Камень Чародея - Сташеф (Сташефф) Кристофер Зухер - Страница 24

— Оставь! — раздраженно бросил Джеффри. — Ты еще скажешь, что вся жизнь — это только сновидение!

— Тогда не будите меня! — прошептала Корделия, глядя прямо вперед. — Потому что я вижу там такое зрелище, которое днем простой смертный ни за что не увидит!

Река здесь расширялась, превращаясь в небольшое озерцо, занавешенное по берегам ивами. Лес тоже раздался, оставив между собой и берегом небольшой луг. Течение замедлилось, водную гладь покрывало множество водяных растений. Вечер смягчал очертания заливчиков, а сгущающиеся сумерки действительно придавали картине нечто нереальное, словно из сновидения.

— Прошу вас, давайте наконец-то отдохнем, — Корделия обессилено опустилась на мягкую луговую траву.

— Да, это место подходит, — вынес долгожданный вердикт Фесс. — Мальчики, наберите дров.

— Сейчас, Фесс, — но Грегори едва не падал, прислонившись к колену Большого Брата.

— Он почти отключился, — мягко сказал Магнус.

— Ну уж нет! — Грегори выпрямился, явно заставляя себя не уснуть. — Я могу не хуже вас! — он посмотрел на озеро. — Что это за цветы, Фесс?

— Тут есть водяные лилии, Грегори, но большинство — лотосы.

— Лотосы? — повторил Магнус. — Никогда раньше их не видел.

— Мы никогда не заходили так далеко на запад, братец, — напомнила ему Корделия.

Магнус почувствовал, как что-то придавило ему ноги. Посмотрев вниз, он увидел, что Грегори все-таки уснул. Старший брат с улыбкой уложил младшего на мягкую траву.

— Я наберу дров, Фесс. Сестра, а ты… — тут он остановился, заметив, как Корделия подняла голову. — Что ты увидела?

— Ничего, — ответила она, — но я слышу новую музыку.

Магнус наклонил голову и прислушался. Немного погодя он подтвердил:

— Я тоже что-то слышу.

— И я, — Джеффри наморщил нос. — Почему она снова изменилась?

— Я тоже это слышу, — сообщил Фесс и тем самым, конечно, решил вопрос.

За поворотом реки показались огни, они словно плыли по поверхности воды. Один огонек поднялся чуть выше других.

— Что это такое? — удивилась Корделия. Музыка приблизилась, и стало видно, что огни — это костры, вокруг них собрались молодые люди, они смеются, разговаривают, а кое-кто занимается и более интимными делами. Корделия сконфуженно отвернулась, потом с тревогой взглянула на младшего брата, но он крепко спал.

— Что это? — удивленно спросил Джеффри. — Они плывут по воде?

— Нет, Джеффри, — ответил Фесс, — они на плотах.

Действительно, это были плоты, с полдесятка или больше, и на каждом плыли юноши и девушки. И на каждом плоте на столбе горел фонарь.

— А как могут гореть на плотах костры, не прожигая бревна? — поинтересовалась Корделия.

— Может, огонь разложен на камнях, — предположил Джеффри.

Один из плотов уткнулся в берег недалеко от них, и негромкий голос окликнул усталую компанию:

— Почему вы остаетесь одни?

— Присоединяйтесь к нам! — с улыбкой поманил их коренастый молодой человек. — Проведите с нами несколько счастливых часов…

— Идите к нам! — позвала темноволосая красотка. — В наше речное жилище!

— Идите к нам! — закричали они все вместе.

— Сомневаюсь… — начал было Магнус, но Корделия не колебалась ни секунды.

— Вставай, засоня! — она решительно разбудила Грегори. — Они избавят нас от долгого завтрашнего перехода!

— Нет, — возразил Джеффри, — мы не знаем их намерений…

Но Корделия уже ступила на плот, и что им оставалось делать, как не последовать за сестрой?

«Прошу вас, молодые друзья, не надо, — услышали они в головах голос Фесса. — Не стоит полагаться на милость людей, которые могут оказаться вашими врагами».

«Фу! Если мы не сможем защититься от таких, плохие мы бойцы! — презрительно заявил Джеффри. — А если что-то и случится, мы всегда сможем улететь».

Магнус тоже перешел на плот.

«Пошли, брат. Если это какая-то ловушка, мы подхватим сестру за руки и улетим», — он повернулся и перенес Грегори на борт.

