Тридцать один Ученик - Смеклоф Роман - Страница 29

29

— Он уже мог уехать из Черногорска! Я не успеваю! Я бессовестно опаздываю!

— Не стоит так волноваться, — вмешался Евлампий. — Мы вам поможем! Правда?

Он дёрнул за цепочку.

Я хотел сказать, куда он может запихать свою помощь, но сдержался. Меня сегодня и так слишком часто обвиняли в плохих манерах. К тому же, нельзя отказать такой прекрасной девушке в помощи, даже если она её не просила.

— Всем, чем сможем! — невесело пообещал я.

— Госпожа, весь мой опыт, а он в отличие от меня не маленький, в вашем распоряжении, — заверил Евлампий.

— Спасибо. Я впервые отправляюсь в Черногорск, и вы будете очень полезны, — закивала Оксана.

— «Ничего», — думал я. — «Поможем милой девушке, и сразу в академию».

Почему-то я совсем не сомневался, что там меня обязательно избавят от несносного голема. А уж днём позже или раньше, не так и важно. Я терпеливый, подожду, не переломлюсь.

— Люсьен Носовский, пройдите в секцию для неосвещенных источником магии, в кабину номер пять тысяч триста для процедуры чистки.

— Встретимся в Черногорске! — сказала Оксана, подбрасывая на ладони, расписанные разноцветными символами кости.

Я кивнул.

— До скорого, госпожа! — проговорил голем. — Нам туда!

Пришлось встать и идти на чистку.

— Что это у неё в руках? — оглядываясь, заинтересовался я.

— Телеруны, — отмахнулся Евлампий. — Из одной кости морского змея-путешественника вырезают два парных набора, и маги могут разговаривать друг с другом из любого мира.

Скамьи недалеко от нас разъехались в стороны и открыли проход с белым коридором.

— Нам туда, — уточнил Евлампий, ёрзая на моём плече.

Видимо, его нервировало, когда я не отвечал. А может и нет, я ещё плохо разбираюсь в големских повадках. Да и не горю желанием стать мастером в этом вопросе.

Я ожидал целую тьму дверей с номерами, но ошибся. Единственная притаилась в конце коридора. Её украшали золотые цифры: пятёрка, тройка и два нуля. Интересно, зачем нумеровать дверь, если она одна? Странные у них тут порядки.

— Входите! — сказал голем.

Я замер и повернул голову, пронзив каменного наглеца испепеляющим взглядом. Моё терпение громогласно лопнуло.

— Евлампий! — сквозь зубы процедил я. — Ещё раз укажешь, что мне делать, раскрошу!

Голем закрыл голову руками, присел и тихонько пискнул:

— Не раскрошите.

— Заткнись! — заорал я.

— Попрошу вас, мне не тыкать, — обиделся Евлампий.

Я не стал с ним пререкаться, пнул дверь с золотыми цифрами, и мгновенно погрузился в кромешную тьму.

Оскорбленный голем трагически молчал, а я не знал что делать дальше, поэтому мудро — не делал ничего. Так и стоял в темноте, пока не почувствовал легкое похлопывание по плечу. Резко обернувшись, чуть не наткнулся на пылающие глаза, но панике не поддался. Под ними на уровне рта из кривой щели пробивался яркий свет.

— Проходите! — пропел умиротворяющий.

— Премного благодарен, — механически ответил я.

Вот они какие, хозяева чистилища. Будто после долгих, утомительных испытаний меня согрели и уложили в мягкую постель. Захотелось свернуться калачиком и тихонько помечтать с закрытыми глазами.

Я в блаженстве шагал сквозь таинственную мглу, даже не заметив, как переместился.

После тьмы, яркий солнечный день ослеплял. Щурясь, пока глаза не привыкли к свету, я различал только тёмные пятна, понемногу превращающиеся в городские ворота Черногорска. Из-за массивных стен выглядывали высокие дома с чёрными черепичными крышами, украшенные флагами и разноцветными лентами. Ближе к центру, возвышался небесно-голубой купол соборного холла, а за ним гигантский императорский дворец, больше похожий на искусно ограненный обсидиан с выпирающими по углам острыми выступами сторожевых башен.

Я облегченно вздохнул. Наконец-то вернулся. Как бы я ни ненавидел этот город, он всё же лучше Тринадцатого Темного Объединенного мира. Здесь мне никогда не вешали на шею занудных големов.

— Прибыли, — зачем-то сказал Евлампий.

Я сжал губы, не буду разговаривать с волшебным кирпичом. Но он продолжал выдавать очевидное за невероятное, с видом пророка открывающего неземную истину.

— Мы должны дождаться Оксану, — напомнил голем.

Я, будто не слыша, задумчиво разглядывал городские ворота. Из сторожки высыпали стражники в алых накидках со знаками гильдии Огневиков на груди, четырьмя пылающими черепами, смотрящими в разные стороны. Не то чтобы появление путешественника из портала их удивило, скорее вызвало деловое любопытство. Оценив, что с такого, как я много не возьмешь, они вернулись к своим делам. Не по чину великим защитникам славного города Черногорска встречать нищего путника. Но к приёму они подготовились. Над воротами засиял кристалл огня. Под шестигранной поверхностью будто вступили в бой тысячи крошечных огненных драконов. Может, так и было, кто их знает, этих магов. Сияние вспыхнуло ярче и опало, огненными струйками стекло с кристалла и перекинулось на копья стражников.

Я решил дождаться Оксану, мало ли что.

Она появилась из перламутрового сияния. Особенно красивая в ореоле блестящих искр. И как ни в чём не бывало, зашагала к воротам, бросив на ходу:

— Идёмте, Люсьен, надо торопиться. Эстет очень проворный вампир, боюсь, как бы он уже не расправился с принцем.

Пришлось бежать за ней. И почему все мной командуют? Что со мной не так? Даже крошечный зачарованный камушек, возомнивший себя большим умником, говорит, что делать.

С невесёлыми мыслями, я вошёл в ворота и чуть не упёрся в выставленное копье.

— Куда прёшь! — проревел мне в грудь стражник. — Возомнил, коли вымахал, як оглобля, правила не треба выполнять?

Я не сразу понял, о чём он, а догадался, только вспомнив слова Евлампия: «сильно уменьшить меня не получилось, и увеличили тебя». Особой разницы я до сих пор не замечал, но глядя на городскую стражу, куда издавна набирают самых рослых парней, начал понимать. Собравшиеся вокруг стражники едва доходили мне до уха. Вот те на! Я покосился на Оксану. Она, оказывается, высокая, поэтому я и не заметил, как подрос.

— Кто такие будете? — не унимался стражник. — Надобно пошлину оплатить!

Голем тихонько прошептал в ухо:

— У нас деньги есть?

— Ага, — пробормотал я, — карманы рвутся.

— Уважаемый блюститель закона! — пропела Оксана. — Мы