Выходит продюсер - Роднянский Александр - Страница 45

45

начала сниматься в другом проекте. А мы решили твердо держаться установки на поиск новых лиц на главные роли. Вот когда появилась Юля Снигирь, умница и красавица. С большими актерами: Алексеем Серебряковым, Гошей Куценко, Сергеем Гармашем — вопросов не было. (Позже «Остров» критиковали за исполнение главных ролей. Больше всех досталось Васе Степанову, и эти нападки ему было очень трудно вынести.)

С самого начала съемок группу преследовали неудачи. Ураганом сносило декорации, заболевали люди. На съемочной площадке умер от врожденной болезни мозга двадцатипятилетний парень. Из окна выпала ассистент режиссера, замечательная Лена Тихонова. Кинематографисты — народ очень суеверный…

Маркетинговая кампания «Обитаемого острова» была эффективной. «Остров» должен был стать фильмом-событием, обязательным к просмотру любой аудиторией: молодой и модной, более взрослой, «гиками» — поклонниками творчества Стругацких.

Было много традиционной телевизионной и наружной рекламы. Для «наружки» придумывались сложные объемные форматы с выносными конструкциями. Для ТВ делались самые разные ролики: от 5-секундных тизеров до длинных трейлеров. Монтировали ролики для любителей Стругацких, для любителей жанрового кино, был романтический ролик, призванный привести в кинотеатры девочек. Мы использовали любопытные костюмы, созданные для фильма молодым дизайнером Татьяной Мамедовой. В фойе нескольких мультиплексов были организованы их выставки, в рамках Moscow Fashion Week устроен специальный показ с благотворительным аукционом. И среди прочего у нас родилась мысль сделать комикс — графический роман. Первоначально надеялись, что комикс поможет в разговоре с американским дистрибьютором, но постепенно эта идея автономизировалась как ценная сама по себе: столь необычным для российского маркетинга способом мы надеялись вызвать симпатию у любителей фэнтези и фантастики, предпочитающих американское кино и с презрением относящихся к российскому. Адаптировать «Обитаемый остров» в графическую новеллу взялся талантливый художник, известный под псевдонимом Почтенный Стирпайк, оказавшийся высоченным молодым человеком с внешностью, приведенной в соответствие с культурной традицией комикса — белые волосы до пояса, контактные линзы «кошачий глаз»… Федор, увидев художника, не сдержался: «Ой, вы гот!» — «Да, — ответил художник. — А вы режиссер?» Но два этих культурных полюса, представитель мейнстрима и маргинал, понравились друг другу. В результате у нас вышла достойная книжка.

Последние десятилетия XX века совпали с резким ростом интереса массовой публики к жанрам, ранее воспринимавшимся как нишевые или даже подростковые: научной фантастике и, в еще большей степени, фэнтези. «Властелин колец» Джона Толкиена, «Песнь Льда и Пламени» Джорджа Мартина, «Звездные войны» Джорджа Лукаса, «Гарри Поттер» Джоан Роулинг — эти произведения не просто понравились читателям-зрителям. Они не только были освоены разными национальными культурами, но и стали особой системой распознавания «свой — чужой». Реагируешь на фразу «These aren’t the droids you are looking for» или «I am your father, Luke», значит, свой, фан «Звездных войн». А если можешь ответить на вопрос, сколько лун у планеты Татуин, значит, свой в доску.

Зачастую зритель или читатель пытается ассоциировать себя с героями книги или фильма, с их обстоятельствами, и в сказке или фантастическом фильме это удается проще, ведь во «Властелине колец» или «Звездных войнах» нет привычной географии и деления по национальному признаку. Когда романы Толкиена начали набирать популярность в России и в городских парках и окрестных лесах стали появляться толпы толкиенистов, воспроизводивших сцены из любимого романа в реальной жизни, возникла шутка, характеризующая степень погружения читателя в толкиеновский мир: есть три степени «толканутости»: первая — прочитал, понравилось. Вторая — прочитал, понравилось, заставил прочитать всех друзей и родственников. И третья — у Толкиена все неправильно, я сам только что из Средиземья.

Но самым экономически удачным и абсолютно универсальным в этом смысле культурным явлением стал фильм «Звездные войны» Джорджа Лукаса. На историях о Люке Скайуокере, капитане Соло и принцессе Лее растет уже третье поколение зрителей. Говорят, в мире живет не меньше десятка миллионов поклонников саги. Спустя три десятилетия после выхода фильма его переиздания на blu-ray сразу же установили рекорд продаж. За первую неделю фанаты купили миллион экземпляров бокс-сета с обновленными «Звездными войнами», потратив $84 млн.

«Звездные войны», кстати, еще и пример самого выгодного контракта в истории кино. В 1976 году начинающий режиссер Лукас, подписывая договор со студией XX Century Fox, согласился работать на фильме «Звездные войны» за мизерный гонорар, оговорив взамен 40 % кассовых сборов, права на сиквелы/приквелы и всю сувенирную продукцию.

На сегодня «Звездные войны» суммарно заработали (прокатом, на домашнем видео, продажей игрушек и т. д.) $22 млрд. После покупки Lucas Films корпорацией Disney и объявления даты премьеры следующего фильма вселенной «Звездных войн» сложно даже предположить, сколько еще миллиардов заработают эти герои.

Желание наше было очевидно — соединить в одном проекте несоединимое: диссидентскую, хоть и ставшую классикой, литературу, и мейнстримовского режиссера, необычайно медийного и близкого российской власти. Наш план состоял в том, чтобы увлечь и примирить общим культурным наследием и его актуальным прочтением разные части общества. Вышло ровно наоборот: обиделись и обозлились все.

На «Обитаемом острове» я впервые лоб в лоб столкнулся с проблемой интернет-недоброжелательства. И сила его поразила меня. Фильм должен был выйти в прокат только под Новый год, но уже летом интернет наводнился критическими статьями. Сеть кишела негативом в отношении еще не законченного фильма, который никто даже не видел.

Сетевая прелюдия открыла ящик Пандоры, и задолго до премьеры немало людей подспудно решили фильм не принимать. Рост «медийности» не содействовал интересу к нему, он был обратно пропорционален симпатиям самой активной части публики, хипстеров — блогеров, умников, идейных маргиналов.

С другой стороны, всем действовала на нервы та видимая легкость, с какой мы собрали гигантский, по российским меркам, бюджет. Пошли слухи о «распиле» государственных денег, что было уж совсем несправедливо…

Контркампания справиться с негативным настроением была уже не в состоянии. Мы показывали картину авторитетным рецензентам, в неподкупности и честности которых никто не мог сомневаться. Они находили фильм и интересным, и важным, публиковали рецензии… и тут же получали шквал обвинений уже в свой адрес.

В какой-то момент стало очевидно: прорваться не удастся. При нашем бюджете, чтобы окупиться, учитывая очень удачные телевизионные продажи в России и СНГ и отличный DVD-прокат на Западе, надо было собрать в российских кинотеатрах около $50 млн. Сборы же едва дотягивали до 30… Не помог к тому же кризис 2008-го, обрушивший рубль, — и фильм, снимавшийся по цене 24 рубля за доллар, выходил в прокат при 35 рублях…

Оглядываясь назад, я могу сформулировать какие-то основные причины неудачи. Трепетное отношение к книге