темы разговора застала его врасплох. Хитрый старый ублюдок, никогда не даст в себя прийти. Он глубоко вздохнул, все еще ощущая вкус дрянного вина – полузабытое чувство уюта и безопасности, которое всегда давал ему Корабль… нет, всего лишь корабль.