Камень Чародея - Сташеф (Сташефф) Кристофер Зухер - Страница 33

А почему ты не присоединился к ним раньше? — спросил Род.

— Мне пришлось обождать, пока они обогнут круг, Род.

— Обогнут? Значит, это круг?

— Но очень странный, папа, — затараторила Корделия. — Мы видели преследователей по другую сторону, и они бежали вниз головами!

— Правда-правда, — подтвердил Грегори, — но в другое время они впереди нас — и вверх головой!

Гвен нахмурилась.

— Супруг, что это за колдовство?

— Вероятно, проективная иллюзия, — задумчиво отозвался Род.

— О, я понимаю, как ее направили, — нетерпеливо бросила его жена. — Но кто ее направил?

— Судя по описанию, это петля Мебиуса.

— Петля Мебиуса? — переспросил Грегори. — А что это, папа?

— Петля с полуоборотом — у нее только одна сторона. Шагая по ней, ты обойдешь ее всю и вернешься на то самое место, с которого начал, — и все по одной поверхности.

Это полная ерунда, — уверенно заявил Джеффри.

— Нет, это удивительно! — у Грегори были огромные глаза. — Почему я не слышал об этом раньше? — и он бросил на Фесса обвиняющий взгляд.

— Потому что ты еще не дорос до топологии, Грегори, — ответил конь. — Вначале нужно изучить другие разделы математики.

— Тогда научи побыстрее!

— Не сейчас, — Магнус оглянулся с дурным предчувствием. — Либо мы задержались, либо двигались слишком быстро: они снова подходят к нам сзади.

— Быстрее! — позвал Грегори, и все ускорили шаг.

— Но как нам разорвать этот круг, супруг? — спросила Гвен.

— Надо бежать быстрее! — провозгласил Джеффри. — Рано или поздно мы догоним разрыв в кустах, через который пришли!

— Нет, брат, — напомнил ему Магнус. — Чем быстрее мы идем, тем быстрей он уходит от нас.

— Синхронизирует скорость своего вращения с вашей? — Род поджал губы. — Вы пытаетесь бежать все быстрее, чтобы уйти из ловушки, но в этом-то и хитрость.

— Действительно, — подтвердил Фесс, — чем быстрее вы бежите, тем быстрее вращается петля, а чем быстрее ее вращение, тем больше притяжение.

— Чем быстрее бежишь, тем больше застреваешь, — кивнул Род. — Имеет смысл, хотя и очень причудливо.

— Причудливая ловушка, — согласилась Гвен. Магнус вздрогнул.

— Ты хочешь сказать, что чем быстрее мы бежим, тем крепче привязываемся к тропе?

— Конечно, — горячо воскликнул Джеффри, — как камень прилипает к праще!

— Тогда нужно выбросить камень, — заметил Магнус.

— Хорошая мысль, — Род резко затормозил перед самым разрывом кустов, схватил Грегори и кинул его в отверстие. Тот закричал, потом вспомнил, что умеет летать, и поднялся выше кустов. Исчез из виду, появился снова и закричал:

— Я освободился!

— Я так и думал, — кивнул Род. — Просто нужно сделать усилие, чтобы разорвать этот порочный круг. Все: тормозите, потом прыгайте!

Вся компания резко остановилась, и отверстие тоже замедлило свой ход и совсем остановилось, готовое, казалось, в любое мгновение снова двинуться.

— Пора! — выкрикнула Гвен, и все семейство взвилось в воздух. Они с треском приземлились в кустах и со смехом повскакивали на ноги.

— Ты тоже, Фесс! — позвал Род.

— Большой конь последовал за ними, приземлившись в самой середине куста.

Крики стали громче, ближе свет факелов. Мимо в вихре топающих ног пронеслась толпа преследователей.

— Они даже не замечают, что мы ушли, — ухмыльнулась Корделия, глядя им вслед.

— Мне кажется, им все равно, — сказал Магнус с циничной улыбкой. — Им нравится бег и неважно, что они никогда не добегут до цели.

— До какой цели? — спросил Джеффри.

— Хороший вопрос, — вздохнул Магнус.

— Оставим их, — твердо сказал Род и повернул головы своих мальчиков от петли Мебиуса. — Некоторым просто невозможно помочь.

— Но мы должны стараться, папа! — возразила Корнелия.

