Соболева Ульяна "ramzena" - Страница 6

– Потому что я что? Говорю правду? Хочу, чтобы у моих детей была нормальная мать? А не жирная корова! Нормальная мать. Жирная корова. Как же больно… Он подошёл ближе, и я почувствовала запах его дорогого одеколона. Когда-то этот запах сводил меня с ума от желания. Теперь он ассоциировался с болью. – Посмотри на жену Пашки из соседнего подъезда. Трое детей, а выглядит на двадцать пять. Посмотри на Светку из твоей бывшей работы – она на фото в соцсетях как модель. Сравнения. Он сравнивал меня с другими женщинами так же естественно, как сравнивают товары в магазине. И я всегда проигрывала в этих сравнениях. Всегда была хуже, толще, некрасивее. Телефон в его кармане завибрировал. Он достал его, глянул на экран, и по его лицу пробежала едва заметная улыбка. Та самая улыбка, которую он когда-то дарил мне. – Мне нужно ответить на рабочий звонок, – сказал он и вышел из комнаты. Рабочий звонок в субботу вечером. Конечно.

Амон Моннери - Король Проклятых. Вампир. Первородный. Ему более 800 лет, у него нет сердца в прямом смысле этого слова, он жестокий садист, психопат и хищник. Женщины для него игрушки и еда. Он пожирает их тела, души, эмоции. Но однажды придет ОНА и его голод сожрет их обоих.Она медсестра, сердобольная, нежная, хрупкая. Ей срочно нужны деньги - мать умирает...Странное предложение о работе дает ей надежду. Она не представляет, что ее выбрали как бабочку для жуткого монстра.Сможет ли невинная, хрупкая медсестра Мария вернуть сердце чудовища...Голод и жаждаЖестокий вампир психопатГотика

Три выкидыша за четыре года.«Попробуем ещё», — говорил муж.«Пустоцвет», — шептались за моей спиной.Когда тест наконец показал две полоски — я поверила в чудо. Бросилась к мужу. Хотела увидеть счастье в его глазах.Увидела — её. На его столе. В его кабинете. Под нашей свадебной фотографией.Четыре месяца. Весь город знал. Кроме меня.А потом в больницу пришла свекровь. Улыбнулась:"Пустоцвет. Вот кто ты. Отпусти моего сына. К женщине, которая СПОСОБНА рожать. Эта женщина — уже беременна".

Я помню тот день. Каждую секунду. Как бежала домой, прижимая к груди тест с двумя полосками — наше счастье, наше чудо. Как открыла дверь и увидела ЕЁ в его объятиях. На нашей кухне. В нашей жизни.Как он посмотрел на меня холодно, пьяным взглядом, будто я — незваная гостья.«Собирай вещи».Два слова. И я умерла.Семь лет тишины. Семь лет, чтобы научиться дышать без него. Семь лет, чтобы поднять нашу дочь — ту, о которой он так и не узнал.Я не искала мести. Не мечтала о встрече. Я просто жила. Работала. Растила глухую девочку с его глазами и моим упрямством.А потом он вошёл в кабинет главврача.В дорогом костюме. С чужим обручальным кольцом. С тем самым взглядом, который прожигает меня до сих пор.Теперь он — мой заведующий. Успешный кардиохирург. Женат. Богат. Недосягаем.Но он смотрит на меня так, будто всё ещё видит ту девушку, которую выкинул из своей жизни. Он не знает, что каждый вечер я укладываю спать его дочь. Не знает, что она спрашивает жестами: «Где мой папа?"

Она просто не успела поднять голову. От бесконечных дежурств. От троек Маши. От выпускных экзаменов Ани. От счетов за дом. Не успела увидеть, что её мужчина — её сильный, её надёжный Игорь — задыхается рядом с ней.А потом случилась вспышка. Последняя. Самая страшная.Она стояла за дверью с бутылкой его любимого кьянти в руках. И слышала женский смех. А следом — его голос. Голос, который когда-то обещал ей вечность, теперь выносил приговор: с Леной всё кончено. Он разводится.Она отдала этому браку двадцать лет. Теперь ей предстоит узнать, что останется от неё самой, когда рухнет всё, ради чего она жила.

Я увидела его своими глазами.Обхватив огромный живот обеими руками, я смотрела, как мой муж целует другую женщину на столе своего кабинета. Как она пачкает помадой его щёки. Они полуразделые... Они уже "после"...А я стою, роняя термос из рук, и по щекам катятся слёзы.Восемь месяцев беременности. Двенадцать лет брака. Двое детей дома. И вся моя жизнь, разлетающаяся на осколки за одну секунду.А потом моё тело пронизывает адская, дикая боль. Схватки. Преждевременные роды. Но я бегу прочь, не обращая внимания на крики предателя позади.И понимаю: ничего уже не вернуть.