«Я пойду параллельно вам по берегу, — заверил их Фесс. — Будьте осторожны».

— Будем, — вслух ответил Магнус. Жилистый молодой человек оттолкнулся шестом, и плот тихо поплыл по течению.

— Иди, посиди со мной! — красивый юноша протянул руку Корделии. — Меня зовут Иоганн, и в моем гнездышке из ароматных ветвей достаточно места для двоих. Давай восславим праздность!

— Благодарю тебя! — Корделия села и аккуратно подоткнула под себя юбку. — Мне нужно отдохнуть.

Иоганн улыбнулся, дружелюбно принимая этот отказ.

— Да, ты и в самом деле кажешься усталой.

— Конечно, — согласилась Корделия, — потому что мы пришли издалека и многое видели.

— И много слышан, — добавил Джеффри. — Какофонию звуков, которая все усиливается.

— Все ужасно запуталось, — вздохнул Грегори.

— Оставьте это, — темноволосая девушка улыбнулась Магнусу. — Я Венна. Перестань морщить лоб и отдохни со мной, — она откинулась на спину, положив руки под голову, и гибко потянулась.

У Магнуса перехватило дыхание, он не мог оторвать от девушки взгляда, да и Джеффри тоже зачарованно смотрел на нее.

Корделия подняла голову, нахмурилась, а Иоганн спросил:

— Но что вас так смущает?

Корделия снова повернулась к незнакомцу, радуясь возможности поговорить с новым человеком.

— Мы нашли камни, которые играют музыку, а когда пошли за ними, встретили целый ряд странных существ и видели многих людей, которые бессмысленно ведут себя. И не можем разгадать эту загадку.

— Действительно, загадка, — проговорила девушка рядом с Иоганном. — Как иногда трудно бывает понять, что делают даже твои отец и мать.

Иоганн кивнул.

— Ирене говорит правду.

— И то правда, — согласился жилистый молодой человек. — Зачем они преклоняются перед священником или подчиняются рыцарям? В этом нет смысла.

— Никакого, Ално, — подтвердила Ирене. Но Грегори возразил:

— Они преклоняются пред Господом, а не перед священником. А рыцарь занимает более высокое положение, чем простолюдин.

— Все равно, — проворчал, недовольно мотнув головой, неуклюжий молодой человек. — Когда мне было десять лет, все казалось так просто. Но потом, когда я начал становиться мужчиной, я решил и действовать, как должен действовать мужчина. И тут я возмутился. И когда я объявил, что не буду больше поступать, как они, мне ответили, что я ничего не понимаю.

— Да, Орин, я знаю, каково это, — сочувственно кивнул Иоганн. — Мне потребовалось много времени, чтобы разрешить эту загадку.

— Так ты ее разрешил? — Грегори даже приподнялся на локте, ему больше не хотелось спать. — А как?

— Да просто понял, что ничего не нужно делать, — ответил Иоганн с ясной обезоруживающей улыбкой. — Таково мое великое открытие.

Алдо кивнул.

— И мое тоже.

— И мое, — подхватила Ирене, — и нас всех. И какой великий мир оно принесло нам!

— Чего-чего? — недоверчиво переспросил Грегори. — Вы все в одно и то же время получили абсолютно одинаковый ответ?

— И одну и ту же мысль, — пробормотал Джеффри.

— Вот именно, — Иоганн улыбнулся, очень довольный собой. — Неожиданно мы все поняли, что ничего разгадывать не нужно — нужно просто отдаться течению и быть счастливыми.

— Нам потребовалось только построить плоты и сесть на них, — добавил Орин. — И мы прихватили с собой камни, которые играют нашу музыку.

— О, так это ваша музыка? — выдохнул Джеффри.

— И ничего, кроме музыки? — Грегори смотрел на них широко раскрытыми глазами. — А что вы едите?

— Река снабжает нас едой, — Ално наклонился и сорвал цветок лотоса, мимо которого проплывал плот. Грегори увидел, что остальные тоже жуют цветы. Он зажмурился и посмотрел снова.

— И ты говоришь, что больше не нужно разгадывать смысл мира и жизни людей?

— Да, и это приносит мир в наши души! — вздохнула рыжеволосая девушка.

— Действительно, мир, Адель. Благословен будь конец всякого смятения, — согласилась Венна.

Орин убежденно кивнул.