Хюгге или Уютное счастье по-датски - Хелен Расселл - Страница 71

71

значительно облегчают себе жизнь. Викинг однажды сказал, как он счастлив платить налоги, потому что государство все за него организует, и он полностью доверяет властям выполнять эту важную работу.

Проведя в Дании почти двенадцать месяцев, я начала понимать, насколько здесь важна роль доверия, как оно упрощает жизнь датчан и избавляет их от волнений и тревог. По словам моей мамы, волнение стало моим хобби с двухлетнего возраста, поэтому было довольно странно отказаться от стремления все контролировать. Но поскольку другие варианты отсутствовали, мне пришлось довериться системе, и оказалось, что это очень удобно.

– Вы думаете, датчане действительно доверяют друг другу? – спросила я Викинга во время телефонного разговора, – я имею в виду, доверяют в целом?

– Знаете, думаю, это действительно так, – ответил Викинг. – У нас прекрасная система социального обеспечения, небольшое население, и люди в основном хорошие и честные. – Он решил привести пример, чтобы я смогла лучше понять царящую в Дании атмосферу доверия. – Вчера я проверил свой банковский счет и обнаружил, что он совершенно пуст…

– Пуст?

– Абсолютно.

– Боже…

– Ну да… Я позвонил Аллану…

– Аллану с двумя «л»?

– Да…

– Забавно! Нашего банковского менеджера тоже зовут Аллан с двумя «л»!

– Все общаются в банке с Алланом. – В этот момент до моего сознания дошло, что живу в крохотном городке. – Я позвонил Аллану, чтобы узнать, куда делись деньги.

– И что сказал Аллан?

– Аллан оказался в отпуске.

Аллан часто бывал в отпуске. Банковские служащие, равно как адвокаты или официантки, получают очень хорошую зарплату, поэтому даже после уплаты налогов большинство ютландцев может позволить себе довольно много удовольствий.

– И я остался без денег и Аллана, – продолжал Викинг. – Я собирался навестить предков, но у меня не было бензина, поэтому позвонил отцу. Я сказал: «Пап, у меня денег нет…», а он ответил: «Конечно, нет, я только что все снял». Я спросил: «Ты снял мои деньги?», а он ответил: «Ну да!»

Я совершенно запуталась, но меня позабавило, что Викинг, говоря о родителях, перешел на интонации подростка.

– Папа сказал, что он звонил Аллану, хотел посоветоваться насчет ипотеки, и Аллан рассказал о новом вкладе для давних клиентов. Увеличенный процент и все такое… Тогда папа решил, что это классно, и подумал, почему бы не перевести деньги сына на такой же вклад. – И Аллан просто сделал это? Он не стал вас спрашивать? Вы ничего не подписывали?

– Нет.

– И банк даже не связался с вами?

– Банк доверяет Аллану, а Аллан твердо уверен, что мой отец – действительно мой отец. А мой отец верит, что Аллан хочет ему помочь и предлагает наилучшие условия для размещения моих денег, и он просто перевел мои деньги на другой вклад.

– Он просто забыл сказать вам?..

– Именно! Но все оказалось к лучшему. Так работает доверие.

Поразительно! Я позвонила «экономисту счастья» Кристиану Бьернскову, с которым общалась в самом начале своего проекта, и он подтвердил, что высокий уровень доверия очень важен для датчан, чтобы они могли чувствовать себя счастливыми. Еще в начале нашего знакомства Кристиан говорил: «Жизнь становится намного проще, когда можешь доверять людям». Викингу и его соотечественникам доверие дает уверенность в судьбе их банковского счета и позволяет точно знать, что их дом не обворуют.

– Значит, если я чувствую себя в безопасности и доверяю тем, кто меня окружает, то не испытываю стрессов и тревожности и у меня появляется реальная возможность быть счастливой?

– Именно, – подтвердил Кристиан. – В странах, где есть развитая система социального обеспечения, всегда существует высокий уровень доверия. Впрочем, в Дании он вовсе не порожден социальным государством.

Кристиан изучал материалы, начиная с 1930-х годов, и сказал, что Дания стала социальным государством только в 1950-е годы. Однако даже в самом начале ХХ века в стране отмечался очень высокий уровень доверия.

– Судя по всему, именно доверие позволило нам создать социальное государство, а не наоборот. Датчане согласились платить высокие налоги, так как доверяли своему правительству, считая, что оно сможет правильно распорядиться деньгами. Система в целом работает, и датчане счастливы, потому что у них высокий уровень доверия.

– Но откуда же берется доверие?

– А это вопрос на миллион долларов!

Впрочем, директор центра социальных исследований из университета Южной Дании Клаус Петерсен полагает, что ему известен ответ на этот вопрос.

– Все скандинавские страны являются лютеранскими и отличаются развитой социальной демократией. С 1930-х годов у нас сложилась потрясающая атмосфера сотрудничества, которая привела к созданию Скандинавской модели социальной политики, – сказал мне Клаус по телефону. – Дания невелика, но вместе с остальными скандинавскими странами мы чувствуем себя в безопасности и доверяем друг другу. Международные исследования неизменно отмечают высокий уровень доверия в государствах Скандинавии, а Данию по уровню безопасности называют второй страной мира – по этому показателю она уступает только Исландии (но там еще холоднее, еще темнее и еще дороже жить!). В сравнении с периодом 1990-х годов количество датчан, ощущающих социальную безопасность, в настоящее время выросло. Следом за датчанами идут норвежцы. Об этом свидетельствуют данные, полученные датским криминологом Раннвой Меллером Томсоном.

По мнению Клауса Петерсена, на ощущение безопасности оказывают влияние небольшие размеры страны:

– Все датчане знают друг друга. – Я подумала, он выражается фигурально, но Клаус заверил, что его слова близки к истине, ведь в Дании проживает всего пять с половиной миллионов человек. – Наша страна всегда была маленькой, и миграция нам практически неизвестна, благодаря чему у нас сложилась общая датская идентичность.

Звучало прекрасно, но, как всегда в подобных случаях, я слегка расстроилась: вряд ли что-нибудь из почерпнутой мной информации удастся применить где-нибудь в другом месте, помимо крохотной Дании. Потом я узнала о работах Петера Тистеда Динесена, научного сотрудника факультета политологии копенгагенского университета. Петер изучает проблемы социального доверия. Я позвонила ему и долго мучила своими вопросами, пока бедолага не согласился поделиться со мной своей гипотезой. Основными факторами доверия, по мнению Петера, являются культура доброжелательного отношения к государству и образованность датчан.

– Мы живем в очень справедливом обществе с эффективными государственными институтами. У нас практически отсутствует коррупция и ко всем людям относятся одинаково, – сказал Петер. – Большинство датчан чувствуют заботу государства, поэтому доверяют ему.

Международные организации, такие как Transparency International[78], отмечают, что Дания является наименее коррумпированной страной Евросоюза, а ее правительство считается самым ответственным в мире. В большинстве стран люди не доверяют политикам и партиям, но в Дании они имеют удивительно хорошую репутацию. Здесь политиков считают «нормальными людьми», и их не возносят на пьедестал, с которого так легко падать. Даже министры ведут себя как обычные обыватели. Они очень доступны, в чем я имела возможность убедиться в ходе своих исследований. Политический телесериал «Правительство» сформировал представление о датских министрах как о самых обычных людях, сталкивающихся с теми же проблемами, что и остальные граждане. Этот сериал