Белый Волк - Геммел Дэвид - Страница 63

Подул ветер, и Скилганнон учуял звериный запах. Прав Друсс — они где-то близко. Не сводя глаз с утеса, он сел рядом с Друссом.

— Итак, Орасис приехал в Тантрию и обратился за помощью к Старухе, а она его предала. Почему же ты ей-то не хочешь отомстить?

— С женщинами я не воюю, паренек.

— А ведь они способны творить не меньшее зло, чем мужчины.

— Это верно, но слишком я стар, чтобы меняться. Орасиса погубил Железная Маска, он мне и заплатит.

— Ты думаешь, что Орасис продолжает искать свою дочь?

— Да, я так думаю. Не знаю, сколько в этом чудище осталось от Орасиса. Он, может быть, даже не знает, зачем идет в Пелюсид, и все-таки он здесь. Ребенок для него — все.

Они помолчали, думая каждый о своем. Луна сияла по-прежнему. Наверху что-то шевельнулось. Меч Дня словно сам собой скользнул в руку Скилганнона, но это всего лишь ящерица пробежала по скале.

— Зачем ты тут, паренек? — внезапно спросил Друсс.

— Ты знаешь зачем. Хочу воскресить из мертвых мою жену.

— Я хочу сказать, зачем ты пошел со мной? Я ведь могу и заблуждаться насчет Орасиса. Может, зверей тут столько, что нам с ними не совладать. Это не твоя драка. — Скилганнон хотел было отделаться шуткой, но Друсс опередил его: — И не остри, паренек. Это вопрос серьезный.

— Ты мне напоминаешь отца, — со вздохом признался Скилганнон. — Когда он нуждался во мне, я еще не дорос, чтобы быть с ним рядом.

— Смерть близких всегда делает нас виноватыми. — Друсс встал. — Как по-твоему, я хорошо разбираюсь в людях?

— Думаю, да.

— Тогда, поверь: ты лучше, чем кажешься себе самому. И ты можешь исправить зло, которое совершил. Тебе надо сделать так, чтобы такого больше никогда не случалось.

— И как же мне это сделать?

— Живи по правилам, паренек. Придется нам все-таки лезть в эти пещеры. Не похоже, что Орасис собирается к нам выходить.

Вход в ближнюю пещеру напоминал разверстую черную пасть. Скилганнону стало страшно, но он достал второй меч и полез вверх вслед за Друссом.

От входа в глубину вел извилистый коридор, н лунный свет проникал туда не больше чем на несколько ярдов.

— Дальше станете светлее, — заверил Друсс, сделав несколько шагов в темноту. — Вся эта скала, как сито, продырявлена пещерами.

— Будем надеяться. — Какое-то время они шли в полной темноте, и Друсс продвигался медленно, на ощупь. Звериный запах усилился, а потом впереди кто-то тихо зарычал.

Скилганнон спрятал один из мечей в ножны и шел вслепую, держась за плечо Друсса. Перед ними забрезжил слабый, косо падающий свет. Они обогнули поворот и оказались в просторном гроте. С потолка свисали сталактиты, в трещины на своде просачивалась луна.

— Попробуй позвать его, — посоветовал Скилганнон. — Возможно, он еще помнит свое имя.

— Орасис! — громко крикнул Друсс, вызвав в пещере эхо. — Это я, Друсс! Выходи, дружище, мы не тронем тебя!

Справа что-то шевельнулось, и темная фигура выпрыгнула из мрака, разинув пасть. Скилганнон отскочил. Золотой Меч Дня, описав дугу, обрушился на плечо зверя и рассек массивную ключицу. Зверь рухнул на Скилганнона, придавив его, Снага раскроил Смешанному череп. Скилганнон встал и вынул из ножен второй клинок, Меч Ночи. Убитый зверь был покрыт густым черным мехом, и Скилганнон не знал, радоваться тому, что это не Орасис, или огорчаться. Окажись зверь Орасисом, они могли бы выбраться из этого склепа.

— Орасис, выходи! — снова позвал старый воин. — Это я, Друсс!

Во тьме шевельнулась еще одна тень. Скилганнон приготовился, лунный свет упал на серого зверолюда с широченными сгорбленными плечами. Он стоял за сталактитом и смотрел на людей мерцающими золотыми глазами.

— Мы пришли тебе помочь, Орасис. — Друсс положил топор и шагнул вперед. Зверь, тихо зарычав, подобрался, словно для прыжка.

— Осторожно, Друсс, — предупредил Скилганнон.

