История русской балерины - Волочкова Анастасия - Страница 52

Среди серьезных кандидатов на пост мэра я оказалась единственной, кто никак не был связан ни с властью, ни с оппозицией. Предложения оппозиционных кандидатов об отмене Олимпиады я не разделяла, а с властями у меня никогда и не было никаких особо теплых отношений. Мне от них ничего не надо – еще со времен скандала с Большим театром, когда одинокую девушку вышвыривали на улицу, я безрезультатно обивала пороги многих приемных и поняла, что помощи ждать неоткуда. С тех пор во всех своих начинаниях я опираюсь только на собственные силы, и Сочи не стали исключением.

Во время моих многочисленных встреч, проезжая дворы и поселки, я убедилась, что город, которому предстоит принять зимнюю Олимпиаду, живет как бы и в 2009-м, и… в то же время лет двести назад. Обшарпанные дома, разбитые улицы, замусоренные пляжи и свалки – все это не давало поверить стороннему наблюдателю, что уже через пять лет нам предстоит показывать его всему миру как витрину России. «Крупные хозяйственники» во властных кабинетах подсчитывали, сколько миллиардов потратить на суперкатки и пятизвездочные отели, а здесь, рядом, в совершенно нечеловеческих условиях живут наши люди! И никому нет дела! Ведь гораздо престижнее заниматься мегапроектами, чем думать о реконструкции пятиэтажек и очистке моря от грязи.

Одна из газет опубликовала едкую по содержанию заметку «Со сцены в канализацию». Вечно склонные к иронии журналисты вовсю юморили по поводу моих комментариев о том, что море вокруг Сочи откровенно воняет, что стоки нечистот в непосредственной близости от пляжей могут навсегда отбить желание отдыхающих заходить в мутно-коричневые воды. Как же! Балерина в пуантах толкует про экскременты! Однако те, кому по долгу службы следует не только толковать, но и думать о чистоте Черного моря, почему-то тоже предпочитают исподтишка хихикать над столичной примой вместо того, чтобы взять и исправить ситуацию. Ведь о том, что на Черноморском побережье происходит затяжная экологическая катастрофа, известно уже давно – сами сочинцы и большинство отдыхающих уже не первый год предпочитают летом плавать в бассейнах с хлорированной водой.

После каждой новой встречи обнаруживались все новые проблемы курортного города. Складывалось впечатление, что единственный вопрос, обсуждаемый кандидатами в мэры и всеми СМИ, – это быть или не быть Олимпиаде. Но Олимпиада длится всего две недели. А что дальше? Есть ли жизнь после 2014 года? Что будет с жителями Сочи после того, как отстреляют салюты и тысячи гостей разъедутся по домам? Грязное море, убогие пятиэтажки, отсутствие газа и воды, транспортный коллапс? Неужели все останется как прежде? Не получится ли, как в одной восточной притче, когда один съел целую курицу, а второй остался голодным, но на двоих, вроде как, оба хорошо поели? Простые вопросы, лежащие на поверхности, никого не заинтересовали. Видимо, нужно быть балериной и блондинкой, чтобы увидеть простые человеческие проблемы, лежащие в тени «проектов века»?

Общаясь с сочинцами на улицах, в магазинах и продовольственных рынках, я сразу давала им понять, что совсем не разбираюсь в том, как класть трубы и асфальтировать дороги, и не хочу имитировать бурную деятельность. Я готова собрать профессиональную команду исключительно из жителей Сочи и, главное, – на основе открытого конкурса (!) на все основные должности в городской администрации. Такого еще не было нигде в России! Глаза простых людей зажигались, я видела, что они отделяют меня от серой завравшейся чиновничьей массы, я поверила, что они верят в меня!

Неприятным сюрпризом для меня стала неожиданная отмена двух встреч с трудовыми коллективами. Одна – в крупном сочинском ведомственном санатории, другая – в обычной общеобразовательной школе. За день до моего приезда моему штабу официально сообщили, что «работники не хотят видеть Волочкову». Потом, правда, перезвонили, шепотом извинялись и сдавленным голосом намекали на вмешательство высшей воли. В тот момент я поняла, что, как это часто бывало в моей жизни, на честный поединок рассчитывать не придется.

