Хюгге или Уютное счастье по-датски - Хелен Расселл - Страница 42

42

до половины. Конечно, прошедший месяц стал отступлением, но я не готова уехать прямо сейчас. Иначе как смогу выяснить, почему датчане – самые счастливые люди на земле? Я ведь ни разу не встретила здесь Рождество! Не попробовала все особые кексы!..

– Ты предлагаешь вернуться в Англию?

– Если хочешь, – ответил муж. – Я бы предпочел более солнечное место. Может быть, Средиземноморье…

– Ты хочешь жить на Средиземном море? – Что-то новенькое.

– Не жить, – муж посмотрел на меня как на сумасшедшую. – Поехать в отпуск! Целый месяц в офисе практически никого не будет, и Ларс сказал, что если мы не поспешим забронировать билеты, то свободных мест на рейсах просто не останется.

Ларс, коллега Лего-Мена, стал для нас главным источником информации. Без него бы мы вконец запутались в датских обычаях.

– О! – я с облегчением выдохнула.

– Я знал, что многие берут отпуск в июле, но даже не представлял, что в этом месяце закрывается вся страна, – пояснил Лего-Мен. – Большинство моих коллег взяли отпуск на четыре недели.

Как и итальянцы, датчане берут отпуск целиком. Всеобщие каникулы наступают в июле, когда датчане прекращают работать и вести обычную жизнь и дружно отбывают в другие страны. Вероятно, такая тяга к путешествиям стала частью датской ментальности еще в те времена, когда в VIII веке викинги бороздили чужие моря. «Может, страсть к странствиям является частью поразительного счастья этого народа?» – подумала я. Британский философ Энтони Грейлинг полагает, что путешествие расширяет границы разума и духа.

Ученые из университета Питтсбурга недавно установили: регулярный отдых на 30 процентов снижает риск летального исхода от сердечных заболеваний. Как утверждают специалисты из английского центра здоровья Наффилд-Колледж, кратковременный перерыв в работе снижает кровяное давление и уровень стресса, а продолжительный отдых улучшает настроение и вселяет в вас приток свежих сил. Лего-Мен убедил себя (или скорее его убедил Ларс), что долгий отпуск – это еще одна причина, по которой датчане так счастливы, и он твердо решил устроить себе летний отпуск в датском стиле.

– Я тут изучил, куда можно поехать, и Франция с Грецией отпали, – сказал он, кивнув в сторону пары путеводителей “Lonely Planet”, которые отправились в дальний угол, как только обнаружилось, что из аэропорта Биллунд туда уже не улететь. – Остается Гран-Канария, – кликнув мышкой, он закрыл очередное окно, – и Тенерифе, а также Испания и Португалия.

Ларс уверял нас, что население Дании обожает яркую южноевропейскую жизнь и с удовольствием проводит в этих странах отпуск, а потом с радостью возвращается к собственному упорядоченному существованию.

– Вот только… – тут Лего-Мен уставился в одинокое окно, открытое на экране монитора, а потом откинулся на спинку кресла и сделал большой глоток джина. – Бинго!

– Ты что-то нашел? – я заглянула ему через плечо.

– Как ты относишься к Сицилии? – вопросом на вопрос ответил муж.

Выяснилось, мы оба хорошо относимся к Сицилии, поэтому забронировали билеты и номер в отеле, собрали чемоданы и через два дня отправились в путь. Дорога на аэропорт была практически пустой, так как вся страна убыла в отпуск еще неделю назад. Когда мы сдавали нашего пса в dyrepension («собачий отель») – очень симпатичный питомник, нам сообщили, что его хозяева тоже отправились в отпуск.

– Они на месяц уехали в Намибию, – сказала дочка хозяев. – Но не волнуйтесь, мы с бойфрендом присматриваем за собаками. Все будет в порядке.

Эти слова не вселили в нас особой уверенности, но пес с удовольствием отправился играть с другими животными и, похоже, не возражал против того, чтобы пожить в таком симпатичном месте. Мы отправились в отпуск, надеясь, что все действительно будет хорошо.

Через четыре часа после взлета мы уже сидели в порту Кастелламаре и наблюдали за итальянцами, которые ссорились, целовались, болтали, хохотали, позировали, прогуливались и носились взад-вперед на скутерах. Автомобили отчаянно сигналили, а по улицам бродили облезлые кошки. Солидного вида пожилые матроны с морщинистыми лицами медленно шествовали по булыжнику старого города, направляясь к своим домам, или просто сидели на стульях в тени.

Мы ели сыр пекорино, салями и помидоры, которые были необыкновенно вкусными и взращенными на щедром солнце. Из домов неслись умопомрачительные ароматы домашней кухни. Я буквально впитывала в себя впечатления – шум, цвет, страсть к жизни. Италия показалась нам полной противоположностью сдержанной, упорядоченной Дании, и мы с удовольствием окунулись в местным колорит.

Я успела позабыть, как недоставало мне суеты, беспорядка и хаоса. Безопасность, стабильность и уверенность датской жизни по большей части действительно прекрасны. Тем не менее такая размеренная жизнь лишена чего-то важного. Вам никогда не доведется увидеть, как гламурная до непристойности датская женщина-полицейский останавливает мотоциклиста, целуется с ним и, взмахнув рукой, отпускает. Вам никогда не стать свидетелем того, как другая дама-полицейский выписывает штраф за парковку водителю потрепанного «фиат-500», который остановился посреди улицы, а потом заглядывает в боковое зеркало, подкрашивает губы и удаляется на высоченных шпильках, напевая песенку Бейонсе.

Первая неделя отпуска прошла великолепно. Мы гуляли по горам, нежились на дивных песчаных пляжах, купались в бескрайнем бирюзовом море. Но на второй неделе мы как-то сдулись. В Лондоне у нас никогда не было возможности отдыхать целых две недели, и даже после свадьбы мы смогли выкроить всего полторы недели на саму церемонию и короткий медовый месяц. Мы ни разу в жизни не проводили вдвоем целых две недели, не отвлекаясь на семью, друзей, работу. Теперь же, когда у нас такая возможность появилась, это было… ну, немного непривычно…

Никогда бы не подумала, что две недели, проведенные с любимым человеком в прекрасном месте, могут показаться вовсе не идиллическими, но именно так и случилось. Я смотрела на семьи, гулявшие по пляжу, и не могла избавиться от мысли, что, будь у нас ребенок, все было бы по-другому. Любая поездка и прогулка с ребенком, который открывает для себя мир, приобретают иной смысл.

Лего-Мен спросил, о чем я думаю, но я поняла, что если скажу правду, то ему станет только хуже, и ответила, что у него обгорел нос (разве я не идеальный спутник для отпуска?). Муж нехотя согласился намазать нос солнцезащитным кремом, а я попыталась сбросить с себя меланхолию. Бессмысленно предаваться грусти, когда нам хорошо вдвоем. Но какой будет наша жизнь, если мы навсегда останемся вдвоем? Как мы с этим справимся? Будет ли этого достаточно для меня? И что делать, если этого окажется мало?

Вторая неделя начиналась неважно. К понедельнику мы поняли, что говорим об одном и том же и присматриваемся к другим отдыхающим, чтобы было о чем посудачить за ужином. Я начала скучать по работе и гадать, когда смогу вернуться к трудовым будням. Дочитав все взятые в отпуск книги, я с тоской смотрела на пустые квадратики в своем календаре в