Пленница. В оковах магии - Сурикова Марьяна - Страница 39

39

библиотеке пропадают. А девчонка неглупая, нашла чем хозяина зацепить. Девицы манерные, из аристократок, и так и этак к нему, а эта сразу уразумела, чем пронять можно и что хозяину нравится. Гусыни великосветские думают, что ежели одной с ним породы, так можно сразу сливки снимать, и родовитость сыграет на руку, а копать-то глубже следует, начинать с интересов. Что еще мужику, у которого все есть, угодно будет?

– И почему, как послушаешь тебя, так тошно становится? – фыркнула кухарка. – С одной стороны, верно говоришь, а все извращаешь. Не притворяется она. Кабы хотела охмурить, раньше бы действовать начала, давно уж тут живет, а ей в самом деле с ним интересно. Два сапога пара, помяни мое слово.

После заявления кухарки остальные слуги с интересом уставились в окно, провожая глазами удаляющегося по тропинке хозяина.

Севшее за горизонт солнце посылало последние розовые блики по темнеющему небосводу. Зор шел по саду, направляясь к самому центру, туда, где во время праздника должна была располагаться круглая площадка размером с приличную бальную залу. Площадка уже была готова, как и большая часть других атрибутов, а вот кое-что еще предстояло доделать. Зор свернул с широкой дорожки на узкую тропинку, углубился в самые заросли и остановился перед огромным обломком скалы.

Такие куски были распределены по всему саду в строго определенных местах. Анделино остановился, скрестил ладони на набалдашнике и замер. Он терпеливо дожидался, когда юная целительница найдет его в этой части сада. Именно здесь он пообещал ей вчера показать один из самых увлекательных магических трюков.

Бэле было безумно интересно наблюдать, как Зор подготавливал свои владения к празднику Лунной ночи, и Анделино не препятствовал девушке, наоборот, показывал то, что могло ее развлечь. Особенное удовольствие доставляло следить за тем, как глаза целительницы каждый раз загораются, когда она видит применение магии созидания. Вот и сейчас, несмотря на то что работа предстояла сложная и кропотливая, а Зор не любил наблюдателей, для Бэлы он сделал исключение.

На дорожке послышался звук легких шагов, и маг обернулся, выискивая среди деревьев тонкую фигурку. Целительница торопливо выбежала на расчищенный от кустарников участок, где стоял Зор, и резко затормозила.

– Я боялась опоздать, – со смущенной улыбкой вымолвила девушка, – увлеклась новыми расчетами, а потом увидела, сколько уже времени…

Маг ответил на ее улыбку, но ничего не сказал, а повернулся к камню. Закатав рукава белой рубашки, Зор прикрыл глаза и поднял свой эсканилор. На этот раз не только набалдашник, но и вся трость засветилась, а девушка восторженно выдохнула и сжала ладони, наблюдая, как огромный скальный обломок начинает медленно оплавляться прямо на глазах.

Кусок камня напоминал теперь воск горящей свечи, густые капли темно-серого цвета медленно стекали вниз, сглаживая острые края, а наверху, в самом центре валуна, образовывалось небольшое отверстие. Постепенно оно увеличивалось в размере, и если на поверхности скалы оставалось небольшим, то внутри росло и росло. В это же время к скале потянулись стелющиеся по земле вьюны, а ветви деревьев сплелись между собой, закрывая камень. Через некоторое время перед глазами девушки предстала настоящая пещера, которую невозможно было отличить от созданной природой. Вход в нее закрывали сползающие сверху плетуны, а плющ красиво вился по едва различимому за зеленью валуну.

Плечи Зора поникли, он опустил руки и оперся на трость, все еще не открывая глаз.

– Как ты? – Девушка подбежала ближе, встала на цыпочки и положила пальчики на высокий лоб мага.

– Подожди, – Зор сжал ладонь Бэлы в своей, – не трать энергию сейчас.

