Академия пяти стихий. Возрождение - Матлак Ирина - Страница 40

40

лиловый туман.

Не только их группа, но и все остальные адепты, тренирующиеся на поле со своими кураторами, обратили взгляды в ту сторону. Повисло напряженное ожидание. Туман развеиваться не спешил, и в голову Ники невольно закралась мысль о том, что она могла навредить лорду.

«Бред… быть такого не может!» — про себя проговорила Ника, пытаясь рассмотреть знакомый мужской силуэт за завесой тумана.

Прошло несколько мучительно долгих минут, прежде чем непроглядный туман наконец исчез, явив всем целого и невредимого лорда. Грэм стоял все в той же позе, в какой и раньше, а на его лице блуждала снисходительная улыбка.

— Ни царапины… — потрясенно прошептала Ника, глядя в мерцающие черные глаза.

Она, конечно, знала, что не сумеет нанести ему урон, но все равно это было поразительно! Нике казалось, что ее удар был сильным, она вложила в него столько энергии, что пульсар должен был как минимум задеть противника! В очередной раз Ника убедилась в том, что магия Грэма невероятно… нет, немыслимо сильна!

— Неплохо, — кивнул декан, насмешливо глядя на растерянную и обессиленную студентку. — Но недостаточно изобретательно. И это касается всех. Запомните главное — при нападении на заведомо более сильного противника проявляйте оригинальность. Магия многогранна и имеет десятки тысяч вариаций. Комбинируйте пульсары и сферы, прибавляйте особые, редко используемые формы. Ум, творческий подход и хорошая реакция — вот залог успеха, даже если вы слабее оппонента.

Грэм вновь вернулся к стоящей напротив Нике и заявил:

— А теперь — к плетениям. Мы оба квинты, поэтому используем стандартную сеть для создания заклинания.

Чтобы действовать вместе, требовалось находиться рядом, и декан подошел ближе. Ника стала медленно, не торопясь «чертить» плетения. Она сравнивала их с клубком ниток, из которого необходимо связать красивые и правильные кружева. Невидимые потоки энергий преобразовывались, становились в нужный ряд и обращались магией. Нити, выпускаемые Грэмом, переплетались с ее, превращаясь в точный узор.

Постепенно вокруг появлялось знакомое фиолетовое свечение — прямо на глазах из ничего материализовался защитный купол. С каждым мгновением он проступал все четче, искрился и переливался как большой мыльный пузырь. Магию Грэма Ника ощущала как свою, и от соприкосновения их сил перехватывало дыхание. Это казалось чем-то очень личным, словно ты позволил другому человеку заглянуть в свою душу.

Ника осторожно перебирала нити, концентрировала энергию и при этом не могла оторваться от завораживающих черных глаз. Для создания этого плетения Грэму не требовалось прилагать никаких усилий. Он не задумываясь выполнял нужные действия, в упор смотря на студентку. В какой-то момент Ника сбилась, но он тут же поддержал плетение, не давая ему рухнуть.

Когда до завершения осталось совсем немного, она почувствовала, что происходит что-то не то. Внезапно сила стала выходить из-под контроля, и ошарашенная происходящим Ника не могла ее удержать. Потоки энергии лились из рук, отказывались подчиняться и сплетались в совершенно новый узор — такой, о каком прежде она даже не слышала. Сперва Ника подумала, что все дело в Грэме, но, вновь переведя на него взгляд, обнаружила, что он растерян не меньше нее. Ника видела, что лорд напрягся, пытаясь взять силу под контроль, но, вопреки законам логики, та жила своей собственной жизнью.

На них обратились взгляды всех адептов и кураторов, вокруг стали раздаваться взбудораженные перешептывания. Купол увеличивался с невероятной скоростью, с вырисовывающихся плетений начали срываться голубые искры, а они сами сменили цвет на ярко-синий.

— Что происходит?! — выкрикнула Ника, обращаясь к лорду Грэму.

Ее словно сшибало мощной волной, которой было невозможно противиться. Бушующий поток энергии подхватывал, лишал воли и отзывался глубоко внутри, заставляя сердце биться громче.

На вопрос Грэм не ответил. На его лице отразился такой симбиоз разнообразных эмоций, что Ника едва не отшатнулась назад. Сделать этого ей не дал лишь всплеск силы, лишивший возможности шевелиться. В следующую секунду она окончательно утратила возможность говорить и думать, поскольку вышедшая из-под контроля магия творила совершенно невообразимые вещи. Купол разросся до размеров поля, окутав его синим сиянием, во все стороны летели горящие искры, воздух вибрировал от невероятной мощи, захлестнувшей не только Нику с Грэмом, но и всех остальных. Вспышки были нереально яркими, но для глаз этот свет оказался безболезненным.

Гром и оглушительный треск сотряс пространство. Последнее плетение заняло свое место. Последняя нить вплелась в сложный узор. Огромный горящий купол, излучающий свет и ошеломляющую энергию, простирался над полем. Ника во все глаза на него смотрела и не верила, что это дело ее рук. Она совершенно не чувствовала усталости, которая должна была появиться после такого выброса силы. Ника опустила взгляд на ладони и некоторое время оторопело их изучала, не в силах осознать, что из них вытекло столько магии.

— Ника, — голос Грэма прозвучал низко и хрипло, — посмотри на меня.

Медленно… очень медленно Ника сделала, то, что он просил.

Их разделяло несколько шагов, но ей казалось, что он находится совсем рядом. Глаза лорда походили на ночное небо — черное, бескрайнее, с россыпью мерцающих звезд. Ника не могла объяснить даже самой себе, что испытала, когда заглянула в них, теперешние ощущения не шли ни в какое сравнение с прошлыми.

Она не могла пошевелиться. Не могла отвести взгляд. Ее переполняло то, чему невозможно было дать названия. Что-то сильное, мощное и доводящее до грани.

Неожиданно Грэм сделал несколько резких шагов вперед, оказавшись с ней лицом к лицу. Он взял ее руки в свои и, подняв их, отрывисто проговорил какую-то фразу, из которой Ника не разобрала ни слова.

В тот же миг купол несколько раз мигнул и с громким взрывом исчез, рассыпавшись на тысячи голубых искрящихся крупинок. Они плавно опускались на снег, и их парение в воздухе походило на звездный дождь.

Некоторое время на поле не раздавалось ни звука. Обескураженные произошедшим, все стояли молча и совершенно забыв, что занятия еще не закончены.

Ника опомнилась только в тот момент, когда возле них с Грэмом неожиданно оказался профессор Като. Он являлся куратором одной из тренирующихся на поле групп и поэтому имел возможность наблюдать за случившимся.

— Вы ведь знаете, что это означает? — спросил профессор, обращаясь к лорду.

— Не смей даже намекать, — процедил Грэм, смерив его