Академия пяти стихий. Возрождение - Матлак Ирина - Страница 100

100

целиком и не знали ничего, кроме этих мгновений. Переплетались тела, души… судьбы. Словно два мира, предназначавшиеся друг другу, наконец соединились.

— Ника… — шептал он, лаская, завораживая, уводя за грань реальности.

Она тонула в черной бездне его глаз, полностью теряясь в ней и захлебываясь собственными эмоциями. Стучал пульс, ногти оставляли на спине красные дорожки, мир взрывался, сливаясь с грохотом фейерверков…

Ночь была длинной, упоительной, полной всех оттенков ощущений, и заснули они лить под утро.

Мире казалось, что она находится среди захватывающей и невероятной сказки. Весь вечер Берт Като не сводил с нее восхищенного взгляда и не уставал говорить комплименты. Она находилась в окружении такой красоты и роскоши, что просто не могла поверить, будто все это происходит с ней — простой Мирой Вуар.

— Ты такая легкая, — с улыбкой проговорил Като, приподнимая ее во время танца, — как воздушное невесомое перышко.

Мира таяла от его взгляда, для нее на этом балу существовал только он. Когда к ним подходили аристократы, она мечтала, чтобы разговор поскорее закончился и они снова остались наедине. Даже когда заметила ворвавшуюся в зал Эми, она не стала спрашивать, что случилось. Пусть это было эгоистично, но Мира хотела хотя бы на одну ночь почувствовать себя абсолютно счастливой.

Она не задумывалась ни о чем и просто наслаждалась каждым мгновением, впитывала его как губка и запечатлевала в памяти. Берт Като стал для нее всем — центром вселенной, на котором сосредоточилось все ее существо. Он был идеальным, и что самое главное — Мира чувствовала такой же идеальной и себя. Впервые в жизни она ощущала себя прекрасной, способной нравиться и привлекать внимание.

Когда до праздничного фейерверка осталось всего десять минут, гости поспешили на улицу — а точнее, на специальную площадку, откуда его можно было увидеть. Даже метель не помешала им наблюдать за расцветающими на небе горящими цветами.

Мира восторженно смотрела на это потрясающее зрелище и одновременно ощущала на плечах теплые руки. Эти прикосновения волновали больше фейерверка, и в какой-то момент Мира не выдержала. Она обернулась и, встретившись с льдистыми глазами, лучисто улыбнулась.

— Ты такая красивая, — в своей обычной мягкой манере произнес Берт Като. Он взял ее за руку и добавил: — У меня есть для тебя сюрприз, не желаешь взглянуть?

Мира, готовая отправиться с ним хоть на край света, завороженно кивнула.

Покинув площадку, они прошли по расчищенной от снега садовой дорожке и остановились у одного из фонтанов. Преподаватель многообещающе улыбнулся, и в следующее мгновение перед ними открылся портал.

— Вы портальщик? — не сдержала удивления Мира.

— Как видишь. — Губы Като изогнулись в обаятельной улыбке. — Мой сюрприз находится за пределами замка, и я не хочу, чтобы ты мерзла, пока мы станем добираться туда пешком. Готова?

— Да, — выдохнула прорицательница.

Неожиданно профессор стал серьезным и, не выпуская ее руки, еще раз уточнил:

— Ты ведь сама этого хочешь и действуешь не по принуждению? Перейти ты должна добровольно.

Мира даже не обратила внимания на прозвучавший вопрос, который при других обстоятельствах мог бы показаться ей странным.

— Конечно, хочу, — завороженно проговорила она, предвкушая нечто удивительное.

Берт Като мягко подтолкнул ее вперед, и Мира шагнула в портал.

ГЛАВА 29

Ника проснулась от настойчивых солнечных лучей, стремящихся пробраться даже сквозь закрытые веки. Приподнявшись на кровати, она обвела спальню заспанным взглядом и некоторое время не могла понять, где находится.

События минувшей ночи всплыли в памяти словно по щелчку пальцев, и Ника невольно улыбнулась. Не было ни смущения, ни неловкости, только приятное тепло, разлившееся в душе.

Она накинула лежащий на кровати халат, и в этот момент в комнату вошел Тайрон. В отличие от сонной Ники, он проснулся уже давно, привел себя в порядок и сейчас был до неприличия бодр.

— Доброе утро, — улыбнулся лорд, опуская на кровать поднос с завтраком.

— Кофе, значит, — она прикрыла один глаз и хитро на него покосилась, — прямо в постель.

— Рик уверил, что это лучший из всех сортов, имеющихся в замке, — охотно сообщил Тайрон и, не дав ей ответить, поцеловал.

Спустя несколько долгих… очень долгих мгновений Ника отстранилась и снова хитро произнесла:

— Еще и поцелуй в комплекте. Да вы романтик, лорд Грэм!

— Когда ты обращаешься ко мне на «вы», так и хочется…

— Что? — задорно поинтересовалась она, ощущая, как настроение летает где-то под потолком.

— Лучше позавтракай, — окинув ее выразительным взглядом, усмехнулся Тайрон. — Иначе есть шанс не выйти из этой спальни до самого вечера.

Вообще-то Ника не имела ничего против такого предложения, но за завтрак все же принялась. Кофе действительно был отменным — насыщенным, ароматным, одним словом, настоящим. Все-таки не зря именно триальский считался самым лучшим и не имел конкурентов во всей Дагории. Мягкие круассаны с клубничным джемом и свежие фрукты являлись завершающим штрихом этого замечательного завтрака.

— Есть какие-то новости? — спросила Ника, отхлебнув горячий кофе.

— Ничего особенного, кроме того, что все маги стоят на ушах и готовятся к скорому отъезду, — успокоил Грэм и мгновенно стал серьезным. — Я хочу, чтобы ты знала: во время объединения магии я сделаю все возможное и невозможное для твоей безопасности. Мы перераспределим силу таким образом, чтобы основной поток энергии проходил через меня.

Ника поставила кружку на поднос и, посмотрев ему в глаза, уточнила:

— Разве для тебя это не опасно?

— Опасно, — не стал врать Тайрон. — Но мне справиться с этим будет гораздо легче, чем тебе. К тому же основной удар на себя примет Рик. Он не может полностью использовать свою силу — есть риск, что заклинание перегорит. Но нам помочь попытается. Ты обязательно вернешься после испытания в горах, Ника, и мы остановим возрождение древнего дракона.

Лорд склонился к ней и, проведя пальцами по щеке, улыбнулся:

— Кажется, я вчера так и не сказал, что люблю тебя.

Нику снова затопила волна тепла и нежности. Если и существовала в мире любовь, то вот она — осязаемая, накрепко