Члены сочинской избирательной комиссии проголосовали за мое исключение единогласно. С каменными лицами. Когда один из моих адвокатов поинтересовался, как можно отказывать в регистрации из-за того, что на банковском чеке не написан мой день рождения, один из тех типов, которые еще неделю назад заглядывали мне в глаза и засыпали комплиментами, громко выкрикнул: «Все ясно и так. Хватит тут пиариться!»

Клочок бумаги размером с обычный чек из продуктового магазина: «Приходный кассовый ордер. Сбербанк РФ ЦО № 1806. Получено от Волочковой Анастасии Юрьевны 282 000 рублей. Сумма прописью…» На обратной стороне под диктовку банковских сотрудников вывела свое имя, адрес, номер паспорта и расписалась… «Волочкова застеснялась своего возраста», – напишут потом мои многолетние «доброжелатели» из желтых газет. Даже им было ясно, что повод избавиться от меня был выбран самый что ни на есть нелепый.

Я стала мешать слишком многим. Интернет-опросы стали давать от пятнадцати до двадцати процентов голосов избирателей, я за одну неделю вошла в двадцатку самых популярных российских политиков.

Дальше откладывать им, видимо, было уже нельзя. Сочинский избирком вычеркнул «кремлевского кандидата» Волочкову на самом старте, не дав ей взорвать весь заранее спланированный ход выборов. Но чиновники не учли одного: на проблемы и препоны я всю свою жизнь реагирую одинаково – я их ломаю. По-настоящему почувствовав, что людям небезынтересно мое мнение, что они верят и поддерживают меня, я уже не смогу быть просто балериной. В Сочи не получилось, но думаете, я остановлюсь?

Взаключение я хотела бы сказать, что не столь важно, как я танцевала и какой была балериной. По-настоящему важно то, что я смогла сделать, подарить миру и людям просто как человек. Как личность. Общаясь с детьми, я хочу на собственном примере показать им, как важно с раннего детства иметь Мечту. И что для осуществления этой Мечты не так важно, есть ли у тебя врожденные способности и материальные возможности. Главное – это желание и настойчивый повседневный труд на пути к Цели. И тогда можно достичь самых больших высот в науке, искусстве, спорте и любых других областях жизни.

Именно поэтому для меня так важен проект школ творческого воспитания для детей, которые мы сейчас создаем с командой единомышленников. Нужно помогать нашим детям развивать в себе тягу к высокому, к тому чеховскому восприятию мира, когда в человеке все должно быть прекрасно – и мысли, и душа, и тело. И поступки – добавлю я.

Иногда я пытаюсь сама себе ответить на вопрос, каким образом тогда в детстве мне удалось не сломаться и преодолеть свои самые первые препятствия? Скорее всего, благодаря вере в себя, вере в меня моих родителей и, как это ни странно, внутренней готовности к сложностям. Моя постоянная занятость переросла в привычку грамотно распределять время, заниматься только тем, что действительно является важным. Думаю, мне есть что передать, чему научить девочек, которые только что выбрали самую красивую из всех творческих профессий на Земле!

Если моя история послужит для кого-то примером, кого-то убережет от ошибок, кого-то спасет от отчаяния, кому-то поможет выстоять в, казалось бы, невыносимых условиях, значит, все, что я создавала и создаю, – не зря. Потому что все, что я делаю, я делаю для вас!

Эпилог

Петербург. Театральная площадь. Участники съемочной группы спрашивают меня, как же так может быть, что Волочкову (!) отказываются пускать в Мариинский театр? Существовала и договоренность с телекомпанией, да и съемки, казалось бы, простые: репетиция в балетном зале, – и выигрышные для театра: реклама никогда не бывает лишней. А я отвечаю, что в такой ситуации нет ничего удивительного. Не так давно сам Юрий Николаевич Григорович во время гастролей его театра на сцене Мариинки стоял у закрытых дверей около двух часов, ожидая разрешения на проход. Его имя значилось на афишах, но не в списках на проходной. Просто забыли внести. Не менее нелепая ситуация произошла в Москве с Марисом Лиепой, когда ему вообще запретили переступать порог Большого театра. Он ежедневно покупал самый дешевый билет на галерку для того, чтобы попасть в театр и провести репетицию со своим сыном Андрисом в одном из залов, который находился в зрительской части театра.