Он медленно опустил руку, не спеша выпускать узкую кисть, а девушка замерла, не отводя взгляда от его глаз.

– Мне нужно сделать еще несколько пещер, – добавил маг и отпустил целительницу.

– Для чего они? – уточнила Бэла, отвернув лицо, чтобы скрыть набежавший на щеки румянец.

– Это убежища духов. Та же дань традиции, но энергетически невероятно затратная, – усмехнулся Зор.

– С виду обычная пещера. А для чего отверстие вверху?

– Через него внутрь будет падать лунный свет. В процессе формирования убежища я задействую энергетические потоки, соединяя их таким образом, чтобы формировались особые плетения. Для взгляда, умеющего видеть, они выглядят как знаки призыва. В праздничную ночь дух, для которого предназначено укрытие, сможет сойти в него вместе с лунным светом и останется, чтобы напитаться энергией.

– Той, что ты вплел в эти знаки?

– Не только. Еще энергией тех, кто захочет поделиться ею с духом в обмен на исполнение какого-нибудь желания.

– И оно исполнится? – удивленно спросила целительница, придвигаясь ближе к укрытому плетунами входу и заглядывая внутрь просторного укрытия.

– Не знаю, – улыбнулся маг, – никогда не пробовал. Призыв, как и эти пещеры, лишь дань традиции. Я не склонен верить духам и прочим народным суевериям. Как, впрочем, и король.

– А зачем тогда он велел все это организовать? Король ведь и эти верования запретил, и храмы духам давно снесены.

– Традиция, – пожал плечами Зор. – Как ни странно, но праздник Лунной ночи не только сохранился, но остался практически неизменным, его отмечали всегда, даже аристократы.

– После него начинается новый отсчет дней в году, поэтому он сохранился.

– Возможно, – ответил Анделино. Он слегка тряхнул головой, словно проясняя мысли, и повернулся в сторону тропинки. – Идем дальше.

– Погоди, а в честь каких духов ты возводишь пещеры?

– В честь самых почитаемых, таких, как дух соблазна, дух силы, дух мироздания… – Продолжая объяснять, Зор ступил на тропинку и, полуобернувшись, протянул девушке руку. – Хочешь еще понаблюдать?

– Да. – Бэла с готовностью положила пальчики на ладонь мага и пошла вместе с ним в другую часть сада.

– Что ты дрожишь, моя милая, ты ведь сама желала попасть на этот праздник. – Матушка Надиш суетилась вокруг замершей перед зеркалом целительницы, расправляла пышные кружева платья, поправляла рыжие локоны и сдувала несуществующие пылинки.

– Я очень волнуюсь. Даже не думала, что буду так переживать.

– Не волнуйся, дорогая, ты ведь наденешь маску.

Сводня окинула целительницу последним оценивающим взглядом и в который раз залюбовалась девушкой.

Корсет из гладкого белого шелка с атласной отделкой облегал высокую грудь и подчеркивал узкую талию, шнуровка на спине – длинная атласная лента – пропускалась через крошечные петельки и завязывалась на поясе в роскошный бант.

Спереди юбка состояла из нескольких ярусов воздушной органзы. Самый нижний слой ткани был розовым, а покрывающие его верхние, более короткие слои – ослепительно-белого цвета. Сзади юбка имела небольшой шлейф, расшитый розовыми шелковыми цветами и украшенный искрящимися капельками розовых камней.

Волосы целительницы, уложенные в высокую прическу с пышными локонами, открывали глазам точеную шейку, вокруг которой обвивалось изумрудное ожерелье.

– Хорошая моя, отчего ты не сменила ожерелье? У хозяина наверняка нашлось бы более подходящее, например, бриллиантовое.

– Нет, нет, мне другого не нужно, только это, – волнуясь, ответила Бэла.

Стук в дверь отвлек Надиш, которая уже собралась перейти к уговорам, сводня низко поклонилась, когда в комнату вошел хозяин. Зор замер на несколько секунд в дверях, разглядывая Бэлу