— Это бесполезно, дочь, — мягко указала Гвен. — Невозможно помочь тем, кто не хочет спастись. Пойдем, оставим бедняг в их собственной ловушке и поищем места для ночлега.

Учитывая все обстоятельства, Фесс не стал их будить, и ко времени пробуждения Рода солнце уже стояло высоко в небе. Семейство позавтракало прихваченными с собой продуктами, за поздним завтраком родители расспрашивали детей об увиденном. Те отвечали довольно охотно, и когда дошла очередь рассказывать родителям, стоял уже полдень. Молодежь дрожала от возбуждения во время рассказа старших, а когда те закончили, Грегори спросил:

— Теперь у нас достаточно данных, чтобы строить догадки о том, кто все это задумал? Или это чистая случайность?

— Конечно, не случайность! — горячился Джеффри. — Слишком все укладывается в один рисунок.

— Хорошо, — улыбнулась Гвен. — И какой же рисунок ты видишь?

— Хаос! — ответила Корделия, и Род кивнул.

— Я бы сказал, хорошая догадка. Молодые люди увлекаются музыкой и не обращают внимания на все социальные запреты и обычаи, которым их учили.

— Я бы так не сказал, — возразил Джеффри. — Все равно они сохраняют различия, среди них всякий раз возникают лидеры.

— То же самое можно сказать о зверях и птицах, — заметил Грегори.

— Отличный довод, — вмешался Фесс. — У них остались только самые примитивные следы общественного порядка.

Род смотрел, как его дети ломают головы, пытаясь разрешить проблему. Магнус поднял голову.

— Самый примитивный порядок? Похоже на анархию!

— Не совсем, — не согласился с ним Род. — Идеал анархии: все сотрудничают со всеми, и никто не отдает приказов.

Грегори удивился.

— А разве это возможно?

— О, конечно, — усмехнулась Корделия, — точно так же, как возможно, что придет фея, возьмет твой зуб и оставит за него денежку.

Грегори недоверчиво и ошеломленно смотрел на сестру.

— Ты хочешь сказать, что феи не приходят? Корделия прикусила язык, ругая себя.

— Конечно, нет. Но мы говорим о том, что возможно, братец, а не о том, что действительно существует.

Хорошая попытка, но джинн был выпущен из бутылки. Впрочем, у Грегори и так осталось довольно много детской доверчивости. Роду приходилось напоминать себе, что только ум ребенка заставляет считать его более взрослым, чем он есть на самом деле.

Но Магнус кивал.

— Такой идеал анархии возможен у малого народа, да и то вряд ли: для этого нужно, чтобы все с ним согласились и никто не пытался нарушить общее доверие ради собственной выгоды. Неужели люди верят, что такое возможно?

— Люди могут поверить во что угодно, если очень этого захотят, — вздохнул Род, — и анархисты, пытающиеся разрушить Греймари, считают, что лучше них никто не знает, что нужно делать.

— Итак, — объявил Магнус, — кажется, музыкальные камни распространяют твои старинные враги анархисты.

— Не старинные. Скажем, основательно укрепившиеся. Да, я согласен, что скорее всего за этим стоят анархисты из будущего.

— Но как они смогли это сделать? — спросил Магнус. — Нашли себе сторонников среди эсперов Греймари?

— Такова их стандартная процедура, и у меня нет причин считать, что здесь они действуют по-другому. К тому же, должно быть, нашли не одного: нужен десяток эсперов, чтобы покрыть музыкальными камнями весь Греймари.

Гвен покачала головой.

— Не могу поверить, что их больше одного. Это удивительное достижение, супруг: создание камней, которые производят музыку и сами же размножаются, когда они далеко от своего создателя. Нужен поразительный мозг, чтобы придумать такое. Гениальный колдун.

— Но ум и проницательность не всегда совпадают, дорогая. Мы говорим о человеке, который не только поразительно одаренный творец, но вдобавок обладает способностями организатора и предводителя.

Магнус нахмурился.

— Похоже на двух разных людей.

Муж и жена удивленно подняли головы. Потом Гвен медленно проговорила:

— Похоже, так оно и есть. Спасибо, сын мой.

Магнус пренебрежительно отмахнулся от этого комплимента: он уже становился достаточно взрослым, чтобы стесняться своего удовольствия от похвалы.