— Мы знаем, ты ищешь Эланин, — продолжал Друсс. Услышав имя девочки, зверь содрогнулся и испустил оглушительный рев. — Она где-то близко. Ее увезли в горную крепость. — Зверолюд отступил, щуря глаза и явно готовясь к атаке.

— Повтори еще раз имя ребенка, Друсс, — подсказал Скилганнон.

— Эланин. Так зовут твою дочь. Послушай меня, Орасис! — Зверь снова взревел, и Скилганнону в этом реве послышалась боль. — Мы должны спасти Эланин. — Зверь грохнул кулаком по сталактиту, разбив его вдребезги, и вновь отступил.

Друсс отошел еще на шаг от своего топора.

— Доверься мне, Орасис. Есть один храм, где тебя могут сделать прежним, и ты пойдешь вместе с нами спасать Эланин.

Рев прокатился по пещере. Зверь прыгнул, повалив с ног Друсса и повернувшись к Скилганнону. Тот откатился вправо, вскочил и поднял мечи. Он убил бы Смешанного, не посмотрев, что это Орасис, но зверь не стал нападать и скрылся во мраке. Друсс хотел было пойти за ним, но Скилганнон заступил ему дорогу.

— Нет, Друсс. Даже герой иногда должен признать, что потерпел поражение.

— Это он, Орасис, — с тяжелым вздохом произнес Друсс. — Теперь я в этом уверен.

— Ты сделал все, что мог.

— Этого недостаточно. — Друсс подобрал с пола Сна-гу. — Ладно, пошли на воздух.

Два дня ходил Друсс по горам, разыскивая Орасиса — теперь уже один. Все прочие оставались в селении Халид-хана. Диагорас, имеющий кое-какие лекарские навыки, помогал ухаживать за ранеными. Звери убили семерых мужчин и трех женщин, еще пять человек пострадали от зубов и когтей, У троих были сломаны кости. Горцы не стали снимать шкуры с убитых зверей — туши отволокли подальше, завалили хворостом и подожгли. Утром третьего дня люди Халид-хана стали сворачивать шатры.

— Мы уходим, — сказал Халид Скилганнону. — Отныне это место проклято.

Гарианна, придя в лагерь с горным бараном на плечах, отдала добычу женщинам и села в тени рядом со Скилган-Ноном.

— Нам тоже пора уходить. Старуха говорила с нами во сне. Она сказала, что враг близко.

Девушка смотрела прямо перед собой. Скилганнон молча ждал, зная, что ей нельзя задавать вопросов.

— Шаману Железной Маски известно, что дядя в селении. Он послал всадников, чтобы остановить его. Их много. К завтрашнему утру они будут здесь. Старуха велит нам ехать на северо-запад. Бросить дядю и уезжать.

— Старуха сказала Друссу, что хочет смерти Железной Маски, — сказал Скилганнон, тщательно подбирая слова. — Друсс отправился в путь, чтобы убить его. Теперь она готова пожертвовать… дядей, чтобы сохранить жизнь нам. Мне это кажется странным.

— Мы не знаем, чего она хочет. Знаем только то, что она нам сказала.

— Может быть, это всего лишь сон, и Старуха тебе не являлась.

— Являлась. Она всегда говорит с нами во сне, когда мы далеко.

Скилганнон верил Гарианне, но совет Старухи представлялся ему бессмысленным. Если она в самом деле хочет разделаться с Железной Маской, зачем ей разлучать Друсса и его спутников? Скилганнон прислонился головой к скале и закрыл глаза. Старуха не поддается разгадке. Она помогла Джиане бежать из столицы, но, насколько он знает, так и не явилась за золотом, которое потребовала с принцессы за свои услуги. Возможно, Джиана рассчиталась с ней втайне от него. Скилганнон слышал о Старухе много истории, и в каждой из них она предавала тех, кому помогала, но Джиана избежала этой участи. Для чего старой ведьме нужно, чтобы Железная Маска умер? За что она так ненавидит его? Нет ответа. Слишком мало он знает о ней. Она требует, чтобы они оставили Друсса — следовательно, хочет, чтобы они остались живы. Зачем? Раздраженный Скилганнон открыл глаза. Горцы разбирали шатры и грузили свой скарб на немногочисленных вьючных животных.

— Я Друсса не брошу, — сказал он.

— Это хорошо. Мы рады. Мы любим дядюшку.

— Но если бы я согласился, — он снова взвешивал каждое слово, — ты уехала бы со мной.

— Да.

— И не потому, что ты меня любишь.

— Нет. Тебя мы не любим. Мы ненавидим тебя. — Она произнесла это без гнева и сожаления, словно речь шла о перемене погоды.